Комморра - Виктор Чуперка

Попытка друкари не удалась, и кинжал угодил в бедро пленника.

Даже я чувствовал, как человек испытывает целый коктейль из эмоций — боль, ужас и отчаяние переполняли его.

«Довольно креативно, было бы неплохо попробовать такое на кадианцах.»

Я прошёл мимо их веселья, не обращая внимания на то, как друкари исцеляет порез на бедре человека. Вероятно, он поднимет на этом спорте немало раб-монет.

Кабалиты тщательно делали вид, что не замечают меня. Из странного — я не видел ни одного корсара.

Пройдя ещё немного по мрачным коридорам базы, я услышал странные всхлипы вперемешку с дикими криками. Недолго думая, я пошёл к комнате, из которой доносились звуки.

Я увидел сотни кабалитов, которые полукругом наблюдали за тем, как друкари пытали людей. Я уже хотел развернуться и уйти, но раздался знакомый голос.

— Мон-кей Иши? Что ты тут забыл? — прозвучал голос за моей спиной.

Высокий готик Зева’Тары был с узнаваемым шипящим акцентом, характерным для её расы.

— Ищу Алексию. Мне нужно несколько слёз Иши, чтобы понять, как они устроены. Где все корсары? — спросил я, повернувшись к проёму в один из залов базы.

— Ремонтируют корабли с психопластиками. Не хочешь составить компанию? — Архонт указала на свободное кресло около себя.

Учитывая, что расстояние от стула до неё всего в два стандартных клинка друкари, можно сказать, что она отнеслась ко мне по-дружески.

— Не против, — согласился я.

Недолго думая, я подошёл к её креслу, затем сел на свободное место рядом. Зева’Тара была облачена в изысканный доспех, украшенный замысловатыми узорами и шипами.

Всё это время пытки продолжались, а друкари перешли от иголок с веществами до снятия некоторых частей кожи. Крики были намного слабее — возможно, люди устали кричать.

— Как тебе представление? Не знаю концепцию еретик, но обычно мон-кей в подобной ситуации должны кричать нечто подобное, — заметила Зева’Тара, облокотив подбородок на руку. Её голос был довольно нейтральным.

— Если ты хотела продемонстрировать, какие все друкари ублюдки, в этом нет смысла. Как тот, кто помог вам захватить этих мон-кей, я не буду лицемерно считать себя невиновным в судьбе данных людей, — ответил я, глядя на мучения пленников.

Архонт слегка усмехнулась, обнажив острые зубы.

— Зверь пожирает добычу, чтобы жить, а жертва может винить только свою слабость. Мой высокий готик не очень хорош, но я не понимаю, почему ты применяешь слово «ублюдки». Более правильным было бы применить слово «хищники».

«Ага, а я травоядный бизон,» — подумал я с иронией.

— Думаю, ты права, но я не получу удовольствие, наблюдая как человека пытают.

«Ты провоцируешь эту друкари?» — голос Иши в моей голове звучал обеспокоенно.

«Вы ведь возьмёте под контроль тело в крайней ситуации?» — мысленно спросил я.

«…» — богиня промолчала, что меня не особо обнадёжило.

— Было бы хорошо получать от подобного удовольствие, это можно было назвать интересным опытом первые десятилетия, но сейчас это довольно утомительная рутина, — неожиданно призналась Зева’Тара, рассеянно наблюдая за пытками.

«Неожиданно, перепады в хобби из-за продолжительности жизни эльдар?» — задался я вопросом.

«Да, но ещё из-за физиологии, которая отличается от человеческой,» — ответила Иша.

— Твои подчинённые с тобой не согласятся, — заметил я, глядя на возбуждённых зрелищем друкари.

Архонт оглянулась. Друкари вокруг неё были куда больше рады пыткам, их лица светились восторгом и наслаждением.

— Что поделать, они молоды, для успокоения своей морали необходимо предаваться самообману, — философски произнесла она.

«Ага, именно поэтому вы образовали Ту, что жаждет,» — вмешалась Иша.

«В словах богини столько обиды,» — отметил я про себя.

«Представь, что твоя семья, планы и свобода летят в варп, а всё из-за гедонизма твоих смертных детей,» — ответила богиня с горечью.

— Думаю, среди них не все обманывают свою мораль, — продолжил я разговор.

Зева’Тара кивнула, затем указала на снятые кусочки скальпа, аккуратно разложенные на серебряном подносе.

— Большая часть получает удовольствие от процесса поглощения эмоций, но есть и те… как Арадия. Можешь зайти в её каюту, ты увидишь кожу сотен разных рас, а ещё она любит кожу интересных образцов.

Звучит отвратительно, подумал я, стараясь сохранить непроницаемое выражение лица.

— В высоком готике это называется психической болезнью.

Архонт задумалась, а затем начала что-то вспоминать, изящные пальцы постукивали по подлокотнику кресла.

— Интересно, если взять значение термина, то опасные для общества мон-кей больны. Как жаль, в нашем обществе это бесполезный термин.

«Если эльдары ваши смертные дети, то…» — начал я мысленное обращение к Ише.

«Ты хочешь божественного наказания?» — резко прервала меня богиня.

«…» — я решил промолчать.

— Это попытка сказать, что вся раса друкари психически больные?

«Кой, ты правда хочешь, чтобы она вскочила и вскрыла тебя?» — взволнованно спросила Иша.

«Она не выглядит взбешенной…»

— Возможно, но лучше быть таким, чем мёртвым, — на удивление серьёзно ответила Зева’Тара.

— Согласен, будь у меня выбор, как у тебя, я бы тоже ходил на бесполезный театр боли, — сказал я, наблюдая за пытками.

Друкари вновь улыбнулась, её тёмные глаза блеснули в тусклом свете.

— Ты думаешь, что понимаешь, но не понимаешь. Та, что жаждет, высасывает душу. Не испытав подобные чувства, тебе сложно понять мотивацию жить.

«Это ты не понимаешь. Шёпоты в голове с рождения куда сильнее мотивируют.»

Я на мгновение задумался, затем решил сменить тему на другую, менее опасную.

— Может быть, но Ризалия сказала, что ты перевела рабов-детей в зону технических рабов. Это ведь была не твоя мотивация жить?

Архонт впала в ступор, а затем громко засмеялась. Часть друкари повернули головы, но затем быстро сделали вид, что ничего не замечают, опасаясь привлечь внимание своего лидера.

— Не ожидала, что мон-кей будет спрашивать меня о недостатке рабов на ферме, — сказала она, когда перестала смеяться.

Что смешного? Вы, друкари, правда больные? — подумал я, но вслух спросил:

— Просто интересует твоя мотивация