Дом Ночи - Дмитрий Колодан

– У нас осталось незаконченное дело, – продолжила Лаура, отлепляясь от стены. – А я, представь себе, терпеть не могу незаконченных дел.

Кати попыталась выпрямиться и расправить плечи – нелепая попытка сохранить хоть капельку достоинства. Не говоря ни слова, она шагнула к двери, но Лаура преградила ей путь.

– Ты куда намылилась? Я сказала – я терпеть не могу незаконченных дел.

– Пусти, – пролепетала Кати. Лаура шагнула в ее сторону.

– Ты как, уже обсохла? – елейным голоском проговорила она. – Готова снова искупаться?

– Пусти!

– О! Вижу, что готова! А что? Тебе же не привыкать.

Она дышала в лицо Кати дрянным куревом. Зрачки сузились, глаза блестели. Лаура напряглась… В то же мгновение Кати оттолкнула ее двумя руками и метнулась к ближайшей кабинке. Ей едва хватило времени захлопнуть дверь и закрыть задвижку. Секунду спустя Лаура с грохотом врезала по тонкой панели.

– Ах ты, мелкая засранка…

– Сама такая! – выкрикнула Кати, и как же жалко прозвучал ее ответ.

– Ну, ты сама напросилась!

Кати представила, как Лаура брызжет слюной, представила покрасневшее от злости лицо и перекошенный в гримасе рот… У нее задрожали колени. Обеими руками она вцепилась в ручку двери без какой-либо надежды, что сможет ее удержать.

– Открывай, рыжая сучка, – прошипела Лаура, – открывай сама, или…

Она с такой силой дернула дверь, что затряслись все кабинки. Еще немного – и она бы сорвала ее с петель. Лишь чудом дверь устояла и задвижка выдержала. Лаура выругалась.

– Я все равно до тебя доберусь, – сказала она, прижавшись к панели. – Только тогда я буду очень, очень злая.

– Уходи! Оставь меня в покое! – всхлипнула Кати, и это придало Лауре сил.

С каждым новым рывком она распалялась все сильнее. Кабинка тряслась так, будто угодила в центр урагана. Кати еще держала дверь, но хотелось ей лишь одного – свернуться клубочком, спрятать голову руками… А дальше – будь что будет.

– Слушай, рыжая… – сипло дыша, проговорила Лаура. – А может, ты сама все сделаешь? Без моей помощи. Унитаз у тебя рядом – делов-то, сунуть голову да нажать на спуск. Как тебе идейка? Мне не придется мараться, да и тебе будет не так больно.

Кати невольно обернулась. Посмотрела на не самый чистый унитаз, на воду в сливном отверстии… И вспомнила: зови меня рядом с водой.

– Хенрих, – торопливо зашептала Кати, – Хенрих Зеленые Зубы… Ты обещал мне помочь…

Ей было плевать, чем могла обернуться эта мольба о помощи. Сейчас она была так напугана, что цеплялась за любую соломинку.

– Эй! Что ты там лепечешь, мерзавка?

– Ничего! Отстань от меня! Уходи или…

– Или что? – Лаура дернула дверь, и задвижка не выдержала. Повисла на одном шурупе – осталось сделать последний рывок. Кати вжалась в стену, мысленно прощаясь с жизнью.

В соседней кабинке кто-то громко спустил воду. У Кати перехватило дыхание. Кто-то? Но там ведь никого не было…

Та же мысль пришла и Лауре. Отпустив дверь, она вскрикнула:

– Эй! Кто здесь? А ну брысь…

В ответ послышалось громкое бульканье – звук, в котором Кати опознала смех принца тысячи ракушек. И внутри нее будто что-то оборвалось.

– Что за… – услышала она голос Лауры, а тут же следом: – Нет! Не подходи! Не трогай меня!

Кати пискнула и зажала уши. Давила пальцами изо всех сил, чтобы в голове не осталось ничего, кроме мерного гула крови. Но это не помогло: она все равно услышала глухой удар.

Лишь вечность спустя Кати осмелилась пошевелиться. Она опустила руки, с трудом глотая воздух. Из-за двери не доносилось никаких звуков. Очень медленно Кати протянула руку к задвижке. Пришлось повозиться, чтобы ее открыть: после ударов Лауры дверь перекосило, да и пальцы у Кати сильно дрожали.

Она осторожно выглянула из кабинки, готовясь к тому, что увидит лягушачью ухмылку речной твари. Но Хенрих исчез. О том, что он был здесь, свидетельствовали лишь темные лужицы на полу с ободками белой пены. И только если знать, на что смотреть, можно было увидеть в них следы перепончатых лап.

Лаура лежала на полу, раскинув руки. Все выглядело так, будто она поскользнулась, упала и ударилась головой об кафель. Глаза ее были закрыты, а на лице, точно маска, застыло безграничное удивление. До самого последнего момента она так и не смогла поверить.