Антимаг - Александр Гедеон

— Представители кланов? — продолжила расспросы Лаура.

Итар бросил на неё хмурый взгляд.

— Большинство уже в ожидании. Твой жених не прибыл, если ты волнуешься об этом.

— Я расторгла помолвку, — сообщила Лаура, не моргнув и глазом.

— Ням-ням, — подтвердила Белочка, взяв Стрижа под руку.

Тот игнорировал галлюцинацию. Всё его внимание приковал кузен Лауры и их почётный караул в количестве четырёх рыл. Агрессии они не проявляли, даже наоборот: на лицах бойцов была радость по поводу возвращения графской дочери.

Оставшиеся бойцы под предводительством второго мага остались охранять «путевик».

— Расторгла? — от неожиданности Итар остановился и Лёха едва не налетел на его спину. — Но воля отца…

— Отец мёртв, — жёстко отрезала Лаура.

Хмурый вид мага подсказывал, что он желает продолжить спор, но вместо этого он снова зашагал, увлекая за собой кузину.

— Отдохни, приди в себя и мы продолжим разговор в подобающей обстановке, — сказал он.

Деревню Стриж оглядывал с интересом. Большая, за сотню дворов, с постоялым двором и конюшней. Видно, что тут пришедшие путевым камнем гости могли отдохнуть, подкрепиться и купить коня для дальнейшего путешествия по землям Кречетов.

Ну и пройти пограничный контроль, функции которого заодно выполняли Итар и его люди. Они же посменно патрулировали свой участок границы, готовые отражать натиск демонов пока не придёт подмога. И тут же «пограничники» квартировались: у самой стены стоял непомерно длинный дом, не могущий быть ничем иным кроме казармы.

В остальном деревня выглядела вполне обыденно: добротные дома-срубы, крытые тёсом или черепицей, покоились на высоком — почти в рост Стрижа, — каменном основании. Как позже объяснила Лаура — на случай, если демоны смогут прорвать стену, окружающую поселение. Тогда дома превращались в крепости, позволяя отсидеться до прихода подкрепления. На вопрос Стрижа, почему не сделать дом каменным полностью, девчонка коротко ответила: дорого. Лес — вот он, под боком, а тёсаный камень везли из каменоломен за три дня пути.

Вопреки ожиданиям Стрижа, разместили их не на постоялом дворе, а в доме старосты — самом большом и богатом в посёлке. Видно местные приличия не позволяли поселить графскую дочку там же, где обычных гостей.

Сам староста с домочадцами, оправившись от шока при виде «высокородной госпожи», развили бурную деятельность, ухитряясь одновременно выражать радость от прибытия графской дочери и скорбь по её родичам. Всё это не мешало им растопить баню и, постоянно извиняясь за несоответствующий «неземной красоте госпожи» выдать Лауре лучший праздничный наряд одной из дочерей.

В баню её сопровождала Миа, а Стриж тем временем стерёг их снаружи, бдительно следя за тем, чтобы кто-нибудь не пытался заглянуть в щёлочку или подпалить здание. Собственно, волновало его именно последнее. Слишком много людей вокруг, слишком много любопытных взглядов, слишком много возможностей устроить какую-нибудь пакость.

Но чем больше Лёха наблюдал, тем больше понимал, насколько тут рады видеть дочь покойного графа. Деревня превратилась в разворошенный муравейник — все или куда-то бежали с деловым видом, или торопливо убирали улицу перед домами. Даже сидящий на соседней крыше полосатый кот вносил посильную лепту, вылизывая себе задницу.

На глаза Лёхе попалась упитанная хрюшка, развалившаяся в дорожной пыли. Увы, свинское счастье оказалось недолгим — из переулка выскочил вооружённый хворостиной мальчишка и от души стеганул принимающую солнечные ванны животину. Бедная хавронья, совершенно не ожидавшая от жизни такой подлости, завизжала не хуже демона и рванула прочь от маленького садиста. Пацан не отставал, хворостиной придавая верещащей свинье нужные скорость и направление.

Глядя на всю эту суматоху, Стриж еле сдержал улыбку: ну в точности как в родной части накануне проверки. Осталось лишь покрасить всё, что не покрашено, оконтурить всё, что не оконутрено, перенести круглое, перекатить квадратное и повесить бирки с номерами. А затем построить личный состав, обозвать долбоклюями и вновь разогнать для устранения недостатков.

Из картины всеобщего кавардака выбивались только встретившие их вояки — эдакий увешанный сталью островок спокойствия.

После того, как девушки привели себя в порядок, заставили помыться и Стрижа. Тому не хотелось покидать пост, но Лаура в красках пояснила, что в замок съезжаются представители всех значимых кланов, так что её свита должна выглядеть достойно. По мнению Лёхи, и так было неплохо, но чутьё подсказывало, что силой дипломатии сейчас они могут добиться большего, чем весьма скромной боевой мощью, так что он подчинился.

Распаренный и чистый, Стриж почувствовал себя человеком. А заодно вспомнил вопрос, который мучил его уже давненько.

— Белочка, ты тут? — позвал он демона.

Тот исчезал и появлялся когда вздумается, то встревая без разрешения, то игнорируя Лёхины вопросы. На этот раз Белочка явилась во плоти, причём снова в образе обнажённой Мии.

— Вот об этом я и хотел тебя спросить, — хмыкнул Стриж при виде этой картины. — Ты какого хрена тогда устроила с Мией? Сама же говорила про драться и трахаться, но при этом залажала мне потрясную ночь!

Собственно, если у них всё получится с этим самым «ритуалом истребления» и Лаура получит обратно свой клан, Лёха намеревался первым делом реабилитироваться перед Мией. Желательно не один раз.

От этой мысли по телу разлился жар и Стриж опрокинул на себя ведро с прохладной водой.

— Мой мир не похож на этот, — заявила наблюдавшая за ним Белочка так, будто это всё объясняло.

— Вы там что, как богомолы, пожираете любовников? — отфыркавшись, уточнил Лёха. — Ну так и богомолам хватает ума делать это после.

Заметив задумчивое выражение на лице демона, он поспешно замахал руками:

— Я пошутил! Никакого пожирания любовниц ни после, ни до, ни вместо! Иначе никакого тебе «драхаться».

Демоница недовольно фыркнула в ответ.

— Когда ты хотел эту женщину, твоя кровь кипела, даря мне пищу, — разлёгшись на лавке пояснила Белочка. Зрелище было чарующим и Лёха невольно уставился на неё. — Я была очень голодна. Единственный известный мне способ насытиться в тот момент ты знаешь.

Лицо Мии ощерилось в зубастой улыбке и Стрижа передёрнуло от отвращения.

— Это теперь я понимаю, что есть другие способы будить в тебе жизненные силы.

— Больше никаких попыток сожрать Мию? — недоверчиво прищурился он.

— Пока она будоражит твою кровь — она мне нравится, — ухмылка демона стала ещё шире, растянувшись буквально до ушей в гротескном оскале.

— Тогда договоримся ещё и на том, что в подобные моменты тыбудешь делать вид, что тебя не существует, — внёс коррективы Лёха. — Не хочу, чтобы меня, как в том анекдоте, советами замучили.