Зеранг - Родион Кораблев

Фархат недовольно зыркнул на Зоба, но ничего не ответил…

— Если вы успокоились, я скажу, — вмешалась Вассанда.

Женщина успела переодеться в красивое зеленое платье и сейчас лениво попивала полюбившееся ей вино с Лакката. Да и вообще выглядела расслабленной и отдохнувшей. И не скажешь, что последние дни она вкалывала как проклятая.

«Чем они тут с Зобом, интересно, занимались, пока я работал?» — подумал Алекс.

А еще его удивляло, откуда древняя берет столь редкий и дорогостоящий напиток в таких количествах? Торговые маршруты сюда пока не проложены, точнее проложены, но единственный «товар» — оружие и солдаты.

Или всех вновь прибывших заставляют сдавать «деликатесы»? Непонятно. Так или иначе, ему кроме чая тут ничего не предлагали…

— Зоб не так уж неправ. Идея перенести все артефакты в несколько дворцов не лишена смысла, — продолжила Вассанда. — Хотя я против. Каждый дополнительный дворец — это новая территория и новые дикие. Однако ваша школа сильно пострадала. Мы не можем терять время и ресурсы на ее восстановление. Поэтому вы должны остаться здесь.

— Остаться здесь означает смерть для школы, — мягко возразил Лицун.

Пасть ящера оскалилась, показав два ряда внушительных клыков. Алекс не понимал, то ли он так улыбается, то ли угрожает. Впрочем, говорил Лицун вежливо, да и Вассанда восприняла замечание спокойно.

— Будем честны, — сказала она. — Школы скорее мертвы, чем живы. Реанимировать их может лишь новая кровь. Однако дикие к нам не пойдут, если мы начнем сдавать позиции, а если они к нам не пойдут, мы гарантированно проиграем.

— Дворец — это символ школы. —пробурчал Фархат. — Разве его потеря не означает окончательный проигрыш?

— Нет! — неожиданно пылко отозвалась женщина, поставив бокал на каменную столешницу с такой силой, что тот громко звякнул, однако не разбился. — Сила в нас — вот настоящий символ! И пока живы мастера, которые могут учить, ученики найдутся. Это важно, а не дворец или техники закалки. Ну получишь ты технику и что? Без обучения ты все равно останешься слабым бойцом. Хотя исключения бывают, — Вассанда и все присутствующие одновременно покосились на Алекса, отчего тот чуть чаем не подавился.

— Возможно ты права, — согласился Лицун. — Но пойми нас, мы просыпаемся через столько лет и узнаем, что на Зеранг вторглись враги, наш дом захвачен, а большинство наших товарищей — мертвы. Даже артефакты, которые вы вынесли и те — очищены от Силы. Это тоже… символично. Мы все потеряли. Неудивительно, что мы хотим вернуть дворец.

— Артефакты можно заново открыть Силе… Лицун, вы же бойцы и правители. Понимаю, что сейчас сложно, но вы сохранили свободу. Это главное. Знали бы, чего нам стоило вас вытащить. Честно говоря, я несколько раз хотела все бросить, но Алекс меня останавливал. Так что не забудьте отблагодарить его, — женщина выразительно посмотрела в глаза ящеру.

Тот неподвижно сидел некоторое время, не выражая никаких эмоций, а затем повернулся к Зобу и произнес:

— Хорошо. Мы принимаем твое предложение.

— Подожди! — воскликнул Фархат, — мы должны это обсудить…

— Нет, старый друг. Мы не можем требовать от наших союзников невозможного. И Вассанда права, дворец — это просто здание.

— Весьма дорогостоящее здание, — пробурчал нос-картошка.

— Когда мы бежали на Зеранг, то бросили целый мир. Но обрели новый дом здесь. Справились тогда, справимся и сейчас. Или ты хочешь смерти школы?

— Не хочу. Но мы должны хотя бы попытаться, — не сдавался Фархат, однако говорил он уже вяло, без огонька, словно понимал, что неправ.

— У нас нет ни бойцов, ни сил… А мы сами ослабели. Разве ты этого не чувствуешь?

— Чувствую, — с горечью произнес нос-картошка, но потом с подозрением посмотрел на Зоба и Вассанду. — Вы двое не выглядите слабыми. В чем ваш секрет? Как вы так быстро ухитрились восстановиться?

— Об этом вам лучше поговорить с Алексом, — быстро сказала женщина поднимаясь. — А мы с Зобом вас пока оставим.

— Но я… — запротестовал крикун.

— Пойдем. Им надо поговорить.

— О чем?

— Об оплате. Но если хочешь, то можешь остаться и сам компенсировать своему младшему ученику все те риски, на которые он ради нас пошел.

— Уговорила, — хмыкнул Зоб, моментально вставая.

Дождавшись, когда древняя и крикун уйдут, Алекс накинул Домен и обратился к двум старейшинам, которые с интересом его разглядывали, словно увидели в первый раз:

— Уважаемые, я энергетический хирург, и действительно могу восстановить ваши ядра. Прежними они не станут, но вы вернете большую часть потенциала.

— А во что нам это обойдется, парень? — спросил Фархат, откидываясь на спинку дивана. —Учти, мы немного… поиздержались. Можем предложить разве что техники закалки.

— Меня интересует другое. Но сначала договоримся — никто не должен знать о моей просьбе.

— Говори, мы сохраним этот разговор в секрете, — торжественно объявил Лицун.

— Мне нужен ваш хранитель, — напрямик сказал Алекс. — Это ваша плата за мою помощь.

— Мирам, что здесь? — изумился ящер.

— Скажем так, у меня есть к ней доступ. И я хочу, чтобы вы передали мне контроль над ней.

— Да ты с ума сошел! — Фархат вскочил с дивана. — Ты знаешь, сколько она стоит?!

Землянин внутренне расслабился. Несмотря на бурные эмоции эта парочка как и в разговоре с Зобом — нос-картошка давил и ругался, а ящер смотрел со стороны, чтобы потом выдать свое решение. Значит, переговоры начались и есть все шансы на успех.

Тем более древняя хорошо знала парочку, и прямо намекнула Алексу просить компенсацию…

Переговоры затянулись на час. В основном разговаривал, точнее кричал, бранился, размахивал руками и бегал по залу, Фархат. В конце вмешался Лицун и вытребовал с Алекса обещание восстановить всех членов школы Тело Тоша. Тот согласился — это все равно было в его планах.

— Так где сейчас Мирам? — спросил ящер с любопытством.

— В надежном месте.

— Ммм… значит наши враги не могут полностью управлять дворцом. Это радует. А ты не боишься, что хранителя похитят?

— Это уже мои проблемы, — пожал плечами Алекс.

— Учти, если ты спрячешь Мирам во дворце Незримых путей, Вассанда может не удержаться от соблазна забрать хранителя себя.

— Это тоже мои проблемы.

— Ладно, не буду спрашивать