Юнга - Иван Оченков

– Напомню, маршевый двигатель правого борта разбит, командир, – мрачно доложил по внутренней связи стармех.

– Акинфеев, ты меня слышишь? – с закаменевшим лицом осведомился приватир.

– Так точно, кэп, – прохрипел в ответ динамик.

– Ты помнишь маленький грот за водопадом?

– Да, Владимир Васильевич! Это недалеко совсем…

– Значит, помнишь… Васенька, слушай меня внимательно. Иди потихоньку в эту долину и укройся там вместе с грузом. Ни на что не отвлекаться, в бой не вступать. Главное, сохранить груз! Понял меня?

– Но как же так?

– Исполнять!

– Есть!

– Ну, а мы, господа, – повернулся к остальным обитателям рубки Зимин. – Немножечко поиграем с нашими друзьями…

На Корейском полуострове легко найти пейзаж на любой вкус. Имеются высокие горы, просторные долины, девственные леса, морское побережье опять же… На счастье Зимина и его экипажа, «Буран» смог дотянуть до гористой местности. А там, среди горных отрогов и вершин, его многоопытный капитан сумел, скользя над самой землей и едва не задевая днищем верхушки высоких сосен, отыскать в склоне одного из ущелий глубокую, с почти отвесными стенами, промоину.

Пробитая бурным речным потоком за многие сотни лет в мягком известняковом слое горы, она дошла до твердых гранитов, образовав длинный, почти ровный участок, самой природой скрытый от чужих глаз. По дну ее и сейчас струился еле заметный ручей, русло которого то и дело перегораживали скатившиеся сверху здоровенные валуны и стволы рухнувших деревьев.

Сверху теснину полностью скрывали густые кроны дубов и каштанов, но вот внутри им почти не за что было цепляться на крутых спусках. Здесь царил прохладный зеленый сумрак, наполненный голосами птиц, шумом ветра в листве где-то далеко вверху и таинственными шорохами леса. Найти среди тысяч подобных ту самую, где нашли убежище русские рейдеры, было очень не просто.

Виртуозно втиснувшись в узкое тело промоины и почти касаясь крыльями-консолями ее стен, Зимин плавно снизился, зависнув в паре метров над землей. Прежде чем совершить посадку, надо было расчистить площадку, убрав самые опасные валуны и корневища, способные пропороть днище «Бурана». Старпом и боцман взялись за работу, подготовив под выдвижные опоры дополнительные основания, призванные выровнять импровизированную взлетку. С этой же целью и передние стойки выдвинули минимально, лишь бы не касаться брюхом земли, а кормовые, наоборот, развернули до упора. Но, несмотря на все усилия, корабль встал с заметным дифферентом на корму, но главное – устойчиво и без опасности сползания вниз по склону. Им еще повезло, что отыскался такой длинный и почти ровный участок, вместо привычного каскада порогов.

Работу эту Зимин выполнил сам, не доверив никому другому. Когда все было закончено, он ощутил, что вымотался до предела, а спина – мокрая от пота.

– Всем приступить к работам по маскировке. Чтобы ни одного следа, ни одного намека не осталось. Лично проверю! Отправить дозор к выходу из ущелья. Не рассиживаться, шевелитесь, сукины дети!

Самоотверженно и без устали трудились все члены команды несколько часов, но умудрились качественно спрятать свой совсем немаленький рейдер, так что даже с близкого расстояния его было не разглядеть.

Занятие это не являлось чем-то новым для экипажа. Миссии, выполнявшиеся в прошлом «Бураном», часто относились к категории секретных и скрытных, так что камуфляж корпуса, запас маскировочных сетей на борту, инструменты, а главное – навыки проведения таких работ имелись в избытке. Руководил работами боцман, обладавший в этом вопросе непререкаемым авторитетом и опытом.

Конечно, если на месте вынужденной посадки оказались бы поисковые команды японцев, им, пусть и не без труда, удалось бы обнаружить столь досадившего им противника, но пока их не наблюдалось. В бесконечных лабиринтах горных ущелий, террас и вершин, покрытых густыми лесами, отыскать ничтожный на фоне огромных скал и горных хребтов кораблик – мудрено. Разведывательным ботам, промелькнувшим пару раз на горизонте, эта задача оказалась тем более не по зубам.

– Что будем делать, кэп? – мрачно спросил у Зимина старпом.

– Ждать! – кратко ответил тот.

Давно ушедший со службы кавторанг и среди приватиров сумел поставить службу так, что никому и в голову не приходило оспорить его распоряжение. Его даже называли «командир», хотя на других частниках были только «капитаны». В общем, раз приказал ждать, значит, будем ждать. А если драться, то драться. В морг… следовательно, противник отправится в морг!

Пока же, памятуя, что самый страшный враг – это праздность, всем членам небольшой команды постарались найти занятие. Техники занимались ремонтом, артиллеристы и стрелки устраивали временные огневые точки, судовой врач лечил тех, кого еще можно было спасти, а остальные… остальных не было, ибо у приватиров любой механик мог встать к орудию, а штурман в случае надобности починить проводку.

– Кушать будете? – робко осведомился корабельный кок – коротышка с безукоризненным пробором на голове, единственный обремененный изрядным лишним весом среди поджарой и стройной команды.

Злые языки поговаривали, что Зимин сманил его из какого-то ресторана в Москве, и теперь бедолага не знал, как покинуть место службы. Так это или нет, никому доподлинно было не известно, но вид у повара и впрямь был довольно мирный. Однако готовил он очень хорошо, а ничего иного от него и не требовалось.

– Экипаж накормлен? – поднял воспаленные после бессонной ночи глаза приватир.

– Обижаете, Владимир Васильевич.

– Хорошо. Тогда подай мне в салон.

Правило, что командир питается отдельно, осталось незыблемым с тех времен, когда флот был только морским, и следовали ему на «Буране» неукоснительно. Но подкрепить упавшие силы командиру не удалось. Не успел он поднести ложку ко рту, как прибежал вестовой с известием, что передовой дозор, выдвинутый к горловине ущелья, заметил группу японских разведчиков.

Конечно, имелась незначительная возможность, что вражеский командир не слишком хорошо знает эти места и минует их укрытие, но, по здравом размышлении, надеяться на это не стоило. И Зимин, зачем-то тщательно промокнув губы салфеткой, решительно поднялся и вышел из закутка, носившего гордое название – салон.

Вариантов оставалось немного. Даже если уничтожить неприятеля, скоро появятся еще, а главное, они вызовут подмогу. И тогда расклады станут совсем не в их пользу. Значит, рассуждал Зимин, надо идти навстречу противнику, уничтожить его и постараться увести в другом направлении.

– Старпом, остаетесь за главного. Штурмовая группа пойдет со мной. И радист. Вы оставшимися силами обеспечьте оборону периметра и продолжите ремонт. Соблюдать режим полного радиомолчания, Работать только на прием. Все, – видя, что старпом хочет возразить, жестко пресек его поползновения: – Выполнять. Времени на разговоры нет.