Королева - С. Массери

Джейсе только всепоглощающую любовь. Это все, на чем я могу сосредоточиться. Его признание будто расставляет все по своим местам, и я снова ощущаю себя целой. Мои глаза наполняются слезами, и я не могу их сдержать. Соленая влага стекает по моим щекам, падая на виски, волосы и подушку под моей головой.

– Скажи это! – требую я, а Джейс касается моей щеки и, поймав слезу, подносит палец к губам.

Он слизывает соленую капельку, а затем снова целует меня в щеку, а я, черт возьми, просто не могу перестать плакать.

– Я люблю тебя, – заявляет он. – Я так чертовски сильно тебя люблю, что не знаю, как мне с этим справиться. Это чувство одновременно и пугает, и восхищает меня…

– Я тоже тебя люблю. – Я качаю головой и пытаюсь сморгнуть слезы. – Ты проник под мою кожу, как никто другой. Ты причинял мне боль и спасал меня. Ты стал моим защитником и…

– А я все это время ждал тебя. Я не могу выразить словами, как сильно я хотел, чтобы ты пришла на Олимп. Но когда мое желание исполнилось… я уничтожил тебя…

Я целую Джейса, вкладывая в этот поцелуй все, что у меня есть. Мое сердце и мою душу. Мое прощение, принятие и покой.

– А теперь, пожалуйста, – шепчу я, слыша его дрожащий вздох, – просто возьми меня.

И он прислушивается к моей мольбе. Он проскальзывает рукой между нами и прикасается пальцами к моему клитору, а движения его тела становятся быстрее. Я обхватываю ногами его бедра, принимая каждый толчок, и закатываю глаза от удовольствия, когда он целует и покусывает мой подбородок, медленно возвращаясь к губам.

Я кончаю с именем Джейса на губах, и он проглатывает этот звук. Через несколько секунд он замирает внутри, чувствуя разрядку. Джейс выходит из меня и, переворачиваясь на спину, увлекает за собой. Он прижимает меня к себе и накрывает нас одеялом, а я расстегиваю бюстгальтер и бросаю его на пол. Переплетая свои ноги с его, я позволяю себе одну маленькую улыбку. А затем мы проваливаемся в сон.

Глава 39

Вульф

Когда мы с Аполлоном входим в спальню, где спят Кора и Джейс, свет все еще включен. Выключив его, я стаскиваю с себя джинсы с рубашкой и, забравшись на кровать, ложусь рядом с Корой. Она переплетает свои ноги с моими и, просовывая руку обратно под одеяло, обхватывает меня за запястье. Мы остаемся в таком положении, пока ее дыхание снова не выравнивается.

Внезапно что-то касается моей ноги поверх одеяла, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Аполлона, который лежит лицом ко мне. Но его ноги укрыты одеялом, глаза закрыты, а рот приоткрыт, и он глубоко дышит, засыпая.

Мы не закрыли жалюзи, поэтому лунный свет немного освещает помещение, и я щурюсь в темноте, чувствуя, как что-то продолжает перемещаться по моим ногам. Возможно, это Джейс? Я приподнимаюсь, пытаясь сохранить хладнокровие, но потом я вижу это… темное существо, скользящее по кровати и приближающееся к нам.

Резко закричав, я хватаюсь за одеяло и сбрасываю его с нас.

Одеяло падает с кровати, а глаза Аполлона распахиваются, и его рука тянется к моему запястью. Кора и Джейс с безумными глазами резко вскакивают, а я перелезаю через Аполлона и тянусь к выключателю.

– Что случилось? – спрашивает Джейс, и я указываю на одеяло как раз в тот момент, когда оттуда выползает толстая черная змея.

Черт возьми.

Я кричу так же громко, как и Кора, потому что, черт возьми, ненавижу змей. Когда мы обнаружили подобное существо на нашей двери, то я придал своему лицу храброе выражение и избавил ее от страданий, но только потому, что она практически была мертва и не ползала по мне.

Аполлон спрыгивает с кровати и берет ее в руки. Я в шоке смотрю на то, как он позволяет змее обернуть свой хвост вокруг его запястья.

– Что за хрень?! – кричу я на него. – Ты не можешь просто так брать в руки случайных змей.

– Это крысиная змея, – пожимает он плечами. – Она ест… крыс.

– И что?! – я все еще очень громко говорю, потому что не могу смириться с тем, что он вот так запросто взял ее, будто это пустяк.

– Я вырос на ферме, – отвечает Аполлон, все еще смотря на змею в своей руке. – К тому же я почти уверен, что точно такая же змея была прибита к нашей двери несколько недель назад, верно?

– Да, – говорит Кора, поднимая с пола мою рубашку и натягивая ее. – Вроде они похожи, но я не эксперт.

– Крысиные змеи не ядовиты. Они убивают более мелкую добычу удушением. – Он поднимает свою руку выше, и Кора ладонью прикрывает свой рот.

– Значит, они не собирались нас убивать.

Внезапно дверь нашей спальни с грохотом распахивается, и я разворачиваюсь, готовый наброситься на вошедшего, но останавливаюсь, понимая, что это всего лишь Святой.

Я говорю «всего лишь», будто он не держит в руках нож и не смотрит на нас диким взглядом.

– Святой, – мягко говорит Кора. – Все в порядке. Мы просто испугались. – Она подходит к нему и кладет руку на его запястье.

Святой вздрагивает, а затем сосредотачивается на Коре. Его грудь резко поднимается и опускается, пока он пытается привести свое дыхание в порядок.

Бедный парень.

– Все в порядке, – повторяет Кора. – Можно я… – Она вырывает нож из его рук.

– Какого хрена ты держишь змею? – спрашивает Святой Аполлона, а я поднимаю брови, будто говоря «видишь, я же тебе говорил».

– У нас есть ведро? – спрашивает Аполлон, выходя из комнаты вместе со змеей.

Я смотрю на Джейса и пытаюсь понять, как мы вообще сможем определить, кто подложил змею в нашу спальню. Это была случайность? Или у нас проблемы с крысами? Только крысами другого рода?

– Это сделал тот, кто был здесь сегодня вечером, – тихо говорит он, и Кора ахает.

– Вы думаете, что кто-то из тех, кого мы…

– Отправлял тебе сообщение с угрозами, жена? – Он притягивает ее к себе и кладет подбородок на ее макушку. – Да.

– Вычеркните нас с Артемидой из списка подозреваемых, – говорит Святой. – Она никогда не причинит вреда Коре, и я тоже.

– Я тебе верю, – машинально говорит она. – Но…

– Остается еще несколько человек, в которых течет особенная кровь Стерлингов, – говорю я, и она вздыхает.

– Великолепно.

– Давайте разберемся с этим утром, – говорит Джейс и отпускает ее. – А сейчас на всякий случай проверим остальные помещения