Толмач - Эльхан Аскеров

– Как нет?! Ты что сделал? – тихо ахнул парень.

– Ножичком разок пощекотал, – хищно усмехнулся казак.

– Тебя никто не видел? – глухо уточнил Егор, переваривая услышанное.

– Обидеть хочешь, барич? – фыркнул Архипыч.

– А нож куда дел? – не унимался парень, окидывая одежду казака внимательным взглядом в поисках следов крови.

– За то покоен будь. Нож я в нем оставил, а когда бил, перчатку надел. Я с той истории завсегда при себе пару ношу, – лукаво подмигнул Архипыч, доставая из кармана оставшуюся от пары перчатку.

* * *

К удивлению Егора, все эти истории остались для него без всяких последствий. Даже полиция не беспокоила после учиненной в кофейне стрельбы. Хотя, с другой стороны, там с самого начала было понятно, что делал он это не из чувства собственной гадости, а ввиду острой необходимости. Драться с дюжиной парней гораздо старше и больше себя парень не собирался, а позволить им избить себя безнаказанно просто не мог.

К гибели графа Бутурлина их тоже никто не пристегнул. Архипыч после той акции старался все время быть рядом с парнем и не покидать пределов имения. Впрочем, Егору и самому было не до поездок. Мануфактура начала работать, и теперь ему приходилось отслеживать все процессы лично, чтобы никоим образом не допустить брака. Впрочем, набранные для работы подростки, помня, что их продукцией заинтересовался сам император, и сами старались делать все аккуратно.

Пока мануфактура работала на склад, но Егор уже начал искать выходы на канцелярские магазины, чтобы начать реализацию своей продукции. И как это было ни удивительно, в этом ему неожиданно помогли жандармы. Все тот же полковник Веселовский, услышав, что он собирается пустить свою бумагу на рынок, тут же предложил ему начать поставку бумаги в их ведомство. Как и с кем он говорил в своей службе, Егор не знал, но дед, съездив с полковником на прием к их генералу, вернулся довольным. Судя по его виду, можно было предположить, что все срослось весьма удачно.

Вызвав парня к себе в кабинет, он выложил на стол уже подписанный договор и, улыбнувшись, торжественно объявил:

– Ну, Егорушка, доброе дело ты затеял. Изволь. Жандармское ведомство твою бумагу станет покупать у нас, по пяти рублей за пачку на ассигнации. И брать станут по двести пачек в месяц. Управишься с таким количеством?

– Запас есть, так что управимся, – быстро прикинув количество товара на складе, решительно кивнул Егор.

Уже сейчас он имел запас на два года вперед. Под склад управляющий освободил одну из комнатушек в усадьбе на первом этаже. Прежде там была какая-то кладовка. Так что мужики быстро сколотили крепкие стеллажи, и вся готовая продукция сразу отправлялась туда. В доме всегда было сухо и за качество хранения можно было не беспокоиться. С учетом того, что местная пачка была гораздо меньше привычной Егору, все должно было получиться.

Убедившись, что дело пошло, Егор перевел дух и принялся прикидывать, чем бы еще заняться. Теперь, когда все было почти налажено, влезать в процесс не имело смысла. Главное, не бросать все на самотек. Процессом работы руководил молодой, но весьма толковый паренек. Поставками всех ингредиентов заведовал немолодой, крепкий мужик из тех, что служил прежде в усадьбе. Так что за самим Егором оставалось только общее руководство и контроль.

Ввиду его малолетства регистрировать мануфактуру пришлось на деда, но парня это не беспокоило. Отдельный пункт по этому поводу уже был внесен в завещание старика. В любом случае без участия самого парня толком разобраться в процессе производства не смог бы никто. Если только сманить мастера. Но тут Егор сумел подстраховаться. Заведующий теперь производством получил солидное жалованье и личное обещание парня, что в случае нужды ему будет построен в имении свой дом.

В общем, кое-как дела пошли на лад. Егор даже начал подумывать, что все приключения, случившиеся в самом начале, были для него чем-то вроде испытания, когда дед, ездивший за какой-то надобностью в город, вызвал его к себе и с порога устало сообщил:

– Беда, Егорушка. Император решил персам войну объявить. Так что готовься. Теперь многое измениться может.

– Ну, как изменится, тогда и думать станем, – помолчав, вздохнул Егор. – Не печалься, деда. Управимся. Помнишь, что на кольце царя Соломона написано было?

– Все проходит, и это пройдет, – понимающе усмехнулся Иван Сергеевич.