Нас немного - Дэвид Вебер

- Тысяча метров. - Роджер поджал губы. - Две минуты для цивана бегом; не намного больше для диаспранцев. Скажем, семь-десять минут, чтобы осмотреть внутренний двор.

- Что означает, что к этому времени группа реагирования готова.

- Да, но они заняты борьбой с бронированными силами, которые уже глубоко проникли во дворец, - возразил Роджер, указывая маршрут от командного центра до покоев своей матери.

- Вы важны, - осторожно сказал Катроне. - Что означает, что вы на командном пункте, верно?

- Неверно. Потому что я должен открыть двери здесь, здесь - много дверей, - сказал он, выделяя их. - Вот почему там будет пятнадцать людей в броне - для моей защиты.

- Ладно, ладно. - Катроне это явно не понравилось, но он осознал как необходимость, так и непримиримость, когда увидел их. - Так что, вероятно, отряд быстрого реагирования отправится в погоню за вами, когда наши силы высадятся и нанесут удар по наемникам Эйдулы. Одна группа отделяется, чтобы захватить собственно дворец.

- Автоматизированная защита перейдет под местный контроль, когда будет захвачен командный пункт, - отметил Роджер. - Я могу отключить вторичный пункт от включения в сеть, но не могу отключить автоматику от локального включения.

- С этим мы разберемся, - сказал Катроне и отступил от голограммы. Они с принцем вместе изучали это в течение нескольких секунд молчания, затем Роджер вскинул голову.

- Думаю, у нас есть план, - сказал он.

- Да, - задумчиво произнес Катроне, все еще глядя на схему. - Вы действительно так сильно доверяете мардуканцам? Если они не захватят этот двор, на нас обрушится более тысячи вооруженных до зубов наемников.

- Я доверяю им свою жизнь. Более того - я доверяю им империю. Они захватят ворота.

* * *

- Знаете ли вы, что ежегодное собрание ассоциации собственных сил императрицы запланировано во время имперского фестиваля? - потребовал Нью-Мадрид, входя в офис Джексона Эйдулы.

- Да. - Эйдула не отрывал взгляда от голограммы на своем столе.

- Как и у ассоциации рейдеров... и ассоциации специальных операций, - сердито продолжил Нью-Мадрид.

- Да, - спокойно ответил Эйдула.

- Вы не думаете, что из всего этого могут возникнуть какие-то незначительные проблемы? - спросил Нью-Мадрид, вскидывая руки.

- Мой дорогой граф, - сказала Эйдула, все еще глядя на его голограмму, - у нас есть святоши, которые рыщут по границе силами размером с флот. У нас есть альфаны, готовящиеся к тому, что очень похоже на атаку. В парламенте есть еще один законопроект об обследовании императрицы - на этот раз его выдвинули мои оппоненты, и поэтому его гораздо труднее отменить - и даже этот трусливый триммер Янг заявил, что его последняя встреча с императрицей была менее чем удовлетворительной. Очевидно, наш добрый премьер-министр считает, что то, что она жеманничала с вами во время встречи, было... странно. Как и то, в какой манере она постоянно передавала все вопросы на ваше усмотрение.

- У этой сучки стальной ум, - жестко сказал Нью-Мадрид, - и ее естественная устойчивость к наркотикам высока и становится все выше. И я не могу позволить себе оставить какие-либо заметные синяки. Так что даже с... другими средствами контроля на месте, мы должны держать ее на уровне дружелюбной идиотки, если хотим быть уверены, что она не скажет чего-то такого, что мы не сможем повернуть правильно. Она даже не может вспомнить, сколько у нас планет, не говоря уже о том, какая инфраструктура где лучше всего развита. И она, конечно, не может отследить, в чьих округах они находятся.

- Ни то, ни другое, - сердито сказал Эйдула, наконец оторвав взгляд от голограммы, - очевидно, ты не можешь. Я дал очень четкие инструкции относительно того, что она должна была сказать во время переговоров. Мы оба знаем, почему она не смогла сделать это; вопрос в том, почему ты тоже не смог.

- Твои "инструкции" охватывали шестьдесят отдельных звездных систем! - взорвался Нью-Мадрид.

- Тогда тебе следовало принести записки!

- Ты сказал, что ничего не записывать! - закричал Нью-Мадрид.

- В этом случае, по-видимому, - холодный, ровный тон Эйдулы прорезал буйство графа, как скальпель, - мы должны сделать исключение. И момент, который, по-видимому, ускользнул от тебя, заключался в том, что не должно было быть записано ничего, что могло бы быть привязано ко мне,. Однако к следующей встрече я позабочусь о том, чтобы у вас были точные письменные инструкции относительно того, что следует потратить и где. Я даже позабочусь о том, чтобы они были написаны очень короткими словами. В то же время, твои опасения по поводу этих идиотских ассоциаций должным образом приняты к сведению. Я приведу своих охранников в состояние повышенной готовности на случай, если они придут корчить рожи во дворце. Дворец со стенами, хромстеновыми воротами, автоматизированной защитой, эскадрильей боевых кораблей и сотнями вооруженных охранников. У тебя еще что-нибудь на уме?

- Нет. - Нью Мадрид сердито вскочил на ноги.

- В таком случае, мне нужно заняться настоящей работой. - Эйдула махнул на дверь. - Доброго дня.

Он не потрудился посмотреть, как Нью-Мадрид выбегает - это действительно был единственный подходящий для этого глагол - из его кабинета. Жаль, подумал он, что дверь с электроприводом нельзя было захлопнуть как следует.

Он ввел следующий список и покачал головой. В ИБР было слишком много сторонников Макклинтоков, но запас верных ему людей был ограничен. Привлечение надежных людей во все необходимые места должно было занять время.

Кто это сказал: "Проси меня о чем угодно, только не о времени"? Он не мог вспомнить сразу, но знал, что сам просил об этом.

Всего лишь немного времени.

- Ты кажешься довольно напряженным, - сказала Депро, скользнув на руку Роджера и положив голову ему на плечо.

- Угу.

- Все идет хорошо, - добавила она. - Ассоциация, поставки. Это так хорошо, как никогда не выглядело за долгое время.

- Угу.

- Так какого черта ты отвечаешь мне односложно? Что-то, чего я не знаю?

- Больше похоже на то, что, я думаю, ты знаешь, но не сказала мне, - сказал Роджер, сжимая челюсти. - Что-то о моей матери?

- Черт. - Депро села и настороженно посмотрела на него. - Ассоциация знала?

- Катроне, по крайней мере. Он предположил, что мои столь способные источники уже проинформировали меня.