Ликвидатор - Юрий Бурносов

– Придержи руль, – попросил я и тоже «сбросил шкуру», оставшись в черной майке с коротким рукавом. Уж лучше так, чем в цветах главных противников Синдиката.

Дорога была отвратная – убитая грунтовка, на которой где не кочка, там яма, а где не яма, там целая колея, оставленная, судя по глубине, колесами грузовика с полным кузовом свинца. Я петлял, как заяц, но это не могло спасти нас от зубодробительной тряски. Правда, проклинал я дорогу лишь до того момента, как очередная яма буквально спасла нам жизнь: резко затормозив перед ней, я услышал, как пуля с характерным звуком отскочила от капота и срикошетила в сторону, оставив на металле солидную вмятину.

– Пригнись! – рявкнул я и, сам скрючившись в три погибели, утопил педаль газа в пол.

Думать о подвеске больше не приходилось – тут бы самим спастись, черт с ним, с «мустангом». Благо до северных ворот уже, фактически, рукой подать – километр по прямой, потом свернуть налево и там еще метров двести от силы… Но их ведь еще надо проехать!

Больше я не высовывался – только передачи переключал правой рукой, ну и руль левой придерживал, чтобы с дороги не слететь. И правильно сделал: следующая же пуля разнесла окно с моей, водительской, стороны, и на меня посыпались крупные и не очень осколки.

– Да когда они уже от нас отцепятся, – прокричал Харт из положения «голова между ног».

– Видимо, когда подохнем, – отозвался я.

Еще пара пуль, судя по всему, ушла в молоко, по крайней мере, наш «мустанг» они не задели. Продолжая рулить, я мимоходом отметил, что на месте «охотников» целил бы не по сидящим внутри беглецам, а по колесам – пусть до города нам ехать осталось с гулькин нос, но скорость-то большая, пробьешь покрышку – скорее всего, слетим с дороги. Хотя, может, они и стреляли, но просто не попадали – из-за тех же ухабов и ям, по которым мы двигались.

Тут вдребезги разлетелось уже заднее стекло, и я понял, что они наконец покинули мертвый город и повисли у нас на хвосте. Это принесло некоторое облегчение – ведь легионовцы существенно отстали, дорога из Эль-Ахмади к северным воротам идет одна-единственная, не срежешь.

Однако уже в следующий миг снайпер, будто прочтя мои недавние мысли, наконец пробил левое заднее колесо, и «мустанг» пошел юзом. Мне пришлось забыть о безопасности и, выпрямившись, спешно выкрутить руль до упора вправо. Мысленно я проклинал треклятый задний привод и всю Кувейтскую кампанию.

К счастью, удержать машину на дороге мне все-таки удалось, однако зад занесло вправо, и я потерял немало драгоценных секунд, прежде чем вернулся на дорогу. До Эль-Бургана было рукой подать, но наш увеченный «мустанг» еле плелся, все время норовя свернуть влево. Преследователи стремительно нас догоняли, а я буквально затылком чуял оптический прицел снайперской винтовки.

Казалось, время замедлило свой ход. Словно завороженный, я смотрел в зеркало заднего вида на приближающийся грузовик. Странно, но думал я в тот момент не о собственной жизни и не о грядущей смерти, которая казалась практически неминуемой, а о детстве, проведенном в компании вечно улыбающейся Джулии, и, как ни странно, о Марине. За считаные мгновения я прокрутил в голове ту ночь, точнее, четверть часа, когда мы с Эм буквально слились воедино, и с грустью подумал, что, увы, скорее всего, уже никогда не испытаю подобного блаженства.

А потом я внезапно увидел, как от участка высоченной стены рядом с воротами отделилась странная гигантская фигура, лишь отдаленно напоминающая человеческую. Приглядевшись, я понял, что это одна из механизированных боевых машин, о которых так любил рассказывать на пресс-конференциях Уоррен. Стальной Эдвард всерьез считал, что со временем сможет заменить всех людей этими устрашающими громадинами, однако пока что их пилотировали мастера из плоти и крови.

Я подобных «малюток» в действии прежде не видел, но вот у Богута, когда он вспоминал недавнюю встречу с механическим монстром, голос всегда так дрожал, будто австралиец заглянул в глаза собственной смерти. Тогда одна-единственная машина Синдиката едва не перебила всю роту Легиона.

Чудовищная, нереальная мощь, которую людям и давать-то не стоит!

С замиранием сердца я смотрел, как робот вскидывает некое подобие руки. Показалось, огромное дуло смотрит прямо на нас. Я уже даже представил, как он разносит наш бедовый «мустанг» на куски.

Далее последовал залп, от которого сам «МЕХ» содрогнулся так, что едва не развалился. Я невольно зажмурился…

И услышал взрыв.

Но если я его услышал, значит, взорвались не мы?..

– О господи, – прошептал Харт, и я наконец отважился открыть глаза.

Все, что осталось от преследовавшего нас грузовика, – это обугленные останки. Правда, я очень сомневался, что дело было только в мощи выпущенного снаряда, – скорее, в кузове имелось какое-то количество пластида либо тротила. Иначе объяснить взрыв такой силы было невозможно.

Я в ужасе посмотрел на боевую машину. Надо полагать, следующая цель – это наш «мустанг»?

Но робот, к нашей вящей радости, стоял неподвижно.

– Может быть, нам остановиться? – прошипел я, обеспокоенно глядя на чудовищный агрегат, который сейчас больше напоминал памятник с научно-фантастическим уклоном, чем всамделишную машину смерти.

– Не думаю, что это хорошая идея, – покачал головой Харт.

– Ты разве не видел, что он сделал с тем грузовиком?

– Видел. Поэтому и предлагаю ехать, как ни в чем не бывало. Я, если помнишь, офицер Синдиката, – сказал капитан, с трудом отрываясь от созерцания металлического гиганта и поворачивая голову ко мне. – Так что они меня в лицо знают прекрасно, а ты – мой спаситель… назовем тебя, допустим… сержант Пэйн…

– Какой еще Пэйн?

– Был такой сержант. Оказал сопротивление при аресте и поймал пулю… Неважно, в общем. Главное, что весь его тридцать третий взвод погиб, и тебя никто не уличит во лжи. Помни, в общем, что ты Синдикату не враг, а значит, и вести себя должен соответствующе.

– Ты знал про робота? – уточнил я, мысленно подивившись, как небрежно он рассказывает о трагичной смерти сержанта.

– Я знал, что он есть, – оговорился капитан. – Но не думал, что он за нас… вступится.

Я пожал плечами и промолчал. Пэйн так Пэйн, какая, если вдуматься, разница? Поскорее бы доставить Харта в штаб Синдиката да свалить из осточертевшего Кувейта обратно в Штаты, к Джулии.

Когда мы свернули налево, чтобы подъехать к воротам, боевая машина ожила и потопала нам наперерез.

– Черт… – тихо выругался я.

– Все в норме, – заверил капитан. – Едем дальше.

Вскоре, однако, нам все-таки пришлось остановиться, потому что «МЕХ» нагло встал на пути «мустанга».

– Дальше что? – спросил я у Харта, придавливая педаль тормоза.

– Сейчас разберемся, – сказал он и, к моему удивлению, тут же распахнул дверь.