План для Лайзы - Алексей Борисов

– Дуй отсюда! Чтоб больше тебя не видел! – и мне не оставалось ничего иного, кроме как отправиться домой, поужинать и предаться тупому просмотру телеящика.

Восстание машин!

На следующее утро проснулся с предчувствием новых и невероятных приключений. И предвкушения меня не обманули. Выглянул в окно и увидел, что Лайза сидит на лавке напротив подъезда, шокируя спешащую по своим утренним делам публику вываленными на полтора метра из шорт загорелыми ляжками. Спустился к ней.

– Привет!

– Приветики! Извини, что вчера бросила тебя. Но я доложила обо всем папе, тот позвонил спонсорам, а те устроили такой звонок в полицию, что теперь тебе значок “Почетный дружинник” грозятся выдать. А ты отчет написал?

– Отчет? Не-ет! А что, надо было?

– Конечно! Ты же в штате! Ладно, спишем на шок от задержания! Вечером за два дня отпишешься. Сегодня куда отправимся?

– А куда надо?

– Не знаю! Я, кстати, вчера, после того, как тебя закрыли в отделении, нашла твоего приятеля, Машкина! Какой он чудной! Оказывается, уже полгода как учредил в городе Лигу Лайзы и вчера провел очередное заседание. В парке. Знаешь, там есть лекционная площадка. Меня выбрали в президиум, а Машкин забрался на трибуну и говорил часа полтора, пока не начало темнеть. Я старалась понять, о чем он стрекочет, но разобрала только, что максимальный вклад в сокровищницу человеческой культуры будет, если я разденусь догола и буду танцевать при Луне перед конгрегацией лайзоманов.

– И что?

– Танцевала! Часов до двух ночи!

– А что ж сюда пришла? Шла бы к Сашке с его бандерлогами!

– С тобой интереснее. И, потом, Сашу арестовали. Его друзья так прыгали по лавкам лекционной площадки и так кричали, что разбудили сторожа, и он вызвал полицию.

– Что ж, пойдём! – на применение дедуктивного метода к сложившейся ситуации у меня ушло секунды полторы.

– Куда?

– В парк. Посмотрим, как ОМОН будет ваш летний кинотеатр штурмовать.

– С чего ты это взял?

– Время-то – одиннадцатый час! Санёк давно во всем покаялся и сознался, и теперь у правоохранителей полный комплект сведений, откуда и как появляются демонстрации у горадминистрации и плоты с нанайцами. В общем, центр мирового заговора раскрыт и будет обезврежен. Ордена и медали обеспечены!

Мы успели к кинотеатру как раз вовремя. Наряд служителей правопорядка, минуя билетную кассу, прошел в заведение и наткнулся в пустом зале на старичка интеллигентного вида, подметающего пол.

– Отец! А где у вас тут все начальство?

– Там, сынки, там! – молвил Лайзин папа, показывая на служебный вход.

Наряд лихо форсировал дверь с надписью “Для персонала” и тут же встал по стойке “смирно”: за дверью некий мужчина, имеющий очевидное сходство с начальником областного УВД, сидел в компании ящика шампанского и трех девиц в весьма откровенном неглиже, и, судя по тому, что между кепкой типа фуражка и ботинками у полковника наблюдались голые колени, компания играла в покер на раздевание.

– А, лейтенант! Заходи! Садись! А то эти бильдюги меня без трусов оставили! – нечего и говорить о том, что наряд покинул помещение кинотеатра после непродолжительной дискуссии, а по прибытии к месту базирования получил капитальный втык, так как начальник облУВД все это время находился на боевом посту в своем кабинете, а не играл в карты с девками в злачном заведении.

После обеда на разборку с голоиллюзией в парк отправился целый взвод ОМОНовцев в бронежилетах и касках, но на половине дороги вдруг попал в густые тропические джунгли, из которых на бойцов принялись бросаться тигры, слоны, жирафы и антилопы. Было применено табельное оружие, после чего полковник, лично взявший на себя командование экспедицией, приказал: “На провокации не поддаваться!” – но тут же сам пал жертвой голографического обмана. Прямо посреди тропинки, по которой следовал отряд, здоровенная анаконда душила оголенную выше и ниже пояса блондинку кустодиевских форм. Бросившись вперед, товарищ полковник разрядил в голову анаконды обойму своего верного шпаллера, после чего неблагодарная блондинка, подцепив змеюку за хвост и задорно виляя нижними половинками спинного отдела позвоночника, увлекла взвод в знойную тропическую чащобу, поход по которой внезапно завершился перед входом в ресторан “Айда”, известный шашлыками, досужими девочками и тем, что почетным гостям подают непалёный коньяк.

Освежившись в “Айде”, взвод вновь двинулся на поиск летнего кинотеатра, но дорогу бойцам преградила арктическая пустыня с торосами, заносами и белыми медведями. Решили искать кинотеатр по компасу, но стрелка этого диковинного изделия неуклонно отклонялась от направления на север, вновь выведя тактическую группировку к дверям “Айды”.

После четвертого захода в ресторан поиски решено было временно приостановить; тем более что, по решению суда, местный банчок заблокировал счета собственника летнего кинотеатра. После чего управляющий банком немедленно сошел с ума. Отъехав по делам отобедать к любовнице, этот почтенный мужчина, при попытке выйти из служебного автомобиля прямо у дверей особнячка дамы сердца, истерично захлопнул дверцу автомобиля и, в ответ на недоуменный взгляд персонального водителя, пояснил:

– Мамоньки! Там баня! Женская!

– Где?

– Я дверь открываю, а там баня! И женщины! Голые! Тазами кидаются! – пораженный в самое сердце страшной догадкой персональный водила высунулся из тачки, но ничего, кроме кирпичной особнячьей стены не увидел:

– Нет там никакой бани, Яков Самойлыч! – но стоило управляющему повторить попытку выйти из авто, как в салон ворвался разгневанный женский визг, лязг банных шаек, и покрасневший, как рак, Яков Самуилович захлопнул дверцу, весь дрожа в предчувствии инсульта с инфарктом.

– Что-то со мной, Вить, не так. Довели своими проверками! – молвил главный городской банкир, и, не пообедавши и даже не отведав прелестей своей юной пассии, попросил везти его к знакомому доктору.

И Яков Самуилович был не единственным, с кем в тот памятный день приключились невероятные казусы. Совершенно непостижимое чудо произошло с секретарем суда. После напряженного трудового дня этой невзрачной и незамужней девушке повстречался удивительно обаятельный молодой человек итало-турецкой внешности, который безжалостно эксплуатировал женский обычай любить ушами до тех пор, пока г-жа секретарь не согласилась порвать протокол того самого заседания, решением которого были заблокированы счета хозяев кинотеатра, и выбросить обрывки в унитаз.

Нечего и говорить о том, что наутро счета ООО “Лайза” были разблокированы.

Но если кто-либо подумает, что подруга дней моих суровых, на роль каковой столь невзыскательно напросилась голоиллюзорная Лайза, причастна к этим безобразиям, то он ошибается. Проследив за эвакуацией из летнего кинотеатра наряда полиции, эпатированного голографическим полковником-покеристом, мы устроились на парковой лавочке и занялись, как и полагается наедине с женским полом, тематикой личных и