Александра - Олег Ростов

тетиву, отправляя стрелу в её смертельный полёт. Всадники тронулись с места, чтобы начать бой, как один из литвинов рухнул со стрелой в боку с коня. А я уже натягивала тетиву вновь. Ещё одна ушла в полёт. Правда попала в коня. Он взвился на дыбы, сбрасывая всадника. Трое русичей, воспользовавшись замешательством противника, кинулись на литвинов. Опять закрутилась смертельная карусель. Я успела подстрелить ещё трёх литвинов, как они резко повернули коней и бросились наутёк. Из русичей в седле оставались двое. Один из русичей кинулся вдогонку и сбил на землю того воина, что был в богатом доспехе. Второй, в это время, соскочил на землю. Встал на колени перед кем-то из лежавших. Первый русич, пригнал пленённого врага. Спрыгнул на землю с коня. Заставил пленника встать на колени. Тот вначале закочевряжился, но получил рукоятью меча по голове и рухнул. Связав пленника, воин пошёл в нашу сторону. Я стояла и ждала его. Подойдя ближе, он остановился. Смотрел на меня во все глаза. Это был молодой мужчина. У него имелась аккуратно подстриженная русая борода, усы.

— Девка? — Странно, но я понимала его хорошо, хотя говорил он необычно, но явно по-русски.

— Не девка, а женщина! А ты кого хотел тут увидеть? Бабая что ли?

— Какого Бабая?

— А я знаю?

— Кто ты? И почему в мужских портках?

Всё верно. Когда мы решили поехать с Еленой в лес, то я надела камуфляжные штаны, такую же майку, куртку и ботинки на высокой шнуровке. Это была привычная мне одежда. Хотя я носила и платья, и туфельки на каблуке. На голове у меня была кепи. Волосы заплетены во французскую косу.

— А в чём мне быть? В портках хорошо по лесу бегать.

— Значит это ты стреляла?

— Я.

— Странный у тебя лук. Никогда таких не видел. — Я только усмехнулась ему в ответ. Он тоже улыбнулся. — Кто бы ты не была, но благодарствую тебе, дева. Должник я твой. Не ты, сгинули бы мы с братом.

— А он твой брат?

— Да, молодший. Я боярин московский, Иван Вяземский, старший сын Фёдора Вяземского. А тебя как величать дева?

— Александра Вячеславовна Вознесенская.

Его глаза расширились. Удивления на его лице стало ещё больше.

— Вячеславовна?

— Да, а что такое?

Глава 2

На неуча не нужен нож.

«Ему в три короба наврёшь»,

Поверит во что хошь.

* * *

Начало тут большой замятне

Им повезло, а мне приятно

Что долю приняли свою,

Не стушевались и в бою.

И Мир кроить они готовы

Уж по своим лекалам новым.

Zay…

— Вячеславовна?

— Да, а что такое?

— Ты княжьего рода?

Теперь уже я на него смотрела с удивлением. Так стоп, Саша! Думай, почему он решил, что я княжьего рода? Почему такой вопрос? Он переспросил моё отчество: «Вячеславовна?» А потом уже задал вопрос о княжьем роде. Всё дело в отчестве. Разве Вячеслав, это обязательно княжье имя? Возможно, но маловероятно. Разве купцы Вячеславами не были? Были. Наверное были.

— Почему ты спрашиваешь, боярин?

— Ты именуешь себя Вячеславовна. Это имя твоего батюшки.

— Всё верно.

— Если ты присоединяешь имя своего отца к своему имени, как например Вячеславовна, значит ты княжьего рода, либо из знатного старинного боярского рода. Только они могут так себя звать.

Дьявольщина! Всё верно, где-то, когда-то читала, что до Петра так могли зваться только представители княжеских родов, либо старинных боярских родов, которые были в родстве с царской или великокняжеской династией. Остальные звались просто по имени с указанием, чей сын — Фрол, сын Петра. Даже дворяне и худородные бояре не имели права присоединять к своему имени отчество оканчивающееся на -вич, -вна. А про простых горожанах и крестьян, или по другому смердах, вообще разговора не шло. Но даже и при Петре Первом всё равно высокородных тот же царь мог просто сказать — Ивашка, Алексашка, Федька, Митька и так далее. И только во второй половине 18 века дворяне стали именоваться по отчеству. В 19 веке по отчеству уже именовались мещане, купцы, фабриканты. А сейчас только… Какой век?

— Всё верно, Иван Вяземский боярин московский, сын боярина московского Фёдора Вяземского. Поэтому я не даром назвалась так, а не иначе. Кто мы на самом деле, я скажу позже, если пойму, что могу доверять тебе. И ещё Иван Вяземский, многие знания, многие печали. Кто много знает, тот мало и плохо спит. А зачастую мало живёт.

Удивление у молодого боярина выросло, на мой взгляд, размером с Эйфелеву башню. Он отступил, прижал правую руку к сердцу и почтительно поклонился.

— Прошу меня простить, дева, но ты сказала мы?

— Конечно, я не одна. Ещё моя сестра. Младшая. — Придётся назваться нам с Еленой сёстрами. Я повернулась к лесу. — Елена, выходи. И сумку мою захвати.

Через некоторое время из кустов вышла Ленка, тащила на плече мою спортивную сумку. К нам подошёл второй парень, младший брат Ивана. Они оба уставились на девушку. На Елене были джинсы с драными коленями, согласно моде, майка и короткая джинсовая куртка. На ногах белые кроссовки. На голове бейсболка. Она посмотрела на двух мужчин, помахала им рукой.

— Привет, мальчики!

Боже, Елена, кошмар какой! Я подошла к ней и забрала сумку.

— Поменьше улыбайся, дорогая! — Прошипела ей в ухо.

— Почему? — Так же тихо спросила она.

— Потому. Я чуть позже тебе объясню. Лена, я прошу тебя. Ты не пикнике и не на дискотеке в ночном клубе. И ещё не удивляйся тому, что я буду говорить. Поняла?

— Поняла.

Посмотрела на братьев.

— Это моя младшая сестра, зовут Елена. — Посмотрела внимательно на старшего Ивана. — Елена Вячеславовна!

Заметила, как младший брат тревожно и, в тоже время, удивлённо взглянул на своего старшего брата. Всё верно, он не слышал, как я представлялась. Был занят каким-то пожилым воином.

— Княжна, — обратился ко мне Иван, — нам нужно уходить отсюда. Скоро здесь будет достаточно литвинов. — Я кивнула. — Мы сейчас с братом поймаешь коней для вас. — Я опять кивнула.

Оба Вяземских пошли ловить разбежавшихся лошадей. Елена удивлённо посмотрела на меня.

— Сань, я не поняла? Почему Вячеславовна?

— Так надо. Все разговоры потом.

— Саш, а мы что верхом поскачем?

— Конечно. Извини, но джип твоего папы, нам не доступен.

— Саш, я не умею! Я боюсь! Я свалюсь с лошади.

— Не свалишься. Мы на одной поедем. Сядешь позади меня и будешь крепко за меня держаться. Или ты пешком хочешь бежать за нами? Здесь скоро слишком людно будет. И мне совсем неохота попадать к полякам и литвинам.

Иван с братом подвели к нам две лошади. Я отрицательно покачала головой.

— Мы на одной с Еленой поедем. Она не умеет управляться с конём.

Достала из сумки папин боевой нож. Прикрепила его к портупее, которая держала мои штаны, с правой стороны. Так же вытащила из чехла шашку. Перевесила её на пояс, закрепив ножны с клинком с левой стороны на портупею. Иван с интересом наблюдал. Подошёл ко мне.

— Это у тебя княжна, сабля?

— Облегчённый вариант. Мы её называем шашкой. Нет гарды. За счёт этого она становится легче.

— Можно посмотреть?

Я некоторое время молчала, пытливо рассматривая молодого мужчину. Но потом выдвинула шашку из ножен и передала ему клинок рукоятью вперёд. Он взял её в правую руку. Примерился. Хмыкнул, потом крутанул шашкой и с имитировал косой, сверху вниз, удар. Провёл ладонью левой руки по лезвию. Посмотрел на меня восхищённо и уважительно.

— Булат! — Констатировал он. Я кивнула.

— Оружейная сталь. Крепче неё сейчас нет ничего.

— А «дамаск»?

— «Дамаск» хорошо, не спорю, но зимой на морозе становится хрупким, а эта сталь нет. — Ответив, улыбнулась. Протянула руку. Он тоже улыбнулся и передал мне шашку рукоятью вперёд. — Это шашка моего деда. Ему её делал один великий мастер. Его уже нет в живых.

— Твой дед был воином?

— Я внучка воина, дочь воина, жена воина… Вернее вдова.

— Прости княжна… Княгиня. Сочувствую тебе. Но таков удел воина. Если не умереть дома, в окружении детей, внуков, что бывает редко, то умереть в бою.

— Ты прав, боярин Иван. Мой отец и муж погибли, защищая нас с сестрой.

— Твоё кольцо, княгиня. — Он смотрел на обручальное кольцо на моей левой руке.

— Обручальное кольцо, боярин. Я ношу его на безымянном пальце левой руки в знак своего вдовства. Это был подарок моего мужа на наше венчание. — Я тоже смотрела на кольцо. Оно было красивое. Золотое с орнаментом. В на внутренней стороне кольца была гравировка «Александра