Калгари 88. Том 7 - Arladaar

Войцеховский с гордостью посмотрел на московских коллег. Вот, дескать, что я знаю! Хоша и из провинции, но намного осведомлённее вас, столичных щелкопёров!

— Эммм… Я ещё не знаю… — растерялась Арина. Чёрт… Вот какого хрена он лезет⁇ Какая разница, под что именно они будут катать показалку??? Хотели удивить московскую публику, и Войц так некстати слил секретик…

— Так… Всё, товарищи… Пожалуй что, объявим встречу закрытой — девушкам пора отдыхать, — решительно заявил Грамов. — Сейчас идут соревнования юношей-одиночников, и вы как раз можете на них успеть. Там тоже много интересного. Спасибо за всё. До свидания.

Фигуристы попрощались с присутствующими, раздали автографы всем желающим и уже хотели уходить, как подошёл Шеховцов.

— Напоминаю ещё раз. Завтра, в пятницу, 14 марта, в 17 часов состоятся показательные программы фигуристов. Вам нужно за два часа до показательных приехать во дворец, в 15:00, — предупредил он. — Состоится собрание, а потом тренировка показательных выступлений. Общий выход. Ясно? И хорошо продумайте свои номера. Если будете то же самое катать, что и на прошлом чемпионате, вопросов нет. Если появится что-то новое, надо согласовывать со мной. Тренера ваши останутся здесь, помогать заканчивать первенство.

— Ясно. Валентин Игоревич, мы свободны? — кивнула головой Арина, получила утвердительный ответ и пошла из актового зала впереди всех. Как королева! И направилась за подарками! Подаркиии! Очень приятно, когда пришёл с пустыми руками, а ушёл с полным мешком!

Подарки сложили в большие холщовые мешки, которые стояли в отделе пропусков. Каждый мешок подписали, какой фигуристке он принадлежит, и торжественно вручили. Больше всех, естественно, подарков было у Арины! Они не шли ни в какое сравнение с тем количеством подарков, что бросают на ледовую арену в современное время, но всё-таки занимали большой мешок, забитый до отказа, который Арина, как Дед мороз, взвалила на плечо. Хорошо, что была машина! В автобусе таскаться с таким грузом было просто нереально.

Не успели выйти из дворца спорта, как подошёл мастер спорта по боксу Серёга Николаев, оказывается, тоже сидевший на трибунах.

— Поздравляю тебя, Люда, — улыбнулся Серёга. — Ты, конечно, сегодня зажгла. Чемпионка СССР! Вам же сейчас мастеров спорта должны дать. Ну офигеть просто! В 15 лет — мастер спорта!

— А мы не зажгли? — Соколовская внимательно уставилась в лицо Николаева, слегка смутив его. — Чего это Люська одна зажгла?

Парень, несмотря на рост под 180 и крепкое телосложение, смутился и покраснел — Соколовская своей дерзостью могла смутить кого угодно.

— И вы тоже молодцы! Зажгли! — согласился Николаев. — Всё хорошо вы сделали. Верил в вас. Свердловск всех сделал! Вы… Вы куда сейчас?

— А мы в общагу, — за всех ответила Соколовская. — Больше некуда. И ты можешь помочь нам донести мешки до машины. Да, Серёжа?

Когда уселись в машину, Арина вдруг вспомнила свою задумку насчёт показательного с переодеванием. Сначала она относилась к ней как к шалости и думала, стоит ли это делать или нет, но сейчас, когда Войцеховский высказал на виду у всех, что он будет на музыку Боба Марли, Арина вдруг решила точно переделать номер. И основную роль в нём предстояло сыграть Малининой!

— Танюша, а какой у тебя показательный? — невинным тонким голоском пропищала Арина.

— Обычный показательный… — осторожно ответила Малинина, с подозрением посмотрев на Арину и уже чувствуя какую-то пакость. — Буду классику катать! Бал цветов из «Щелкунчика» или «Ромео и Джульетту», а может, «Лунную сонату». А что?

— А не желаешь с нами номер откатать? С юмором? С драйвом? С вайбом на позитиве? — коварно спросила Арина.

— Что за вайб и драйв? — с удивлением спросила Таня. — Что вообще ты хочешь от меня?

— Я хочу откатать номер под латину, под музыку Боба Марли, — объяснила Арина. — Тот, что мы с Маринкой катали. Только ты бы ещё к нам присоединилась. Переоделась в мужика, а посреди проката сняла бы эту одежду и стала собой. Там шок у всех был бы!

— Хм… — иронично хмыкнула Соколовская.

По её заблестевшим глазам Арина увидела, что Марина зажглась. Что ей тоже захотелось удивить искушённую московскую публику. И Малинина, неожиданно, оказалась не против. Приколы всяко-разно лучше, чем классическая муть, когда делаешь мордочку ижицей и катаешься в позе умирающего лебедя. В конце концов, для академической классики есть и соревновательные программы, а показательные выступления — это искусство в чистом виде! Полёт фантазии в бездну креатива!

— И когда разучивать начнём? — увлечённо спросила Малинина.

— Можно костяк программы сегодня набросать и реквизит приготовить, — сказала Арина и неуверенно добавила: — Правда, с реквизитом беда. Придётся что-то колхозить. Нужны накладные усы, шляпа и нечто вроде чёрного плаща. К шляпе можно дреды присобачить. Это такие… Типа косичек. Типа как на Ямайке. Вот это-то проблема… Где бы это всё взять?

— Ну ты, Люська, молодец! — рассмеялась Соколовская. — И где мы это все будем брать? Осталось всего сутки до показалок.

— У меня есть… — неожиданно вошёл в разговор капитан Федотов. — Если вам нужно, я могу подарить. У меня… сын в театральном училище. Есть и усы накладные, и шляпа, и плащ. Прямо здесь, в машине лежат.

— Правда? — обрадованно захлопала в ладоши Арина. — Ой, дядя Саша, вы нас выручите прям сильно-сильно!

Федотов усмехнулся и поехал к общежитию ЦСКА. Естественно, у рыцаря плаща и кинжала были в машине и накладные усы, и две шляпы: гангстерская канотье и номенклатурная федора. И даже чёрный плащ имелся. И конечно, Федотов с большим удовольствием отдал вещи, которые могут стать реквизитом в постановке показательно номера. Рад был капитан ГРУ, что тоже может внести вклад в что-то весомое.

После того как довёз всех до общежития и поехал обратно, задумался, стоя на светофоре. Хмельницкая сегодня говорила удивительные вещи. Она упоминала такие слова, которые ему были неизвестны, несмотря на то, что Федотов знал все диалекты русского языка — от красноярских таёжных староверов до закарпатских русинов. И мог бы поклясться чем угодно, что таких слов, как «вайб», «драйв», нет ни в одном диалекте. А ещё рассказ Хмельницкой про дреды и Ямайку… Навряд ли она была на Ямайке — это довольно труднодоступная страна. Но про дреды Люда знала, хотя во всём Советском Союзе дай бог едва нашлась бы пара человек, которые видели растаманов с дредами вживую…

…То, что привезли в общагу мешки с подарками, медали и ценные призы, это,