Псионикум - So..The End

— Да… Увижу, Кэс. Я всё прекрасно увижу.

— А? Ой, прости. А ты… и вправду, ну… слепая? В смысле, полностью.

— А что, очки и трость уже не признак? — В который раз я повторила.

— Прости-прости, поняла. Просто не представляю, каково это.

— Не так уж и страшно, на самом деле. По началу — конечно, а потом привыкаешь жить в этой тьме. Сама становишься тьмой. Хе-хе.

— Зато у тебя есть клёвая трость.

— А то! Самой нравится. И ещё могу «случайно» стукнуть кого-то и мне ничего за это не будет.

— Ха-ха. Пока не встретишь такого же.

— Ну… Пока не встречала.

С моей новой яркой знакомой с звонким приятным голосом мы встретились с миссис Кимберли в зале ожидания. Услышав сенсационные вести из моих уст, воспитательница была обескуражена больше меня. Она не знала, что и сказать. Её образ весь замерцал, соответствуя её состоянию.

Любопытно. Кажется, то, что я «вижу» и есть моя экстрасенсорика, да? И именно это и имел в виду доктор Уильям. Если это так, то что-то не впечатляет. Вообще не впечатляет. Я бы лучше научилась гм… видеть будущее, читать мысли, например. Хотя нет, читать стремные мысли что-то мне совсем не улыбается. Лучше телекинез, во! Сидела бы на диване, а тут к тебе сами приплывают по воздуху чашка кофе и вкусняшки — это было бы идеально, просто рай для лентяя, как я.

— Я сама в шоке, миссис Кимберли. Но ради стипендии… Кхм-кхм, я хотела сказать, ради возможности развить свой потенциал разума, я согласилась.

— Это… Это прекрасные новости, Анна! — воскликнула женщина и на радостях заключила меня в крепкие объятия.

Что-что, а моя жизнь в последние полгода превратилась в какую-то череду объятий: сначала с машиной, потом со смертью и болью, потом с тьмой, с доктором Шарри, и вот с миссис Кимберли. И как полагается, после объятий настает пора расставаний.

— Вы так радуетесь, что я больше не буду доставлять вам проблем?

— Конечно, нет! А-а… Поняла. Иногда твой сарказм трудно уловить.

— Может, это был не сарказм?

— Ну хватит.

— Да, простите… Значит, пора прощаться?

— Береги себя, Анна.

— Вы тоже. И спасибо, что заботились о неблагодарной мне.

— Это моя работа, — скромно, но с достоинством ответила миссис Кимберли.

— Работу можно выполнять как угодно.

— Вы сейчас куда? — она пропустила мой комментарий сквозь уши.

— В кампус, — ответила за меня моя спутница и представилась. — Кэссиди Уильям.

— Кимберли Мариан, а вы… Тоже?

— Ага. Я тоже, — просто ответила моя знакомая.

— Ясно… Ну, ещё раз удачи, Анна. Уверена, мы все будем гордиться тобой. И не забывай нас.

С этими словами моя прошлая жизнь захлопнула передо мной дверью и ушла, оставив запах лаванды. По приюту я точно не буду скучать. Может быть, только по ней. И я тоже искренне желаю вам всего хорошего, миссис Кимберли…

— Какая приятная женщина.

— Да… Ты права, Кэс. Ты права.

— Ну, пойдем?

На улице нас уже поджидала служебная машина института. Наверняка вся такая черная с тонированными стеклами, как у секретных агентов. Весь путь до кампуса занял около полутора часа. Нашим водителем был тот ещё скрытный тип, точно какой-то спецагент. Он мигом уехал обратно, высадив нас возле входа в главное здание, при этом за весь путь не проронил ни звука. Его образ я вообще не запомнила. Ладно. Зато разговорилась с Кэс. На удивление, с ней легко нашли общий язык.

Как и говорила моя новая знакомая, кампус располагался у берега океана и соединялся с сушей через, скажем так, небольшой мост. На выходе из машины я сразу ощутила на лице бриз океана, соленый вкус во рту, услышала шум волн издали и брызги фонтана где-то рядом. Довольно гармоничное место вырисовывается, скажу я вам. Наверняка не зря оно выбрано для обучения псиоников.

— Пришли! — огласила очевидное Кэссиди, явно указывая вдаль. — Мы прошли через огромную арку, ты бы видела эту эпичную гравировку на нем: «РАЗУМ ПРЕВЫШЕ МАТЕРИИ» и символ института в виде треугольника с глазом внутри. А ещё по обе стороны от нас цветочки и шикарный сад.

— Да, красота неописуемая, Кэс.

— Ха. Это точно. Эм… Что-то у тебя мало вещей, Анна.

— Всё своё — ношу с собой.

— Ну, зато на стипендии закупишься чем-нибудь. Там, конечно, не такие баснословные суммы, как принято считать, но жить можно вполне комфортно. А если будешь показывать хорошие результаты, добавят прибавку.

— Результаты чего?

— В институте действует рейтинговая система. Войдешь в ТОП 3, будут начислять всякие награды.

— В ТОП 3?

— Там объяснят. Если вкратце, каждый день ставятся определенные баллы и при том не только за успеваемость. А в конце недели на главном экране оглашаются имена студентов, набравших хорошие баллы. Честно, то оно редко сходится с настоящим уровнем пси-способностей. Наверное, работает просто как мотивация.

— Занятно. А если окажешься на дне списка?

— Накидывают штрафы, дают дополнительные занятия, всячески порицают, а также ябедничают родителям.

— Мило. Но от одного пункта я уже освободилась. Им некому будет ябедничать на меня.

— Тогда будут порицать с удвоенной силой.

— Боже мой, только не это.

— Вот-вот, бойся.

Спереди раздались приближающиеся шаги. Как и у Кэссиди, у человека образ светился ярким светом, но как-то обрывисто и другим цветом, красным. Затем раздался уставший мужской голос, судя по которому можно было дать ему лет тридцать-тридцать пять, не больше:

— Здравствуйте, мисс Рейн, меня зовут профессор Карл Зенер, я куратор первокурсников, ваш куратор. Мне уже сообщили о вас. Пройдемте за мной.

По-моему, наш куратор слегка прихрамывает, иначе объяснить странный шаркающий шаг я не могла.

— Можно задать вопрос, профессор Зенер?

— Конечно, мисс Рейн.

— Сколько курсов в вашем институте?

— Четыре основных и два специализированных. После базовых предоставляется выбор в какой сфере продолжать свою деятельность.

— Например?

— Узнаете, когда доучитесь до этого.

— Секретная информация? Гм, значит, замешаны военные, что, кстати, вообще не удивительно. Ну, кому ещё в первую очередь будут интересны люди с такими способностями, верно?

— Ага, я слышала, что здесь учат на специальных псиоников-агентов. Они гоняются за шпионами-экстрасенсами других стран, — согласилась со мной Кэс. — В детстве я хотела стать одной из них. Левитируя по воздуху и силой мысли, кидаю во вражин всякие штуки.

— Скорее всего обучают, как управлять толпой, во имя государства, конечно. Это же легкий способ устраивать революции и бунты в нужных странах по заказу нашего славного автократического правительства.

— Ха! Точно! То-то