Кукла 2 - Мир

— Что? Какое собеседование? — выпучил я глаза, в отчет на заявление родителей «собирайтесь, мы пойдем на собеседование».

— Не собеседования, а на ознакомительную беседу с учителями вашей новой будущей школы! — поправила меня мать, а я выпучил глаза.

Ведь я уверен, что только что, мгновение назвал, они говорили именно «собеседование». Хотя — взгляд на отца — понятно все с ним! — он предпочел назвать вещи своими именами, а мать — завуалировать.

— Какой еще школы⁈ — спикировала с верхней полки сестра, приземлившись точно рядом со мной — Не хочу я не в какую школу! Там ужасно! Мне и тут хорошо! — затараторила она, будучи оооочень недовольной, ведь у неё были явно иные планы на сегодняшний день, а не вот это вот все.

Я у еще одного из соседей увел еще одну книжку о психологии людей, она так и называется, и теперь сеструха жаждала её прочесть, а тут явный облом.

— Так, дочка! — сказала суровым тоном мать — Не капризничай!

— Я и не капризничаю! Просто не пойду. — сложила она руки на груди, вздернула носик и упала на пол, усевшись на попу, сложив ноги крестиком.

— Доча, — сказала мать, как бы говоря «ну ты чего⁈», но видя, что так просто до девочки слова не дойдут, села на корточки рядом с малюткой. — дочка, так же нельзя! Мы все пойдем, а ты… ну посмотри хоть на меня! — в ответ девочка отвернулась спиной к матери, ловка крутанувшись на попке, не вставая с места.

Мать — взглянула на меня, почему-то ища в моём лице поддержку. Видимо потому, что отец ушел на кухню! И хрючит там сосиски в одно рыло, запивая кофем — дома он не ночевал, где-то пропадал, вроде как на работе.

Но я, вместо поддержки родительницы, тоже сел на пол, поддержав сестру. И, поймав суровый взгляд мамки, тоже отвернулся спиной. Сестрица украдкой показала мне большой палец — одобрямс. Я изобразил в ответ «все гуд», сложив пальцы колечком.

— Так, дети! — сурово сказал женщина за нашими спинами, вставая в полный рост. — Там вас ждут серьёзные люди, а вы тут капризничаете!

— Вот и пусть ждут дальше! Мы — не пойдем! — пробубнила сестра не оборачиваясь.

— Дети, так нельзя! Ваши родители очень много сделали, чтобы вы попали на это собеседование!

— Так собеседование или беседу? — зацепился я за оговорку матери.

— не играй словами, сын! — стала она совсем суровой, злясь заодно и на себя, но пуская недовольство в нужное русло, играя эмоциями.

— А зачем? — поддержала меня сестренка, пока мать буравила взором мою спину негодуя.

— Чтобы учится!

— Пффф! А дома мы что делаем? — практически рассмеялась сестра на это заявление, на мгновение сбивая мать с настроя.

— Это не то! Дома вам не научится тому, чему научат в школе! Школа — важный жизненный институт! Без неё не взрастись человеку! — явно что-то процитировала высокопарным слогом наша мамка.

— Пфф! — сестра вновь почти что засмеялась.

— Дети! — проговорила она голосом, которым обычно отправляют в угол.

И сестра, словно бы подчинившись, встала, и пошла в уголок, встав туда почти в упор к стенам.

— Это вообще, что? — ошалела мать, глядя на это, хлопая глазами, и не понимая в ситуации ровным счетом ничего.

— пффф! — чуть не подавился отец, заглянувший к нам в комнату, — Уже и до наказаний дело дошло… — пробубнил он, с набитым ртом.

— Так! — произнесла в который раз мать, и не найдя что еще сказать, переключилась на отца, — Помогай давай! А то ржёшь тут…

Отец не ржал, но вид у него был со смешинкой, от чего мать не смогла сдержать улыбки. Однако помогать он не стал — сначала дожевал! И все это время в комнате из звуков было слышно лишь его чавканье. Мать — ждала, систра — стояла, я — сидел.

— Дети, — произнес папка заезженную фразу и проглотил последний кусок, — ваши родители… нам пришлось очень постараться, взяв отгулы, чтобы сводить вас на это собе… кхм! На эту беседу. Вы же не хотите, чтобы наши труды прошли зря?

— Так может просто книжку со сказками почитаем? — запрокинув голову, ответила на это девица из угла, глядя бате в глаза.

Отец помотал головой и заговорил высокопарно:

— Очень многое зависит от сегодняшнего дня! Решается ваше будущие! В…

— Вот я и решила будущие, — сказала сестренка, и села прямо в углу.

— Пфф… — сдулся батя, глядя на это.

— Так, всё, я иду за ремнем! — сказала мать, но отец её остановил, поймав за талию в проходе.

— Дети, ну не подводите вы своих родителей! Не обижайте нас! Сходите на это дурацкое собе… беседу! Не обижайте нас! Прошу! — под конец фактически взмолился батя, взывая к нашей чести-совести, и кажется, барьер нежелания сестренки только что лопнул.

Она, сначала обернулась, взглянув на отца, потом развернулась на месте, сев спиной к углу, потом, немного подумавши, поинтересовалась:

— Правда недалеко?

— Угу. Прямо совсем-совсем. Пять минут — и вы там. Это почти что соседний двор!

Сестра взглянула на меня. что тоже развернулся к родителям, и к ней, лицом.

— Эх! Ладно! Ведите!

— А я против! — выдал я, ошарашив всех.

— Э… — пробормотал отец.

— Вот теперь точно за ремнем! — сказала мать и выскочила из ослабшей хватки отца.

— Я никуда не пойду пока вы не купите мне велосипед! — выдал я, как великую мудрость, вознося палец к потолку.

— Э… — вновь повторил еще сильнее ошарашенный отец.

— Зачем он тебе? — офигела сестренка.

— Я тебе щас дам велосипед! — влетела в комнату разъярённая фурия в лица матери, с ремнем наперевес.

— Ай, — ойкнул я, получив ремнем по плечу.

Без усилия и замаха, чисто прогладила, но неприятно.

— Собирайся давай! Опаздываем!

— Ай!

— Живее!

— оЙ! — получил я ремнем еще и по попе, когда встал с