Карма. Том 2 - Ольга Громыко

– Для чего? – пересилил обиду Хэл.

– Для планет земного типа. Смотри, сколько тут биосигнатур^[7] и водяного пара! Если бы эта планета находилась в зоне обитаемости^[8], на ней было бы полно морей и океанов, как на родине Ташшиаса.

– Возможно, когда-то они там и были, – предположила Иветта. – А потом пришли тракаши и сбили планету на более низкую орбиту. Вода вскипела, все живое погибло, а неживое превратилось в магму и плазму.

– Или эта планета всегда была такой какашкой, – скептически фыркнула Молли. – В любом случае назад этот фарш не провернуть и на что он может сгодиться, непонятно.

Лиза энергично тряхнула головой:

– Вы упускаете самое важное! Не «зачем», а «когда»!

Кай, как всегда, первым уловил мысль подруги. Три месяца назад, одновременно с исчезновением Хрущака.

– То есть Ташшиаса заставили купить систему?

– Угу. Для станции это паршивое место, а для базы пиратов или террористов – идеальное.

– Но почему именно Ташшиаса?

– Может, он что-то задолжал бандюкам или его чем-то шантажируют? – предположила главный специалист по данной теме. – У него есть мрачное загадочное прошлое?

– Есть, – буркнул Кай. – Он слишком добрый и отзывчивый, поэтому не ужился на родной планете.

– Во! – расфуфырилась Молли. – Знакомое дело, на доброту его и взяли!

– По меркам змеелюдов это означает – если бабушка попросит перевести ее через дорогу, то он только пнет ее, а не откусит голову, чтобы она больше не страдала от старческой немощи.

– Точно, знакомое, – с ухмылкой подтвердил Хэл. – Так вы думаете, что ваши пираты и похитители загнездились в той системе?

– Процентов семьдесят шесть и три десятых, – прикинул Кай.

– Пля, мог бы уже и округлить!

– Я округлил.

– О связи Ташшиаса со злодеями знаем только мы, – мягко влезла между парнями Лиза, переключая внимание на себя. – Для своей расы он изгой, а другим тем более не интересны его странные покупки и поступки. Поэтому злодеи чувствуют себя в безопасности и не ждут гостей.

– Может, полетим на Джек-пот и попробуем подкараулить змеелюда там? – тоскливо поинтересовался Натан, догадавшись, к чему ведет девчонка. – А то соваться прямо в тайное вражеское логово как-то… не очень.

– С тем же успехом можно караулить Ташшиаса на любой космической барахолке – мы не знаем, когда он вернется на астероид и вернется ли вообще. А в «новый дом» он наверняка регулярно наведывается!

– Но нас в гости не звал, – мрачно сказал Хэл. – Что, если навстречу выскочит вооруженный до зубов флот и без предупреждения расстреляет нас на месте?!

Лиза поморщилась и помотала головой.

– Они не для того так долго и тщательно прятали концы в вакуум, чтобы прогореть на подобной ерунде. Вдруг мы важные персоны и всем растрезвонили, куда летим? Помните банду змеелюдов на Ту-Ли? Они тоже сперва пытались вежливо нас отвадить, а стрелять начали, только когда мы приперли их к стенке! Так что предупреждение по-любому будет.

– И что мы на него ответим?

– Сыграем дурака, – широко улыбнулась Лиза. – Скажем, что мы старые друзья Ташшиаса и очень за него переживаем, поэтому прилетели посмотреть, как он тут обустроился. Даже подарок на новоселье привезли!

– А вдруг это те террористы, которых выслеживает ваш якудза? Они тоже искали кристаллы!

– Они их давно уже нашли, сговорившись с Андреасом, – напомнил Кай. – Просто выжидали, когда шумиха немного уляжется, чтобы завершить сделку. Думаю, террористы не имеют к нашим пиратам никакого отношения.

– Иначе я не обещала бы Ворону, что кристаллы не попадут в плохие руки, – подтвердила Лиза.

– Но в этой паутине намертво увязли и твой отец, и змеелюд, и Майкл Бриннер – по твоим словам, опытный контрабандист! Почему ты так уверена, что нам удастся решить проблему, с которой не справились они?!

Лиза снисходительно хмыкнула.

– Потому что это уже не первый раз, когда нам с Каем это удается.

* * *

Команда не отказалась бы хорошенько обмыть возвращение блудных кристаллов, но «моющие средства» на катере закончились, а времени и денег запастись на Шебе новыми не было. Пришлось ограничиться обычным ужином, после которого Хэл, как бы ему ни хотелось придавить подушку, отправился на дежурство в рубку.

Через полчаса к нему присоединился Кай. Молча сел в соседнее кресло, активировал окно настроек и принялся в них ковыряться.

– Нат тебе утром голову оторвет, – лениво сказал Хэл.

Абсурдность этого заявления киборга не удивила и даже не насмешила.

– Он сам попросил меня протестировать оборудование после отладки.

– А, ну тогда ладно…

Ощущения, что киборг приперся в рубку, потому что не доверяет человеку, а тот из тех же соображений не уходит, не возникло. Кай занимался своим делом, Хэл своим – посматривал то на обзорный экран, то на показания приборов. Скучное и весьма усыпляющее занятие, но лучше проснуться от воя сирены в рубке, чем бежать к ней через полкатера, путаясь в спадающих штанах.

Хэл решил, что имеет право на небольшую премию и, сходив в кокпит, почти без угрызений совести залез в заначку Молли и конфисковал две банки джин-тоника из оставшихся трех. Она и так уже свою норму на месяц вперед выбрала!

– Будешь? – протянул он одну банку Каю.

– Нет, – привычно отказался киборг.

– Брезгуешь? – шутливо уточнил Хэл, однако небольшая напряженность все-таки возникла.

– Нет. – Каю не хотелось ее усугублять, и он пояснил: – Просто не люблю алкоголь.

– Жалко.

– Почему?

– Ну так, – пожал плечами Хэл. – Выпивка расслабляет, тебе не помешало бы.

– А зачем я тебе расслабленный?

Хэл возмущенно фыркнул и как можно дальше отодвинулся от киборга, показывая, что он не по этим делам.

– Да иди ты! Просто поболтали бы, как люди, по душам.

– Мы и так нормально болтаем. И я ничего не забуду и не открещусь от своих слов, когда протрезвею.

– Зануда, – буркнул Хэл и щелкнул крышкой. – И как только тебя твоя подружка терпит?!

– Подруга.

– Я же говорю – зануда!

Кай продолжал сосредоточенно перекидывать тумблеры, параллельно взглядом двигая бегунки в вирт-окне. Мягкая обшивка и разогрев корпуса до сорока градусов делали Пса комфортабельной подушкой, а если положить голову ему на бок, то можно различить чуть слышное убаюкивающее гудение. Полная иллюзия, что Лиза дремлет, привалившись к самому Каю, не хочется разбудить ее резким звуком или движением.