А&В. Бабочка - Tais

Стоило переступить порог здания, как ему резко в нос ударил запах сырости и затхлости. Плесень красовалась на стенах заброшенного склада, покрывая их больше чем на четверть. Под ногами хрустел мусор: разные осколки, пластиковые упаковки бог знает от чего, бычки, огрызки от семечек и прочее. На той части стен, которую плесень занять не успела, красовались граффити самого разного рода. А сверху, почти под самым потолком, который навскидку был где-то на высоте третьего этажа жилого дома, были грязные мутно-зеленые стекла окон, большинство из которых были разбиты. Чтобы разглядеть испуганного, мечущегося из угла в угол Араки, пришлось сильно напрячь зрение. Освещения здесь не было почти никакого — только скудные солнечные лучи, каким-то чудом пробившиеся через густые серые тучи, грязные окна и дыры в крыше, с которых капля за каплей падала дождевая вода, отбивая странный ритм, словно барабанная дробь. Местечко не самое приятное, но подходящее для их цели.

— Попался-ся-ся, — неожиданно весело крикнула Оливия, а эхо подпело ей.

Он только бросил мимолетный взгляд на нее, как сразу по телу пробежали мерзкие мурашки. Ее лицо было обезображено злобой. Ужасное зрелище. И Дэн позади нее был ничуть не лучше, улыбаясь во весь рот он, ни капли не стесняясь, демонстрировал, как ему все это нравится. Только Ли и Бастер выглядели на их фоне адекватными, будто два солдата с окаменевшими лицами. Ли и Дэн вышли вперед, по пути Ли подобрал с земли заржавевший железный прут. Пусть у них и было численное превосходство, но физически Хиро Араки их превосходил. Ему было страшно, а с каким-никаким оружием в руке уверенности больше, чем совсем без него. Ли быстро рванул к Араки и ударил прутом, тот схватил прут ладонью, чуть сморщившись, видимо, от боли. И тут же Дэн ударил Араки в живот ногой со всей силы. От резкой внезапной боли он выпустил прут из рук, согнулся и вскрикнул. И этим сразу воспользовался Ли, схватив его за волосы и став бить лицом об свою коленку. Ударил он ни раз и ни два. Все бил и бил, словно барабанщик по своему инструменту под аккомпанемент из заливистого смеха Оливии и криков Араки, пока тот не отпихнул его с невероятной силой и не бросился к выходу, надеясь на спасение. Но спастись ему было не суждено. Оливия применила шокер. Ожидаемо, Араки упал на сырую землю, скорчившись в конвульсиях.

«Наконец-то…» — с наслаждением подумала она, выпустив еще один заряд. «Получай! За Лили получай! За всех получай! Больно, да, мразь?! А какого им было?! Видимо, тебе все еще мало! Держи еще! Умри, тварь! Умри!». Она жала на кнопку и смеялась. Громко и заливисто. Пока под ее ногами хрипел и орал от боли Хиро, по ее телу волнами прокатывался экстаз. Потому она не заметила как Бастер и Новак подошли к ним, бросив охранять выход.

— Мы так недоговаривались. Оли, перестань! — внезапно крикнул Новак, больно схватив ее за руку. Она одернула руку и одновременно со злобой и удивлением посмотрела на него. — Ты же его так убьешь! Сдурела?! — Новак еще сильнее повысил голос.

— И что с того? Этот мусор это заслужил!

— Совсем конченная? Я пособничать убийству не хочу! — визгливо сказал Новак.

— Эй-эй! Ребят, ну к чему эти пустые ссоры? — вмешался Дэн. На лице его красовалась обманчиво дружелюбная улыбка, за которой и Новак и Оливия разглядели агрессию.

— В смысле, пустые? Дэн, посмотри, что она творит? — продолжил твердо настаивать Новак, хоть у него от взгляда Дэна все поджилки тряслись. Но он уже принял решение: никогда больше он не отступит и не спасует перед ним. Никогда. Чего бы ему это не стоило, он отстоит свою точку зрения и не даст убить, возможно, невиновного человека.

— А что такого? — ответил Дэн, улыбнувшись еще шире.

— Что такого? Она его убьет!

— Ну и?

— Ну и?! — взвизгнул Новак. — Вы совсем с ума сошли! Я ухожу!

— И куда ты пойдешь?

— Да какая разница! Я не хочу этого видеть.

Новак быстрым шагом направился к выходу с четким намереньем позвать сюда полицию и объяснить происходящее, чтобы спасти Хиро Араки. К его несчастью, Дэн легко раскусил его план и, лишь коротко кивнув, отдал приказ Ли скрутить его. У него не было возможности сопротивляться.

— Слушай, ну давай тут без этого. Мы начали это вместе и закончим вместе. В конце концов, как мы можем быть уверены, что ты не на его стороне. Может, ты побежишь сейчас в полицию, — протянул медленно Дэн, не переставая хищно улыбаться, а потом резко ударил его в живот. Острая боль вернула ему тот же страх перед его другом, что он чувствовал еще до встречи с Эндрю. И почему он вдруг решил, что сможет с ним тягаться? Дэн ведь всегда был сильнее его. Он всегда был жалким и неспособным ни на что слабаком. Раз так, то зачем эти глупые попытки сопротивляться?

— Отпусти меня. Я никому ничего не скажу…

— Посиди пока тут. С тобой мы позже поговорим, — бесстрастно кинул Дэн в ответ.

Ли аккуратно оттащил его в угол, тихо, так чтобы никто не услышал, шепнув ему на ухо: «Прости». Новак скрутился на земле в клубок и беззвучно заплакал.

— Прости за заминку, — сказал Дэн, обращаясь к лежащему на земле Араки, и ударил его ногой в живот.

Новак не мог видеть, что происходило дальше, но хорошо слышал звуки ударов, стоны боли и хрипы бедняги Араки. Ему невероятно хотелось ему помочь, но от страха все его тело отказывалось слушаться. У него не было ни шанса ему помочь. Даже себя он защитить не в состоянии, что уже говорить о помощи другому. Потому он беспомощно лежал в углу, свернувшись на холодной сырой земле, и слушал, как его избивают. Опять время растянулось до бесконечности. Монотонный шум усиливающегося дождя, отбивающего по крыше причудливый ритм, казалось, физически его обволакивал, словно смола. Пока он думал о дожде, ему становилось легче, действительность вновь из невыносимой становилась терпимой, потому что остальные звуки будто переставали существовать. Только дождь и его ритм. И никакого женского гогота, воплей боли и звуков ударов. Заманчиво было представить, что все это лишь страшный сон, и в реальности ничего такого не было, но