Истории приграничья - К.Ф. О'Берон

разговоров, смех, ругань, стук деревянной посуды… В воздухе висели ароматы жареного мяса, варёных овощей, пива и свежего ржаного хлеба; запахи горящих сальных свечей и поленьев в очаге; вонь взопревших тел и немытых ног в сапогах. Откинувшись на спинку стула и сцепив руки на животе, Бел Им-Трайнис из-под полуприкрытых век оглядывал зал. Его взор ненадолго останавливался на знакомых лицах, после вновь начинал блуждать. Казалось, рыцарь вот-вот задремлет, но в действительности он внимательно слушал разговор гибельщика, Фарда и Линдке Дайре-Со.

Последний — темноволосый дворянин с крупными чертами лица, — присоединился к компании в Фумине. Прямой — будто на кол посаженный, в тёмно-синей котте без узоров и шитья, с идеально выровненными мечом на одном боку и кинжалом на другом, второй помощник Када Ви-Гру говорил бесцветным монотонным голосом. Поначалу коротко поведал об убитых, после перешёл к Орду:

— Было ему сорок-сорок пять зим, — на лице Дайре-Со явно читалось недовольство. Бел не понимал причины, а вот гибельщик знал, что помощника раздражает неопределённость. — В приграничье оказался, служа в королевской рати. Когда время службы вышло, остался здесь. Женился, построил дом. Жил, по большей части, охотой, иногда приторговывал. Три с половиной года назад жена померла при рождении первенца. После этого Орд около года был один. Затем в Фумин приехала его сестра с мужем и ребёнком. Орд отдал им свой дом. Сам купил небольшую лачужку в северной части посёлка.

— С сестрой или мужем её не бранился? Ссоры у них бывали? — поинтересовался гибельщик.

— Сестра его, Ална, сейчас слова сказать не может, одно лишь рыдает, — с осуждением промолвил Дайре-Со, презиравший неумение обуздывать эмоции. То, что женщина одновременно лишилась супруга и брата в его глазах оправданием не являлось. — Соседи говорят, что в семье Алны Орда почитали чуть ли ни за главу. С Дигмалом хорошо ладили: охотились вместе, в трактире выпивали.

— Как он с прочим людом себя вёл? Врагов не имел?

— Никто худого слова об Орде не сказал.

— Он никому ничего не задолжал?

— О подобном тоже ни один допрошенный не говорил. Если и было такое, либо не ведают, либо скрывают.

— Однако ж, преудивительно, — подал голос Фард. — Жил-не тужил, а эвона — всех и перебил ни за́ што, ни про́ што…

— Это и непонятно, — Ви-Гру в задумчивости глядел в чарку с сильно разведённым вином, к которой ни разу не притронулся. — Странные он выбрал время и место.

— А вдруг поругался с зятем в пути? — вступил в беседу Бел. — Скажем, ехали торговать, да не договорились, как прибыль делить. А других спутников Орд прикончил, дабы не донесли на него.

Ви-Гру рассеянно покачал головой:

— Простите меня, господин Им-Трайнис, но вы… м-мм… неправы. Свидетелей убивают, желая избегнуть преследования и заслуженной расплаты. Орд же саморучно… м-мм… лишил себя жизни. В этом случае не было никакого резона в убийстве гончара с подмастерьем.

— Попали под горячую руку, — продолжал отстаивать свой вариант Бел. — А после понял, что натворил и покончил с собой.

— Таким… м-мм… причудливым способом? — Гибельщик оторвался от созерцания жидкости в чарке и взглянул на рыцаря. — Все мои чувства, почтенный Им-Трайнис, говорят, что… м-мм… произошло это не так, как вы описали. И наши усилия истолковать произошедшее подобны… м-мм… попыткам впихнуть меч в кинжальные ножны. Но, к несчастью, подходящего ответа на сию загадку у меня нет.

Некоторое время сидевшие за столом молчали.

— Либо не сумел я чего-то вызнать, — заговорил Дайре-Со, всем видом показывая, что такой оплошности допустить не мог, — либо нечто произошло в пути… Ночь, телеги катят по просеке, спешат на ярмарку. Вдруг остановка — почему? У всех в руках оружие — мужики встревожены? Ждут нападения? Самый опытный идёт разведать — препятствие? Засаду? После убивает спутников — его заставили? Угрожали?

— Там не было других следов, — напомнил Ви-Гру.

— Либо их не удалось найти, — безэмоционально ответил помощник. — Ведь позже там проезжали другие люди.

— А пошто он по кругу ходил, прежде чем себя порешить? — вставил Фард. — Тама всюду кровушка с топора-то накапала.

— Орд обезумел, — сказал Дайре-Со. Выдержав паузу, добавил: — Либо его заколдовали. Тут истину раскрыть сумеет лишь господин Им-Трайнис, победитель тёмного колдуна и знаток прочего чародейства.

Три пары глаз уставились на Бела. Гигант тяжело вздохнул:

— Господа, вы спрашиваете не того…

Следующий день Им-Трайнис и Ви-Гру с помощниками провели в Фумине. Гибельщик сумел побеседовать с вдовой Дигмала, после учинил допрос соседям. Фард потолкался среди фуминских мужиков, пытаясь выяснить, не происходило ли в здешних местах какой небывальщины. Дайре-Со наводил ужас на селян, вызнавая, не был ли Орд приносящим жертвы демонопоклонником, подобно недавно явившимся в посёлок переселенцам. Бел навестил Ук-Мака, заглянул к оружейнику, чтобы тот отполировал и без того безупречно выглядевший меч, а после сидел в трактире, размышляя, отчего ему так везёт на всевозможные волшебные приключения.

Вечером к рыцарю присоединился гибельщик с Дайре-Со. Им-Трайнис терпеливо выждал, покуда они поедят, после поинтересовался, удалось ли напасть на какой-нибудь след.

Ви-Гру молча покачал головой. При этом выглядел почтенный дворянин огорчённо.

— Опасаюсь, любезный господин Им-Трайнис, — сказал он, — мне придётся доложить графу о… м-мм… неудаче.

— Вот как? — вежливо произнёс рыцарь, у которого разом полегчало на душе. — Что ж, не во всех битвах можно одержать верх.

Гибельщик изучающе поглядел на него. После склонил голову:

— Вероятно, вы правы.

Когда в «Огоньке» появился Фард, Ви-Гру, как и накануне спросил Бела, не будет ли тот возражать, если его помощник сядет за один стол со всеми. Рыцарь, которому за годы наёмничества доводилось и есть, и спать бок о бок с низкородными, лишь небрежно махнул рукой.

Гибельщик позвал Мунгоуда, дабы тот принёс еды Фарду. Во время ожидания, поинтересовался, удалось ли помощнику что-то вынюхать.

— Кое-шо имеесся, — с довольным видом сказал Фард. — Вир, бондарь тутошний, казал, шо видал как Орд с Малколом в лесу собачилися. Вродеть как из-за силков. Поделить не могли, где чьи места. Криком орали, за ножи хваталися. Но разошлися…

— Гм, а где сейчас этот Малкол, не узнал?

— Обижаете, вашмилсть, — растительность на физиономии