Происхождение - Энн Леки

– Нет, – сказала она. – Я просто хочу вернуться домой. На свою планету, в наш дом в Арсамоле.

И работать в офисе под руководством неди Лак, чтобы жизнь вернулась в привычное русло. Хотя то, что Токрис рядом, пока непривычно, но это и замечательно.

– Все же растянется на годы, правда? Я слышала, что понадобится несколько лет, пока все соберутся, и вопрос довольно сложный, так что на обсуждение тоже может потребоваться не один год.

– Правда, – ответило Гарал. – Может, и впрямь лучше прилететь на время, чем посвятить следующие пять- шесть лет своей жизни Гек.

– Знаешь, ты себя недооцениваешь, – сказал ей Тик. – Если то, что ты делаешь, не впечатляет твою мать, так это ее проблема, а не твоя. Скорее всего, она не из тех матерей, которые лелеют и холят своих детей, так что есть вероятность, что ты станешь счастливее, отделившись от нее. Мне кажется, что она по-своему искренне заботится о тебе, а твое недя точно знает, чего ты стоишь.

– И с Данаком все станет проще, когда вопрос с наследством определится, – добавило Гарал. – Но все поймут, если ты решишь пожить одна.

– Можешь полететь с нами, – предложил Тик.

– Нет, я хочу вернуться домой хотя бы на какое-то время.

Тут в комнату вошла помощница с полным подносом хлеба и сыра и сказала:

– Мисс Ингрей, вас хочет видеть ваша мать. Она в комнате напротив.

Комната Нетано оказалась почти такой же, как у Ингрей, только постель была свернута, а сама она устроилась на мягкой скамеечке. На стене справа светилось изображение неди Лак, которое сидело на стуле в какой-то голубой комнате.

– Ты хотела меня видеть, мама?

– Ингрей, милая, сядь. – Нетано указала на место рядом с собой. Ингрей присела. – Ты уже видела новости? Ты – настоящая героиня!

Ингрей чувствовала себя совсем не по-геройски.

– Похоже на то.

– Кажется, мне нужно извиниться перед тобой, – сказала Нетано и взглянула на недю Лак, хотя оно молчало и даже не шевелилось. – Твое недя считает, что мне нужно извиниться. Я всегда говорила своим детям, что любой из них может стать моим наследником, что я выберу лучшего.

– Да все в порядке, – ответила Ингрей совершенно искренне. – Я всегда знала, что это будет Данак. Все знают.

Нетано язвительно улыбнулась.

– Даже в детстве он был… каким-то особенным. А если затевал что-то, то добивался цели любыми способами. Он всегда понимал, что интересы семьи – это и его интересы. Даже в ситуации с мехом-копателем он сообразил, что нужно изменить курс, и мгновенно среагировал.

Да уж, подумала Ингрей. Конечно, Данак особенный. Он родился в хорошей семье, с древними именами и традициями. Он не был безвестным приемышем из общественного приюта. Не стоит сердиться и обижаться на это. У нее своя жизнь, она может сделать все, что захочет, пусть даже она и не особенная. «Ты себя недооцениваешь», – только что сказал ей Тик. Больше недооценивать себя она не будет. Поэтому не стоит беспокоиться ни о Нетано, ни о Данаке.

– Твоя мать считает себя поборницей равноправия и очень демократичным человеком, – сказало недя Лак. – Она хотела дать детям из общественных приютов, то есть тебе и Ваор, пока оно не ушло из семьи, равные шансы на получение наследства. Только вот «особенными» вы никогда не были.

К удивлению, Ингрей удалось сохранить безучастное выражение лица. Недя Лак никогда не говорило о Нетано подобного ни в ее присутствии, ни за спиной. Да и вообще не обсуждало эту тему.

– Сейчас не время, Лак, – резко сказала Нетано.

– Может, и так, – согласилось недя Лак. – Но время летит очень быстро.

Нетано вздохнула.

– Менее часа назад я получила сообщение от пролокутора Дикат, оно считает, что я собираюсь назначить наследником не того человека. И я с ним согласна. Думаю, мне следует передать свое имя тебе.

Ингрей вдруг показалось, что твердый пол под ее ногами дрогнул и превратился в бездонную пропасть.

– Мне… Что?

– Твоя мать хочет назначить тебя наследницей, – сухо сказало недя Лак.

– Меня… но…

– Ты думаешь, что у тебя не получится, но это не так, – продолжило Лак. – Кроме того, тебе не придется исполнять обязанности самой. Особенно прямо сейчас, да и долго еще не придется.

– Ты – героиня, – сказала Нетано. – Я уверена, что в новостях описывают события… не совсем точно. Обычно так и бывает. Силы обороны системы, без сомнения, скрывают детали операции. Но ты пошла на это добровольно, решила спасти детей и Хвай. Более того, ты преуспела, а детали не так уж и важны.

– А еще у пролокутора Дикат сложилось о тебе очень хорошее мнение, – добавило недя Лак. – Уверено, ты понимаешь, что добиться такого совсем не легко. В будущем это может нам помочь. Пролокутор Будраким поставил себя в очень тяжелое положение прямо перед выборами. И появился огромный шанс, что через год, в это же время, ты станешь Третьим пролокутором.

Данак! Данак знал или подозревал, что это случится. Поэтому он так дружелюбно вел себя в госпитале. Поэтому он с обидой сказал: «Ты всегда была любимицей неди Лак».

– Власти Тира осознают, что они в долгу перед тобой, – продолжила Нетано. – Они предлагают тебе право на бессрочное проживание там. Бесплатно.

– Правда, гражданства не предоставляют и жилье не оплачивают, – ввернуло недя Лак. – Тир всегда остается Тиром.

– И народы Бейта тоже выражают тебе свою благодарность. Кроме того, у тебя личные контакты с послом Гек.

– Короче, – сказало недя Лак. – Учитывая все это, твоя мать поступит просто глупо, если назначит своим наследником кого-то другого.

Она это сделала! Она победила Данака. Окончательно и неопровержимо. Такой удачи Ингрей никогда себе не представляла, даже в самых невероятных фантазиях. У нее получилось!

Она станет представителем Аскольд. А может, даже пролокутором Аскольд. И дом в Арсамоле с фасадом из прекрасного цветного стекла и цветочными клумбами в саду будет принадлежать ей. Конечно, она щедро и милостиво позволит Данаку жить там.

Ингрей глубоко вздохнула и вдруг сказала:

– Нет. Нет, ты всегда хотела назначить своим наследником Данака.

– Боишься, что мое решение поспешно? – спросила Нетано. – Или считаешь, что я не хочу назначать тебя наследницей? Я поступаю обдуманно, и я действительно хочу, чтобы ты стала следующей Нетано.

– А я не хочу, – сказала Ингрей, и ощущение, что она летит в пропасть, которое сопровождало ее с самого детства, вдруг исчезло. Почти. – Я не лучший кандидат. У меня не получится. Что бы там ни говорили обо мне в новостях, скоро все забудется, а политика из меня не выйдет. Нет, ты должна передать имя Данаку.

Она взяла себя в руки, чтобы смело принять последствия отказа. К ее удивлению, недя Лак засмеялось.