Бог войны - Дэвид Вебер

- Нет, - сказал Венсит с внезапной почти мальчишеской улыбкой. - Это не то, что я сказал, Кенходэн. Строгие правила гласят, что волшебник не может причинить вред не-волшебнику, кроме как в целях прямой самообороны. Полагаю, я мог бы привести доводы в пользу самообороны от убийц, которые хотят убить меня, но в данном случае в этом нет особой необходимости, потому что я ни капельки не причинил им вреда. На самом деле, - он радостно усмехнулся, - они найдут это довольно... освежающим.

- Действительно? - Кенходэн задумчиво посмотрел на него. - И ты собираешься рассказать нам, что именно ты сделал?

- Нет, - самодовольно сказал Венсит. - Я не такой.

И он уперся, несмотря на все подталкивания Базела и Кенходэна. Чернион, с другой стороны, решила не пытаться, потому что что-то в манере волшебника всякий раз, когда он заговаривал с ней, заставляло ее чувствовать себя неловко. Он не знал, что она убийца - он бы никогда не подпустил ее так близко, если бы знал это, - но инстинкт подсказывал ей, что что-то сделанное ею, или сказанное, или, возможно, не сделанное, вызвало у него подозрение. Она не могла себе представить, что это было, но была полна решимости больше не делать ложных шагов, пока не выяснит. И поэтому она хранила молчание, пока они тихо проезжали через южные ворота и направлялись к перевалу Саут-Уолл.

Не было никаких признаков какого-либо наблюдателя, когда они ускользнули из Синдора, как воры.

* * *

Умаро из Морфинтана был суровым человеком, подчиненные которого изо всех сил старались не разочаровывать его. К сожалению, были времена, когда у них не было выбора по этому поводу.

Как сегодня утром.

- Тебе потребовалось три дня, чтобы найти меня, не так ли? - Умаро заскрежетал зубами. - Как ты провел свое время? Распутничал? У вас был приказ найти меня, братья!

Голос Умаро был таким же неприятным, как и его внешность, то есть чрезвычайно неприятным. Это был невысокий, широкоплечий мужчина, крепкий, как медведь, и покрытый густой черной шерстью на теле. У него был скошенный лоб, низкая линия роста волос, а глаза тусклые, как сажа, но поверхностное впечатление могло быть обманчивым. Он был известен среди коллег-профессионалов как еще лучший отравитель, чем Роспер, и один из самых сообразительных мастеров Гильдии. Однако в данный момент его характер, которым он был в равной степени знаменит, был на коротком поводке, когда он сердито смотрел на брата-пса по кличке Хорам.

- Да, Умаро. - Хорам слегка вспотел. - Но мы не знали, где ты был. Дарнош ждал в "Ястребе ветра" на случай, если ты все-таки придешь туда, пока мы с Меником обыскивали город. Но ты слишком хорошо спрятался. Мы просто не смогли найти тебя вовремя!

- Аррргх!

Умаро взмахнул кулаком и с отвращением хрюкнул. В этом не было ничьей вины, и он знал это, но его новые потери действовали на нервы, и без того натянутые известием о смерти Роспера. Шарна, но эта работа дорого стоила!

Он быстро оглядел убогую комнату. Все пошло не так, как планировалось. Тот факт, что Чернион был прав с самого начала - что Гильдии никогда не следовало иметь дело с волшебницей, какой бы хорошей ни была цена, - становился все более очевидным. Его собственная неудача только усугубила ситуацию. Возможно, его должна была предупредить судьба Роспера, но возможность казалась такой хорошей. И все же, чтобы все четверо его собратьев-псов были убиты без единого выжившего - и не пролив ни единой капли крови взамен!..

Что ж, пролитую кровь нельзя было вернуть в вены его людей, и он снова повернулся к Хораму.

- Расскажи мне еще раз об этом агенте Черниона, - прорычал он.

- Он говорит, что использовал ее раньше. - Хорам вздохнул с облегчением от смены темы. - Все, что я знаю, это то, что она должна быть нашим ретранслятором, и мы должны воспринимать все, что она говорит, как исходящее от самого Черниона.

- Мне это не нравится, - пробормотал Умаро. - Сказал ли ей Чернион, что она может убить наших людей только для того, чтобы завоевать доверие целей? Тьфу!

- Я думаю, это была ее собственная идея, - сказал другой убийца. - На самом деле, думаю, что это был случай возможности, а не планирования. И мне неприятно это говорить, но тот факт, что она воспользовалась возможностью, может свидетельствовать о том, что ее суждения даже более здравы, чем предполагал Чернион.

Грозное выражение лица Умаро стало еще мрачнее, и его челюсть заметно сжалась, когда он повернулся к говорившему, но его тон был почти вежливым, несмотря на его очевидный гнев.

- Объясни, Эшван, - сказал он.

- Из того, что я смог выяснить, - сказал Эшван, - атака провалилась еще до того, как она вообще пошевелилась. Не сочтите за неуважение к нашим братьям, но они, похоже, недооценили рыжего. Я их не виню. Учитывая репутацию Кровавой Руки, я бы сделал точно такое же суждение, но именно поэтому они не бросили вторую кружку. Они думали, что его ослепление было бы достаточным преимуществом, в то время как бросание двух кружек могло бы выглядеть еще более подозрительно. С другой стороны, это уже должно было выглядеть "подозрительно" для клиентов "Единорога", и казалось бы, - он брезгливо провел кончиком пальца по столешнице убогой комнатушки, - что они все равно должны были победить его.

Он поднял палец, мгновение смотрел на него, затем сдул с него пыль и снова посмотрел на Умаро.

- По словам свидетелей, с которыми я разговаривал, Сагрин был сбит с самого начала - благодаря рыжему. Лердон умер до того, как обнажил оружие - благодаря рыжему. И у Калта и Фридмарка было время нанести только один удар по Базелу, прежде чем рыжий - этот "Кенходэн" - убил Фридмарка и повернулся к Калту. - Он элегантно пожал плечами. - Мне трудно поверить, что он не мог убить Калта и Сагрина - после того, как Сагрин снова поднялся с пола - в одиночку. - Он покачал головой. - Нет. Ловушка развалилась еще до того, как Элрита вмешалась, и, по крайней мере, она завоевала их доверие так убедительно, как никто другой.

- Но, по крайней мере, у нас мог бы быть этот чертов