Библиотекарь - Антон Исаев

— А, то есть ты запер тварь внутри эдакого кокона, да? — мужчина посмотрел сквозь ткань на лампу под потолком, дырки от слишком больших петель предательски упали ему на лицо. — Ти, можно я себе оставлю этот, ммм, коврик на изучение?

Я кивнул, мастер слегка улыбнулся, сказал “благодарю” и ушёл в дальнюю дверь, бормоча под нос: “Память, концентрация, разум, три, два, шесть, тень как изолятор от мгновенной катализации, потом использовать направляющие и работать как с обычным вязанием, обязательно учитывать эластичность…”

— Ти, снимай, — подошла ко мне Ольга и дёрнула борт костюма, — мы же только наживили.

— Да, конечно, — я отдал пиджак девушке. — Оль, я так и не сказал, спасибо тебе за спортивную форму!

Вместе с пиджаком от меня ушли остатки сил, я сразу бухнулся в угол диванчика.

— Понравилось? — широко улыбнулась орка. — Скажи, что понравилась! Да я на сто процентов уверена, что тебе понравилось! Мы же теперь продаём такую форму, только Притвик отказался её официально под своим брендом делать, так что я с мамой договорилась и продажи веду в её магазине. А спрос-то какой! Мне уже пришлось поднять ценник на два золотых, а всё равно очередь на полтора месяца вперёд. Мама мной так гордится, а отец даже немного сначала обиделся, что я у него денег больше не прошу. Ну, я ему одну такую форму сшила и он оттаял, теперь в ней постоянно дома бегает…

Тёплый диванчик приятно грел спину, я слушал лопотание Оли, она одновременно крутилась у манекена с пиджаком и говорила, говорила, а мне было так хорошо, слабость растеклась по телу, глаза закрылись…

Кажется, меня на следующие выходные пригласили в гости к Пошкиным.

Глава 17

— Стеллажи сборно-разборные, книжные, сорок четыре штуки, — пробубнил немного заплывший орк, — считаем. Один, два, три…

— Павел Ромулович, конечно же их сорок четыре! — Флора Олеговна умудрилась в одном восклике объединить сразу и возмущение, и изумление происходящим. — Уже сколько себя помню сорок четыре. Я ещё вас просила мне два стеллажа купить, их не хватает, а вы…

— Да, сорок четыре, — с лёгким сожалением перебил женщину Дворянков и сделал карандашом отметку на планшете. — Флора Олеговна, нужно всё внимательно проверить, давно я у вас по правилам инвентаризацию не проводил. А когда нет нормального контроля, то что?..

Завхоз требовательно посмотрел на опешившую женщину и направил указательный палец в потолок.

— То начинают ломаться и пропадать казённые вещи. А это недопустимо! Порча плиты инициации. Как вы это допустили, Флора Олеговна, сломать настолько ценную вещь, а? Так, плита инициации чёрного цвета, 1 штука, факт — ноль. Ноль!

Мужчина словно получал какое-то удовлетворение от процесса: карандаш медленно вывел цифру в инвентаризационном листе, Дворянков слегка улыбнулся, полюбовался на результат, перевёл взгляд на Флору Олеговну и сразу осёкся. Взгляд гномки мог сейчас заморозить океан.

— Я направила заявку о списании данной матценности четвёртого сентября, — слова падали словно булыжники на болото, шлёпались и медленно давили. — Седьмого сентября был направлен запрос в адрес ректора на проведение внеочередной комиссии об учёте матценностей. Одиннадцатого мой запрос был удовлетворён и направлен в работу заведующему хозяйством университета Дворянкову Павлу Ромуловичу. Копии всех писем у меня на руках, с номерами входящих и исходящих. Почему они не учтены?

Женщина медленно закипала, лёд во взгляде сменился на пламя. Как же хорошо, что я сейчас сидел в конце зала, у самого входа в архив, и заполнял журнал учёта архивных книг! И работы у меня было ещё очень, очень-очень много. Ну вот совсем не оторваться на инвентаризацию. Архивную полку я разобрал ещё с утра, поэтому всё происходящее мне было хорошо видно и слышно. А меня — не видно и не слышно.

— Внеочередная комиссия запланирована на ноябрь этого года, — Павел Ромулович справился с секундной слабостью и продолжил нудеть, — уведомление будет вам направлено. Комиссия конечно же рассмотрит заявку библиотечного отдела. Но в настоящее время мы работаем по действующему реестру. Итак, вернёмся, плита инициации чёрная — факт ноль. Идём дальше. Стул деревянный со спинкой в мягкой обивке две штуки…

— Флора Олеговна, здравствуйте! — послышался знакомый голос Лели.

— Девушка, у нас учёт, — сухо произнёс завхоз, но его сразу же перебила Флора Олеговна:

— О, Леля, доброго дня! Павел Ромулович, это Лелиана Пошкина, очень милая девочка из хорошей семьи. Давайте немного поставим процесс на паузу. Плита эта — признаю, разломалась. Но и вы меня поймите, я же даже не знала, как с ней управляться. Надо или нет её протирать от пыли. Как крепежи закреплены. Её вообще сразу надо было перевесить к рунистам, но ведь они упёрлись, то некуда, то некогда. Вот я и согласилась по доброте душевной. Павел Ромулович, у вас работа сложная, тяжёлая. Я в курсе, как вам было нелегко позавчера в алхимических кабинетах на четвёртом этаже. Они же никакого учёта не ведут!

— Это да, — завхоз слегка оттаял и присел на стул, — с этими алхимиками спасу никакого нет. Что ни год, то нервотрёпка. Колб вечно не хватает, шкафы постоянно из кабинета в кабинет переносят, я уже про расходные материалы не говорю — как в бездонную бочку отгружаю.

— А я о чём, — Флора Олеговна поставила перед мужчиной чашку, — и я тоже неправильно начала разговор с вами. Давайте сейчас угощу вас чаем с вкусными конфетами, поговорю с Лелей и мы начнём всё заново. Прошу, чайник вот здесь.

— Аркозианские? — протянул Павел Ромулович, глядя на красочную упаковку конфет. — Где вы такое находите, Флора Олеговна? С удовольствием поем их.

— Угощайтесь, угощайтесь! Лелианна, как твои дела? Как родители? Как Оля? Слышала, она за ум взялась, работает где-то. А ты как, хорошо с учёбой всё?

— Всё хорошо, Флора Олеговна, а можно мне Ти увидеть?

— Ти, это к тебе! — прокричала в мою сторону Флора Олеговна. — Всё вы молодые куда-то торопитесь, бежите. Да, Павел Ромулович? Нет бы остановиться, поговорить по душам.

— Ваша правда, — завхоз причмокнул. — Должен сказать, конфеты изумительные, вкус словно в детстве. Флора Олеговна, думаю, эту ситуацию с плитой мы замнём, я к отчёту приложу вашу заявку, чтобы недостачу закрыть. Говорите, вам ещё два стеллажа требуется?..

— Привет, — подошёл я к стойке и улыбнулся Леле. — Какими судьбами, в субботу и в библиотеке?

— Ой, Ти, я бы с удовольствием здесь не появлялась, но сестра мне весь мозг съела. Ты ведь помнишь, что тебя Оля приглашала сегодня к нам?

— Если честно, нет, — смутился я. — Вроде бы она что-то такое говорила на прошлой