Звезда Пандоры - Питер Гамильтон

— Я не знаю. Я помню, что мы познакомились на вечеринке и после этого встречались только ради секса; его энергия и энтузиазм, присущие только живущим впервые, меня забавляли. Он мне нравился, но не настолько, чтобы ради него отказаться от привычного образа жизни. Нам с Мортоном было совсем неплохо.

— Вы были не единственной, с кем встречался Котал.

— Вот как? Меня это почему-то не удивляет. Он был великолепен.

— Вы его не ревнуете?

— Скорее, чувствую легкое раздражение, но не более того.

— А у Вайоби было оружие?

— О… — Она жалобно взглянула на мужа. — Пожалуйста…

— Довольно, главный следователь, — надменно произнес де Савоэль. — Не стоит об этом. Вайоби Котал тоже был убит.

— Так ли это?

Он устало усмехнулся.

— Я искренне надеюсь на обратное, но, боюсь, это так. Этот разговор неприятен для моей жены, лишь недавно смирившейся с полной потерей тела.

— Я здесь именно по этой причине, — заметила Паула. — Хочу быть уверенной, что это не повторится.

— Повторится? — В голосе Тары зазвенела тревога. Она погасила сигарету. — Вы думаете, меня снова могут убить?

— Я не это хотела сказать. Было бы невероятно, если бы убийца сделал вторую попытку. Кроме того, вы прожили уже двадцать лет. Не стоит трево­житься по этому поводу. Значит, у Вайоби не было оружия?

— Нет. Ничего подобного я не помню.

— Вы упомянули о других связях. Вы встречались с кем-то в тот же период времени, что и с Коталом?

— Нет. Вайоби для меня было вполне достаточно.

— А как насчет врагов — ваших или Котала?

— Я, наверное, со многими поссорилась за сотню лет, но не думаю, чтобы раз­молвки или перебранки стали поводом для убийства. А что касается Вайоби, то в его возрасте мало кто успеет нажить врагов, тем более таких, кто способен убить.

— Его вторая подружка могла сильно рассердиться.

— Возможно. — Тара вздрогнула. — Вы считаете, что так и было?

— Вряд ли. Если вас и Котала действительно убили, то это не было преступлением, совершенным в порыве страсти, — по крайней мере, не внезапным припадком гнева. По правде говоря, нам до сих пор неизвестно, где и когда вы были убиты. А подобная неопределенность возникает в результате тщательного планирования и подготовки. И вашему пребыванию на Тампико нет никаких доказательств, кроме билетов.

— А заявление о разводе, — возразил де Савоэль. — Оно же было составлено на Тампико. И все вещи Тары тоже были туда отосланы.

— Документы были составлены юридической фирмой Брохера, зарегистрированной на Тампико. Обычная передача информации. Теоретически заявление могло быть подано из любого места в пределах унисферы. А что касается ваших вещей, Тара, то они были отосланы в складское хранилище на Тампико, а впо­следствии по вашей доверенности погружены на частный автомобиль. Страхо­вая компания так и не смогла отыскать его следы. А еще меня заинтересовала ваша система сохранения воспоминаний. Их нет нигде, кроме клиники Киро­ва, — ни на Тампико, ни на любой другой планете Содружества, как выяснили следователи, — так что сотрудники Управления скоро начнут снова искать. А хранилище памяти должно было у вас быть — они есть у всех, и именно на такой случай, на случай оживления. Билет, ваши вещи, заявление о разводе — все свидетельствует о вашем намерении обосноваться на Тампико. Но, с моей точки зрения, отсутствие хранилища воспоминаний ставит под вопрос весь эпизод с переездом.

— Но зачем? — спросила Тара. — Какой смысл нас убивать? Что мы такого сделали?

— Не знаю. В последний раз вас видели живой во время ленча с Каролиной Тернер, в ресторане на набережной под названием «Низкая луна». Если вас тогда что-то и беспокоило, вы ей об этом не сказали. Более того, ваша подруга сказала, что вы вели себя как обычно.

— Мы были дружны с Каролиной, это я помню. Ей я могла бы рассказать и о Вайоби.

— Она говорит, что об этом вы не говорили, как и о намерении оставить Мортона и бежать с Вайоби. В таком случае, если вы внезапно не лишились рассудка и не убежали с Вайоби, приходится признать наличие связи с пре­ступным миром.

— Это невозможно!

Паула предостерегающе покачала пальцем.

— Это не обязательно сознательное участие в преступлении. Логически этот случай можно объяснить тем, что вы увидели или узнали что-то, чего вам знать не следовало, это и послужило поводом для убийства. Проблема в том, чтобы установить место преступления. Если это произошло у вас дома, рамки расследований значительно сужаются. Мортон отсутствовал двое суток и, согласно графику, должен был оставаться на конференции еще четыре дня. Он утверж­дает, что вы перестали отвечать на звонки спустя два дня после ленча с Каро­линой, в тот самый день, когда был приобретен билет до Тампико. Последнее обновление воспоминаний в клинике Кирова произошло в день отъезда Мор­тона. Следовательно, происшествие могло произойти только в эти четыре дня. Я склонна считать, что до вашей встречи с подругой ничего не происходило, так что у нас остается только два дня, сорок восемь часов.

— Согласно полицейским отчетам, весь тот месяц не было зарегистрировано ни одного серьезного преступления, — сказал Хоше. — Да и весь год прошел на удивление спокойно.

— Значит, это были опытные преступники и умные, — ответила Паула. — Вы не смогли их обнаружить, а единственное свидетельство тому — нераскрытое возможное убийство. Но это дает нам не слишком много. Должна сказать, что, если Шахиф и Котал впутались в нечто скверное, у нас немного шансов вы­яснить, что произошло на самом деле. А это заставляет вернуться к Тампико. Вы могли наткнуться на что-то сразу после прибытия. Наши гипотетические преступники создают иллюзию вашей активности, забрав вещи и возбудив дело о разводе. Это могло бы объяснить отсутствие хранилища воспоминаний.

— Но что же это за преступники? — тревожно спросила Тара. — Что они могли такого сделать, что захотели убить меня и Вайоби?

— Это всего лишь теория, — поспешно заверила ее Паула. — Я не могу принять версию преступной деятельности в качестве основной, вероятность этого ничтожно мала, но игнорировать ее тоже нельзя. Существующая неопределен­ность оставляет меня в недоумении. Если причиной была не ваша личная жизнь, которая выглядит достаточно невинно, тогда в чем же дело?

Тара достала и зажгла еще одну сигарету.

— Это ведь вы всем известный детектив.

Она дрожащими пальцами поднесла сигарету ко рту и вдохнула наркотик. Мэтью де Савоэль крепко обнял жену и сердито посмотрел на Паулу.

— Вы получили свои ответы? — резко спросил он.

— Пока да, — спокойно ответила Паула.

— Найдите их! — воскликнула Тара, когда Паула и Хоше поднялись, что­бы уйти. — Прошу вас. Я должна знать. Все, что вы сказали… это ведь не несчастный случай, правда? Я говорила это себе и другим в течение двадца­ти лет; я рассказывала, что поддалась глупому романтическому порыву и убе­жала с Вайоби, потому что многократно повторенное становится почти реальным. Я как будто создавала свои воспоминания. Но я всегда знала, что все было не так.