Безумный алхимик - Артем Еремеев

– Ясно, а ты сам как? – спросил я Игвара, разминая онемевшие конечности.

– Да чего там. Тот гад же мне тока мясо да кожу погрыз, до главной жилы не успел добраться. Хотя батя сказал, что ближайшую луну ничего тяжелее ложки с кашей поднимать мне нельзя. Он, кстати, просил сообщить ему, как ты очнешься. Андрей, ты уж найди его сам, а я тут посижу, ходить уже сил нету. – Выглядел Игвар и впрямь довольно бледным и болезненным.

– Ладно, сиди, отдыхай.

Найти Аргоста действительно стоило, у меня самого к нему накопилось немало вопросов. Старшого мы с Изей нашли возле обочины дороги, на которую свалили трупы всех бандитов. По другую сторону на вершине небольшого холмика складывали погребальный костёр, рядом лежало шесть тел – защитники каравана.

– А, Андрей, это ты. – Старый воин был действительно рад меня видеть, однако в его глазах читались боль и печаль. Он коротко кивнул на гору трупов.

– Не думал, что под сраку лет снова встречусь с этим отродьем. Давненько их не видели в Мефраде.

– Что, старые знакомые? Я думал, это простые бандиты.

– Бандиты? Эти твари хуже всяких бандитов. Ты и впрямь ничего не знаешь о них?

Я отрицательно покачал головой.

– Ладно, хватит тут стоять, я уже достаточно насмотрелся на эту падаль. Пойдем, перед такими историями надобно промочить горло.

Мы вернулись к телегам, в тени которых по-прежнему отдыхал Игвар. Аргост влез на одну из повозок, покопался там и спрыгнул вниз с небольшим бочонком в руках.

– Вот. Из личных запасов. Как раз тебе да оболтусу моему здоровье поправить и тризну по павшим справить.

Старшой откупорил, наконец, бочонок и плеснул в невесть откуда взявшуюся плошку красного как кровь вина. Сделав глоток, он сощурился, причмокнул и с почтительным кивком передал чашу мне. Я отхлебнул и замер. Это было словно глоток жаркого лета. Терпкий вкус напоминал пьянящий аромат луговых трав. Тепло, разлившееся по внутренностям, согрело не только тело, но и душу.

Оттаяв, я в свою очередь передал чашу Игвару. Он с трепетом принял ее обеими руками, словно не веря в свое счастье.

– Бать, это оно, то самое?

– Да, малыш, это настоящий эльфийский солнцедар.

Парень с жадностью приник к чаше с вином, осушив ее в два глотка.

– Ухххааа. – Мордаха Игвара расплылась в блаженной улыбке. Вдобавок его мертвенно-бледная физиономия на глазах стала розоветь, на щеках появился румянец. Глядя на него, я вдруг осознал, что и сам сижу с той же глуповатой улыбкой на лице.

Старшой начал свой рассказ внезапно и без всяких предисловий.

– Значит, так, слухай и на ус мотай. Аколиты Ваара это последователи древнего, темного культа, которые поклоняются то ли мертвому богу, то ли богу мертвых. Некромантия, черная магия, человеческие жертвоприношения – это лишь малая толика тех мерзостей, которыми они занимаются в своих храмах.

Повторно наполнив чашу, старшой продолжил:

– Сегодня культ запрещен во всех королевствах, известные храмы разрушены, а его члены объявлены вне закона. Если грабители с большой дороги и прочее жульё еще могут рассчитывать на суд и каторгу, то с этими разговор короткий. Низшие члены культа – послушники, это самые что ни на есть отбросы, они постоянно пьют эту их кровь Ваара. Страшное зелье, скажу я тебе. Один глоток, и человек теряет разум, забывает все, кто он, как его зовут, своих родных и близких. Второй глоток лишает его воли, жрец может управлять таким человеком, как куклой. Третий, отдаёт твою душу самому Ваару, после этого назад дороги нет.

Плошка снова оказалась в моих руках, и тут в неё влез Изя. Дряку тоже хотелось попробовать лета.

ДАЙ. ДАЙ. ДАЙ.

Протянувшись мордой к вину, он с шумом втянул в себя воздух, принюхиваясь.

– Хорошо, дам. Чуть-чуть, попробовать, самую капельку.

Я и впрямь капнул ему на язык немного вина. Изя почмокал, пробуя его на вкус, а потом посмотрел на меня обиженным взглядом, мол – и все? че так мало-то? Под осуждающим напором этих очаровательных, по-детски невинных глаз я сдался.

– Ладно, поделюсь по-братски. Но смотри, сопьешься, я тебе за бутылкой на опохмел бегать не буду.

Отпиваю из чарки ровно половину. Тут не обманешь, не смухлюешь, Изя сразу почувствует подвох. Оставшуюся часть вливаю в широко распахнутую пасть дряка.

ВКУСНО.

– Я смотрю, вы не только в бою, но и на пиру друг за дружку горой. Что ни говори, но без вас двоих мы бы точно сегодня сгинули.

– Аргост, а этот человек в черном?

– Монах-то? – Старшой слегка помрачнел.

– Говорят, это люди, которые добровольно пришли к Ваару, и в награду получили от него магическую силу.

– А ну цыц. Куды поперед батьки лезешь? – Игвар умолк и испуганно втянул голову в плечи, но Аргост все же отвесил ему отеческий подзатыльник. – Вот такие молодые дурни верят в эти сказки и сами лезут в пасть зверя. Андрей, врать не буду, я и сам не ведаю, как и где монахи получают свою силу, однако это очень подлые и безжалостные твари. Сами в драку лезть не любят, но и спиной к ним лучше не поворачиваться. Также знаю, что под их контролем послушники становятся поистине грозной силой. На моих глазах сотня этих послушников под управлением четверки монахов смяла и раскидала роту королевской тяжелой пехоты. В тот день мы потеряли много славных ребят, но все же выжгли гнездо этой погани.

На потемневшем лице Аргоста заиграли желваки, а свободная левая рука беспрестанно хваталась за рукоять ножа на поясе.

– Вот вы где. А мы вас обыскались. – Молодая женщина совершенно неслышно подошла к нам сзади. Мне доводилось видеть её ранее во время стоянок, но мы никогда не разговаривали. Вроде это была жена Оргаила и мать Ялики. Старшой сразу расслабился и со старческим кряхтением поднялся на ноги. Я подскочил следом.

– Пора проводить павших, – тихо сказала женщина.

– Андрей, ты с нами?

Предложение Аргоста прозвучало несколько неожиданно, в похоронах мне участвовать ещё не доводилось, да и не больно-то и хотелось, но отказываться я не стал, еще обидятся.

– А Игвар? – Киваю в сторону паренька, который уснул сидя, привалившись к тележному колесу. На его безмятежном лице по-прежнему сияла блаженная улыбка.

– Не надо, пусть спит. Сон для него сейчас лучшее лекарство.

Похороны прошли очень скромно и без лишней суеты. Не было ни прощальных речей, ни заунывных молитв, никто даже не плакал. Большинство просто стояло, склонив голову, перебирая в руках обереги и амулеты. Женщины беззвучно шевелили губами, шепча что-то себе под нос. После минуты молчания вперёд вышел Оргаил с факелом. Он так же молча обошёл по кругу поленницу дров, на которой лежали тела четверых погибших охранников каравана и двух возниц, поджигая ее со всех сторон. Огонь вспыхнул почти сразу, багровое пламя взметнулось к небесам, унося с собой души умерших. Вскоре языки ревущего пламени полностью поглотили их тела, и на этом церемониях похорон завершилась.