Созерцатель - Геннадий Васильевич Иевлев

Прошло долгое время, никакой ответной мысли не было. Состроив гримасу досады, Мет высвободил своё поле и коснулся им носителя харрана, но никакого биополя живого организма не почувствовал. Вскочив, он шагнул к харрану и положив руку ему на плечо, тряхнул — харран соскользнул с кресла и улёгся на полу в неестественной позе.

«Проклятье! Он умер по настоящему, или харраны забрали его разум? И что теперь? — Мет застыл с гримасой недоумения. — Собственно, я ведь получил, что хотел: тело и корабль, — замелькали у него быстрые мысли. — Ну и что, что тело совсем не землянина. Олига уже видела инопланетян с похожим телом и не должна испугаться меня. Возможно когда-либо мне удастся ещё раз побывать у харран и тогда выращу из стекловидной поверхности тело землянина. Но это когда-либо, а сейчас главное убраться отсюда поскорее. Харран управлял кораблём из своего кресла. Вдруг он передал мне свои способности управления кораблём и мне удастся управлять им из того же кресла?»

Взяв тело харрана за плечи, Мет потащил его из зала управления. Вытащив в коридор, положил его на пол и развернувшись, хотел вернуться в зал управления, но вдруг шагнул к стене и пошёл вдоль неё, ведя по ней рукой. Дверной проём появился лишь в конце коридора. Вернувшись к телу харрана, Мет приподнял его и потащил в конец коридора.

Каюта, в которую он втащил тело харрана была огромной — такие в тех кораблях, в которых Мету приходилось ходить по пространству, были каютой капитана. На корабле харранов она состояла даже из трёх комнат и санационной, в которой даже была вода. Мет тут же не отказал себе в удовольствии вымыть руки и умыться. Вода будто была насыщена каким-то энергетиком и он даже почувствовал бодрость в теле.

Вернувшись к телу харрана и приподняв его, Мет оттащил его в спальную, по крайней мере он таковой посчитал комнату, в которой стояла спальная платформа и уложив на неё харрана, вернулся в зал управления.

Он не стал лазить по кораблю в поиске кухни, так как ни пить, ни есть не хотел.

В зале управления, усевшись в среднее кресло и откинувшись в нём, он постарался выгнать из своего разума все ненужные мысли и сгенерировал лишь одну — на орбиту.

На сколько поняла система управления корабля его мысль, он мог лишь гадать, но корабль вдруг вздрогнул, будто проснулся и отображаемый в голоэкране планетный ландшафт стал быстро удаляться.

Мета захлестнула волна возбуждения — система управления поняла и откликнулась на его мысль и значит управление кораблём харран ему было доступно.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ВОЗВРАЩЕНИЕ

1

Мет вёл корабль руководствуясь имеющейся у него той информацией о галактике «Млечный путь», которую он получил, когда его разум находился в кактусе на планете харранов. Корабль харран был очень быстр, как по перемещению в пространстве, так и в его отображении. Мет, практически не замечал, чтобы отображение пространства сильно искажалось от такой скорости, может лишь звёзды приобрели едва заметный синий ореол. Что было странным, с какой скоростью шёл корабль, Мет такую информацию получить не смог, как ни пытался мысленно связываться с системой управления, будто это была информация не для разглашения. В конце концов он оставил эту затею и принялся искать у себя ту информацию, которую ему передал харран. Её поиски вскоре увенчались успехом и он принялся за её изучение.

* * *

После недолгого изучения переданной информации, Мету показалось, что вместо полезной информации, харран передал ему информацию о своей человеческой жизни и выходило, что харран начинал свою жизнь, как человек в цивилизации очень похожей на цивилизацию интеллигентных гуманоидов, вызвав у Мета даже некоторое замешательство. Ему показалось, что среди полученных образов он увидел ту тёмную улицу, на которую переместился непонятным образом со столичной улицы Земли и где прилёг отдохнуть в одном из домов на этой улице. Ему так и не стало понятно: перемещался он, действительно, в другую Вселенную; или в свою, как это и утверждали харраны, возможно только в какое-то далёкое пространство. И харран вырастил тела для экипажа этого корабля взяв информацию о них не из информационного поля Мета, а из своего собственного.

В конце концов, недовольный, как ему казалось, почти бесполезной информацией, Мет решил отложить её внимательное изучение на другое время, и лишь просто бегло скользил по полученным от харрана образам чужой информации, как вдруг перед ним мелькнул образ растущего того космического корабля, на котором он сейчас шёл. Мета охватило возбуждение и он углубился в изучение этих образов. За информацией о выращивании космического корабля, шла информация о выращивании человеческого тела. Он принялся за тщательное изучение этой информации.

* * *

Сколько времени Мет просидел углубившись в эти образы, он не представлял, потому что потерял связь со временем. Вернулся он в реальность происходящих событий от того, что почувствовал, будто в его информационном поле бесцеремонно хозяйничает кто-то ещё. Он вздрогнул, и тут же закрыл своё информационное поле, но насколько осознавал, некто чужой, продолжал там хозяйничать, будто появившаяся защита не стала для него преградой.

Мет закрутил головой — кроме него в зале управления больше никого не было. Он перевёл взгляд на голоэкран и тут же вжался в спинку кресла: насколько он понял, корабль неподвижно висел в пространстве, а перед ним висел точно такой же летательный аппарат, на который его когда-то портировали рогуаны. Он тряхнул головой, будто таким образом пытаясь вытрясти из головы наваждение, но летательный аппарат рогуан продолжал висеть перед кораблём харран. Кто и как остановил его корабль, идущий на сверхсветовой скорости, ему было совершенно непонятно. Это было сродни мистике.

«Корсет!» — вспомнил Мет название летательного аппарата рогуан.

«Где ты? Покажись!» — отправил Мет наполненную недовольством мысль в никуда.

Прошло лишь мгновение и в паре шагов перед Метом будто материализовавшись из воздуха, стоял типичный рогуан, достаточно высокого роста, в одежде тёмного цвета, напоминающей одежду десантников зоторе.

«Кто ты?» — постарался Мет направить мысль в его адрес.

«Арес Шатт! Если тебе что-то говорит моё имя» — вошли напрямую в мозг Мета колючие мысли.

«Твоё имя мне ничего не говорит. Я знал Урс Пушту. Но я слышал, что он погиб», — отправил Мет свои мысли в адрес рогуана.

«Откуда тебе известно имя нашего великого учёного. И почему ты считаешь, что он погиб? Кто ты? Твой