Щёлк! - Эмир Радригес

Гипсокартон же бросился следом за Жекой, вдруг осознав его задумку.

-- Мельница! Ты что, встал на их сторону?! Ты больше не на нашей стороне?! – гаркнул он. Неужели этот громила настолько тупой, подумал Жека. Этим следовало воспользоваться…

-- Отец лжёт вам всем! – крикнул Жека, пытаясь войти в роль. – Наш Игорь – истинный Иисус!

-- «Лжёт»? – Гипсокартон злорадно заржал. – И даже без «ёпта»?!

-- Вот, дерьмо. Не настолько уж и тупой… -- Жека нырнул в газель.

-- Ты заплатишь за всё, хмырь! – грохотал Гипсокартон. -- Я буду пытать тебя! А лучше… лучше отдам на съедение Лернеру!

Рябина тем временем ловко уворачивался от всесокрушающих ударов Лернера.

-- ГДЕ БИТВА?!! – кричал недовольный Лернер. – ГДЕ НАША БИТВА?! Я ОЖИДАЛ ДОСТОЙНОГО СОПЕРНИКА!!

-- Я тоже, -- спокойно ответил Рябина. – И тебя можно было бы назвать достойным соперником. Если бы ты сбросил пару сотен килограмм… Твои движения было бы невозможно прочитать. А так… Твои глаза быстрее твоих ног!

Рябина научился читать Лернера. Поэтому, увернувшись от очередной вертушки, зарядил со всего маху жирдяю по яйцам.

-- АХ ТЫ Ж… -- просипел Лернер и, согнувшись пополам, завалился на бок.

А то, что Рябина увидел потом… нисколько его не удивило. Ибо знал он. Видел уже, что произойдёт. И нисколько не тронуло душу просветлённого известие о смерти своих друзей. Ни единый мускул не дрогнул на его лице, когда Шурупа рассекли пополам. Когда всех ребят либо перестреляли снайперы, либо зарубил Отец. И когда Сега, смертельно раненный, пытался уползти прочь… И даже когда Отец наступил на Сегу, как на жука, прижав к земле… Всё это было обусловленно. У всего этого была причина. А у каждой причины – своя цепь причин, бесконечно длинная и упирающаяся в самое Начало… По другому быть не могло. И быть не может.

-- Помоги… -- хрипел Сега в ужасе.

-- Да, Илюша! Помоги ему! – ухмыльнулся Отец.

Рябина молчал. И даже не двинулся вперёд, на мольбы своего друга, чьи секунды сочтены... Страх? Горе? Привязанности? Жажда мести? Всё это смешная иллюзия…

-- Ха-ха! Посмотри! – посмеялся Отец и надавил на Сегу пяткой. – Посмотри! Ему же абсолютно на тебя наплевать! Он «просветлённый»! Он бы мог тебе помочь! Но он не делает этого! Кажется, он думает, что своим бездействием… -- Отец вдруг нахмурился. – Ладно. Я тебя понял.

И вонзил катану в шею Сеги…

-- Ты знаешь, -- продолжил собакоголовый, медленно направляясь к Рябине. – Знаешь, кто тут самый ёбнутый?! А? Думаешь, что это я?!

Рябина ничего не ответил. Он сел в позу лотоса и погрузился в предсмертную медитацию. Сеть причин, взаимозависимое возникновение… Всё связано, всё уже предрешено. Он просветлённый. И в этом его власть над этой ситуацией. Не будь он просветлённым… Вот тогда бы всё закончилось действительно страшно! Всё бы пошло по другому сценарию.

-- Самый ёбнутый – это ты! – рыкнул Отец и отрубил Рябине голову…

Глава 45

-- Тебе конец!! – разъярённый громила в костюме немецкого офицера приближался к «газели» с оружием. Жека судорожно вскрывал коробки с разобранным оружием… И где же здесь целый автомат?! Где собранная винтовка?!

-- Вот чёрт!

-- Бежим!.. – пятилась Диана, видевшая, как легко Отец расправился со всеми ребятами. И даже Игорь – внушавший своей рассудительностью и грозным голосом чувство защищённости – даже его безжалостно убили. Так не может быть. Не может! Они были окружены. Даже если справиться с громилой и собакоголовым – останутся ещё невидимые стрелки, окружившие гаражный кооператив.

-- Беги! – крикнул ей Жека. – Беги!!

-- Бежим вместе!

-- Беги!!! – крикнул Жека. И взглядом показал на гараж. Диана поняла, что Жека что-то задумал. И послушно кинулась к гаражу.

-- Как это мило! – хохотал Отец, смахивающий с лезвия самурайского меча капли крови. – Хоть кто-то здесь обладает жертвенностью! А то я уж было подумал, что напал на секту отмороженных!

-- Чё?! – буркнул Гипсокартон. – Не можешь собрать оружие?!

В следующую секунду он на полном ходу вломился в «газель» и схватил Жеку. Но схватил аккуратно, чтобы по возможности не поломать тело своего друга – Мельницы.

-- Не брыкайся! Тебе всё равно никуда не деться!

-- Как дела, Лернер? – отвлёкся Отец. Жиробас до сих пор лежал на боку и стонал, держась за яйца.

-- Отвратительно! – промычал тот.

-- Поприседай, полегчает! – посоветовал собакоголовый, захохотал, но в следующую секунду вздрогнул.

— Ах ты, ПАДАЛЬ!! – рявкнул Гипсокартон. Он потянулся за выпавшим из рук обмякшего Мельницы Пультом. Но не успел. Через несколько секунд из гаража уже высунулась рука со знакомым пистолетом — FN Herstal BELGIUM. Его Отец когда-то подарил своему любимцу Гипсокартону на день рождения…

Прогремел выстрел. А за ним разразился взрыв. Громила не успел воспользоваться Пультом. Он не успел и выпрыгнуть из «газели». Жаркое пламя объяло кузов. Следом за бензобаком громыхнули взрывы ручных гранат. И затрещали ящики с патронами.

— НЕ-Е-ЕТ!!! – Отец завизжал, как побитая собака…

— А я-то думал, что бензобаки так взрываются только в фильмах… — проговорил Жека и тут же затянул за собой дрожавшую у дверей Диану. Ибо по гаражу открыли стрельбу скрывающиеся по округе культисты.

— Падай!! — Жека сбил Диану с ног. Они упали на грязный пол, между столом и диваном. Вовремя. Пули прошивали металлические стенки гаража, трещали над головами, разбивали мебель в щепки и поднимали пыль.

-- АНТОН! АНТОН!!!