Щёлк! - Эмир Радригес

-- Геометрия пространства?

-- «Морок». Я не знаю, что это. Но в особняке именно эти пространственные иллюзии скрывают многие вещи. И, как я слышал от… уже умершей подруги… Которая была у них в плену… Именно этот морок водил всех вас и полицейских за нос.

-- Вот как… -- Владимир и его напарник переглянулись.

-- Логично, -- кивнул напарник.

-- Предупреди ребят, старшина, -- сказал Владимир. – Чтобы это не оказалось для них сюрпризом.

-- Как из мороков то мы оставшихся культистов выкуривать будем? – спросил старшина. – Потерь не избежать. Да и бесполезное это дело…

-- Подай запрос ботанам. Я пока займусь расспросом.

-- Хорошо, -- старшина, матюкаясь, поднялся и быстро покинул кабинет.

-- Что на меня повесят? – спросил Жека. -- Вплане… Я же нелегально раздобыл оружия на целую роту солдат.

-- Ничего, -- коротко ответил Владимир.

-- Прям ничего? А мне кажется, я много накуралесил…

– Если вы будете сотрудничать с нами, то мы закроем глаза и на то, откуда у вас появилось так много денег. И на убийства культистов. И всё без проблем замнём. По этому поводу не переживайте. Вы хотели, вероятно, решить проблемы своими силами, пока вам казалось, что мы бездействуем.

-- Вот как…

-- Сигарету? – предложил Владимир. Жека подумал, что был бы не против. Однако… Что толку? Станет ещё дурнее…

-- Нет, спасибо, я бросил.

-- Это похвально. Я вот не могу… вы рассказывайте дальше. Сколько их? Как вооружены? Может есть карта особняка?

-- Нет карты. Вооружены были тяжело. Вы сами видели. А сколько… Лиза говорила, что около двадцати. Но, кажется мне, после сегодняшней бойни остался только Отец. Может ещё кто-то… Как вообще возможно вот это всё?!

-- Что именно?

-- Магия. И то, что я сейчас разговариваю о ней с полицейским, а тот даже не морщится и не зовёт людей в белых халатах.

-- Это не магия. Это законы физики… Да и я не полицейский. Будь я им – может и поморщился бы. Но моя работа – это как раз по всей этой части…Зачем же культисты преследовали вас, Евгений?

Жека набрал в грудь воздуха. Выдохнул. И начал свою долгую историю про Пульт, про инкарнацию Иисуса, про свои весёлые приключения и даже про то, как оказывался в иных измерениях, когда умер, переключаясь в другие тела… Владимир слушал внимательно, полностью поглощённый и заинтересованный, будто маленький ребёнок… В процессе он дважды куда-то позвонил и наказал раздобыть расплавившийся Пульт. И ни в коем случае не утерять тела Игорёши, Гипсокартона и Лизы…

-- Как бы это цинично не прозвучало, -- сказал Владимир. – Но вы раздобыли очень много полезных данных для учёных. Наши «ботаны» заинтересуются вами однозначно. Вашим мозгом, биополями и так далее… Вряд ли использование такого артефакта, как Пульт могло остаться безо всякого следа.

-- Это может быть вредно?

-- Вредно! – Владимир посмеялся. – Кто его знает. Очень жаль, что Пульт оказался уничтожен. Нашей Организации он бы пригодился весьма кстати. Вы молодец, что придумали так много хитростей. Я восхищён. Я бы даже предложил вам работать на нас. Характер у вас бойцовский.

У Жеки от подобного комплимента даже немного потеплело на душе.

-- Вы совсем не удивились? То есть, ваша организация – как раз ищет такие вещи? И борется с культистами?

-- Это секретная информация. Больше мы вам расскажем, только если станете нашим человеком.

Вдруг дверь в кабинет распахнулась. Ворвался запыхавшийся сотрудник и выпалил:

-- «Плоть» видели на окраинах города!

-- «Плоть»?... Ты трещи поменьше, -- Нойманн обрушил на сотрудника упрекающий взгляд. -- Через пять минут подойди, когда я тут закончу… Пока остальных предупреди, пусть готовятся к выезду.

-- Понял!

-- Не мешай! – махнул он рукой на того и сотрудник тут же скрылся в коридоре.

-- «Плоть»? – спросил Жека. Владимир явно занервничал. Он достал ещё одну сигарету и закурил.

-- Есть тут проблемка, да… Закончим мы с штурмом особняка. Поймаем Отца. Я очень надеюсь… Что он не ускользнёт.

-- А если ускользнёт? Ему же не впервой подаваться в бега. Он наберётся сил и… Отомстит мне – это точно.

-- Мы вас будем охранять. Никто вас не тронет.

-- Вы же сами знаете, что у Отца есть способы достать кого-либо без прямых воздействий. Он наверняка придумает какую-нибудь хитрость… Как же мне хреново… -- Жека сжался и опустил голову. – Я потерял всех своих друзей…

Душу обволакивала мрачная и ледяная чернота. Кажется, стресс и неопределённость уже минули. И поэтому боль начинала брать своё. Опустошающая боль, окрашивающая мир в цвет сингулярности… Конечно, Игорёша научил его бороться с этими состояниями… Как там? Прислушаться к тому, что происходит?..

-- Вы упоминали ещё некую «Книгу Знания»… -- напомнил вдруг Владимир. – Что это такое?

-- Я не знаю, -- честно ответил Жека. И вдруг ощутил, как всё меняется.

Он вскочил с кресла. Стены помещения изгибало под немыслимыми углами. В голове будто бы кружилось…

-- Что с вами? – сквозь густеющее пространство донёсся голос Владимира Нойманна. Но голос этот эхом всё больше и больше удалялся куда-то далеко, в глубины космоса…

-- Я… не знаю… -- встревожился Жека. Он ничего не понимал. И даже мысли рассыпались в песок. Жека будто бы засыпал… Вот он вышел обратно в коридор, вот его посадили в синий фургончик. Разговоры с «Семёнычем»… Перестрелка у гаражей. Схрон. Авария. Ужин в гостях у Дианы… И мерзкий хохот собакоголового, замышляющего что-то невообразимо ужасное...

Глава 47

Жека шёл по вечерней улице. Стояла прохладная безветренная погода. Закатное солнце угасало, небо сделалось лазурным, а могучие облака, ещё дотягивающиеся до последних лучей, стали похожи на огромные скопления ржавчины.

Впереди темнел