Дакия - Алекс Хай

— Насколько удачный момент задавать вопросы? — спросил я.

— Неудачный. Подождите немного.

Но вопросы застряли у меня в глотке, когда я увидел то, что скрывали эти двери. Если представить себе смесь бункера, дворца и отделения полиции, да еще и в исполнении дизайнера, подсевшего на галлюциногенные грибы и почитающего талант Сальвадора Дали, то получится примерно то, что открылось нашему взору.

Костя на всякий случай протер глаза, а Ирка ошарашенно пялилась на интерьер, позабыв о сумке. Водитель подхватил поклажу и сунул ей в руки.

— Да, в первый раз впечатляет, — сказал он. — Потом привыкаешь и перестаешь обращать внимание. Ну, какое помещение дали, такое и используем… За мной, господа.

Мы прошли по коридору, пол и стены которого были выложены мозаикой в виде оптической иллюзии: мелкие черно-белые плитки рябили в глазах, вызывали головокружение, а каждый следующий шаг, казалось, должен был затянуть в пропасть.

— И кто это выдумал? — позеленев, спросила Ира.

— Раньше это были личные покои Великого Князя Александра Константиновича. Не любит он останавливаться в чужих дворцах во время поездок, предпочитает отели. Поэтому построил собственную гостиницу, а весь верхний этаж отвел под собственные апартаменты. Ну, Великим князьям можно простить некоторую эксцентричность.

Значит, мы в гостях у самого Великого князя. Что ж, если от кого и ожидать всякую дичь, так это от него. Хотя в личном общении этот дядька совсем не оправдывал того экстравагантного образа, который так старательно создавал. Нормальный мужик, здравый, без фигни. Ну а тараканы — они есть у каждого.

— Прошу, — водитель распахнул перед нами дверь, и мы оказались в небольшой гостиной. Вся мебель здесь была неправильной формы, а светильники в виде здоровенных оплывающих свечей смотрелись так натурально, что, казалось, сейчас заляпают весь пол воском. В центре зала располагался низкий стол в виде среза огромного камня, а вокруг него были навалены подушки, расшитые восточными узорами.

Я уставился на проводника.

— Ждем еще кого-то?

Он закрыл дверь, вернулся к нам и жестом пригласил располагаться на подушках. Мне хотелось как следует размять затекшие ноги после десятичасовой поездки, но тут их хотя бы можно было вытянуть.

— Теперь можно представиться как подобает, — сказал водитель и достал из внутреннего кармана корочки с гербом Империи. — Юрий Сергеевич Пангеев, советник Его Императорского Высочества Великого князя Александра Константиновича по вопросам сотрудничества с Тайным отделением.

Я тихо крякнул. Надо же, какие должности бывают.

— Стало быть, вы, Юрий Сергеевич, не из наших.

— Сейчас нет наших и ваших, ваше сиятельство, — отрезал Пангеев. — Но если вам интересно, как я оказался на этой должности, то не вижу смысла скрывать, что Александру Константиновичу рекомендовали меня, когда я еще проходил службу в Тайном отделении.

— Конечно. Ведь бывших сотрудников не бывает, — улыбнулась Ирина.

— Именно так, ваше благородие. А в условиях, в которые мы оказались поставлены, сейчас пригодятся все связи. Над этим наши здесь уже вовсю работают. Не думайте, что местное Управление сидело сложа руки. Другое дело, что готовились мы не к такому развитию событий. Тем не менее уровень подготовки довольно высок.

Дав нам переварить озвученное, Пангеев уселся по-турецки возле стола.

— В скором времени к нам присоединится сам Великий князь. Пока же я считаю правильным посвятить вас в курс дела. Планы перестраиваются на ходу, мне это не нравится, но делать нечего.

— Где хранится Осколок? Мы полагаем, что Букурешт — это отвлекающий и ослабляющий маневр. Настоящая цель — артефакт.

Пангеев кивнул.

— Это нам уже передали. План корректируется. Что до Великого Осколка, он находится там же, где и был обнаружен — в подземелье под Святой Софией. Боюсь, его невозможно быстро переместить.

Скверно. Можно было бы лихо испортить малину Юсупову, просто перевезя артефакт в другое место. Знать бы еще, по каким причинам его нельзя вытаскивать из-под собора…

Я хотел было расспросить Пангеева подробнее, но в этот момент дверь гостиной распахнулась, и нас обдало ароматом тяжелого пряного парфюма. Шлейф убийственный — аж в носу защипало.

А затем, когда глаза и ноздри смирились с этой газовой атакой, я увидел Великого князя. Эксцентричен, как всегда. Хорошо хоть, без шубы.

А еще Александр Константинович был со спутницей. И уж ее я увидеть в этом месте точно не ожидал.

— О! Михаил! Константин! — воскликнула с характерным французским акцентом дива Мари Буайе-ле-Дюсон и обернулась к Великому князю. — Мон амур, почему ты не сказал, что мы встретим старых друзей?

Глава 37

Все тут же повскакивали со своих мест, а мы с Костей оторопели.

«Ек-макарек!» — выдохнул Денисов у меня в голове. — «ОНА — и здесь? На кой черт он ее притащил?»

На его месте я бы задался и другими вопросами. Обычных любовниц на совещания Тайного отделения не приводят. Даже информаторов предпочитают прятать. Так какую ценность для нашего дела представляла французская дива? Что она знала о готовящемся нападении, если сам Великий князь — крайне разумный человек, между прочим — привел ее сюда?

Ирка, не знавшая мадемуазель Мари лично и не понимавшая всего контекста ситуации, первой вспомнила о приличиях. Исполнив безупречный реверанс, она склонила голову перед парой.

— Ваше Императорское Высочество, — выдохнула она. — Рада встрече с вами и вашей спутницей.

Александр Константинович широко улыбнулся.

— Ох, Ирина Алексеевна, а вы похорошели пуще прежнего с нашей последней встречи, — он обернулся к диве. — Дорогая, счастлив представить ее благородие Ирину Алексеевну фон Штофф, племянницу баронессы Матильды фон Штофф из Петрополя. Ирина Алексеевна, представляю вам Мари Буайе-ле-Дюсон, ярчайшую звезду парижской танцевальной школы и мою давнюю подругу.

Дива чарующе улыбнулась.

— Сколь прелестное создание! Безмерно рада знакомству, мадемуазель Ирина, — она перевела взгляд на нас с Денисовым. — Должна отметить, у вас, юные господа, прекрасный вкус на женщин.

«Это о каких еще женщинах она говорит?» — просверлил мой мозг вопрос Ирины, пока мы с Денисовым церемонно приветствовали Великого князя. — «И хорошо бы объяснить, откуда вы вообще с ней знакомы».

«Вместе ехали на Балканском экспрессе», — ответил я. — «И с нами ехала Аня, так что дама говорит о тебе и Грасс».

«И все?»

Ох уж эта ревность…

«Да, Ир. Если ты не заметила, в мой график довольно трудно вписать свидания даже с одной девушкой, не говоря уже об остальных».

Ира хихикнула в моей голове и оборвала ментальный канал. До сих пор не мог понять, она всерьез ревновала или просто лишний раз меня