Зеркало Иблиса - Виктор Бурцев

Посередине дороги стоял грязный и оборванный немецкий офицер. На голове его была кое-как намотанная окровавленная повязка. Чуть поодаль подполковник Альтобелли увидел еще одного немца, то ли солдата, то ли офицера, с автоматом в руке.

– Остановите машину, – сказал майор Тольдо.

Альтобелли снизил скорость и затормозил. Не доехав до немецкого офицера несколько метров, машина резко остановилась, так что ее даже немного развернуло на песке.

– Уйдите с дороги, лейтенант! – крикнул Тольдо, поднимаясь. Практически одновременно с ним закричали Чекиньи и Нето:

– Что вы себе позволяете?

– Вы не смеете нас задерживать!

– Я желаю разговаривать со старшим из офицеров, – бесстрастно сказал немецкий лейтенант. Он стоял, неестественно выпрямившись, словно в позвоночник ему вогнали стальной штырь. Это была не идеальная выправка, это было что-то иное, связанное с жуткой болью, которую лейтенант стойко терпел.

– Кто будет говорить с этим сумасшедшим? – спросил майор Тольдо, явно подразумевая Альтобелли. Подполковник молчал, он лишь пристально взглянул на майора. Тот смутился и повернулся к; остальным.

– Вам карты в руки, господин майор, – сказал, пожав плечами, Нето. Недовольно хмурясь, толстый Тольдо повернулся к гостю из пустыни и произнес на очень плохом немецком:

– Я старший. Если хотите что-нибудь сказать, подойдите сюда и говорите.

– Будьте любезны сойти сюда, – с достоинством сказал лейтенант, не двигаясь с места. Альтобелли посмотрел на второго немца, который оказался унтер-офицером, тот как раз сделал пару коротких шагов по направлению к автомашине.

– Идите, идите, господин майор, – торопливо выпалил Нето, – он может выстрелить. Они сумасшедшие!

– Да, не злите его зря, господин майор, – добавил Чекиньи. Подполковник все так же молчал, сгорбившись за рулем. Он примерно представлял, что сейчас последует, но продолжал играть свою роль.

Тольдо с негодованием выбрался из машины через заднюю дверцу, спрыгнул на песок. Подойдя к немцу, он был явно шокирован тем, что лейтенант отдал честь – коротко и изящно, словно на плацу, на парадном построении… Толстый майор ответил тем же и сказал, понимая, что нужно действовать:

– Лейтенант, мы очень торопимся, что вам нужно?

– Я имею приказание реквизировать транспорт для генерала Айгнера.

Альтобелли не удивился: вполне возможно, где-то в пустыне, за барханами, действительно находится генерал Айгнер. Такой же грязный и оборванный, но генерал, он видел их много, отступая вместе с потрепанными итальянскими и германскими подразделениями. Лейтенант по-своему прав, он исполняет приказ командира, но и Тольдо прав, ведь они совсем не обязаны уступать машину генералу. В этой сутолоке никто не будет искать виноватых, да и найти их невозможно…

Очевидно, это понимал и Тольдо, возмущенно заявивший:

– Глупости! По этой дороге идет новозеландский патруль, и мы не можем задерживаться…

– Я имею особое распоряжение, – стоял на своем немец, тоже тертый калач, – и о новозеландском патруле ничего не знаю.

– Где генерал Айгнер? – неуверенно спросил майор. Кажется, он шел на попятную. Это сообразили и Чикиньи с Нето, тут же принявшиеся шушукаться.

– В пяти километрах отсюда. С его бронемашины слетела гусеница, и я имею особое распоряжение…

– Я уже слышал об этом! – перебил его майор, тревожно озиравший пустыню. Видимо, он представил себя в окружении этого неприглядного пейзажа, в одиночестве, перед лицом наступающих новозеландцев… – Я уже слышал об этом распоряжении!

– Будьте настолько любезны, прикажите другим господам выйти из машины. Водитель может остаться, – немец, казалось, не услышал гневного окрика.

– Уйдите с дороги! – продолжал шуметь Тольдо. – Я достаточно наслушался этой чепухи.

Он повернулся и пошел к машине, но лейтенант остановил его.

– Майор, – спокойно сказал он. В этих словах была скрытая сила, которой не имелось, просто не могло быть у толстого вспотевшего Тольдо, и потому майор остановился.

– Что там происходит? – шепотом спросил Чикиньи. Подполковник вспомнил, что оба офицера ни черта не понимают по-немецки и происходящее на дороге для них всего лишь театр жестов.

– Об этом не может быть и речи, – упавшим голосом сказал майор. – Это совершенно исключено, машина принадлежит итальянской армии, и мы выполняем задание…

– Я очень сожалею, господин майор, но генерал Айгнер старше вас чином, и это территория немецкой армии. Будьте любезны сдать машину.

– Что за нелепость! – вновь выкрикнул майор, хотя игра уже была проиграна.

– Имейте в виду, что впереди заградительный пункт, который имеет распоряжение конфисковывать весь итальянский транспорт и, если нужно, силой. Вам придется там объяснить, что делают три строевых офицера в такой момент так далеко от своих частей. Вам также придется объяснить, почему вы взяли на себя смелость игнорировать особое распоряжение генерала Айгнера, командующего всеми войсками в этом районе.

Оставив словно громом пораженного майора на месте, лейтенант подошел к автомобилю и приказал, открывая дверцу:

– Быстрее!

Он сказал это по-итальянски, и Альтобелли обернулся к офицерам. Те покорно поднялись с сидений.

– Быстрее, – повторил лейтенант и похлопал сидящего рядом с подполковником солдата по руке.

Тот не стал сопротивляться и встал возле майора. Из всех троих только майор мог выкинуть какую-нибудь штуку. К примеру, схватиться за пистолет и получить автоматную очередь в живот от измученного унтера.

– Теперь вы, господа, – распоряжался лейтенант. Офицеры озабоченно уставились на майора, и Нето спросил:

– Мы отдаем ему машину, господин майор? «Чертов идиот, – подумал Альтобелли. – Он еще будет устраивать дебаты!»

– Выйдите, – покорно произнес Тольдо. Офицеры вышли из «фиата» и стали рядом с ним.

– Унтер-офицер, – скомандовал немецкий лейтенант. Унтер приблизился. – Освободите багажник машины. Отдайте этим господам все их личное имущество.

Итальянцы беспомощно смотрели, как унтер вынимает из багажника и ставит на песок бутыли с вином и продукты. Приподняв одну из емкостей с водой, он замешкался и спросил:

– Воду тоже, лейтенант? : – Воду тоже, – кивнул тот.

Когда машину освободили от лишнего груза, Нето что-то начал говорить, но майор остановил его движением руки и обратился к лейтенанту с разумным в любой другой ситуации, но абсолютно нелепым в нынешней требованием:

– Расписку на машину.

– Вполне законно, – согласился лейтенант. На обрывке извлеченной из подсумка карты он что-то написал, потом спросил: