Тертон - Александр Цзи

Внизу раздались выстрелы — два, три, пять! Стреляли из пистолета с глушителем, Стасу довелось слышать этот резкий приглушенный звук.

Лязгнуло, и икру левой ноги Стаса пронзила острая боль. Он вскрикнул и упал на площадку между двумя пролетами — аккурат напротив оконца. За ним открывалась улица, залитая светом и туманом, но Серый исчез.

Не в здании ли он?

Стас схватился свободной рукой за икру, пальцы измазались в теплой крови. Она текла очень сильно, брючина стремительно намокала.

Стаса ухватили за плечи, и он отмахнулся молотком. Попал, судя по звуку и отдаче, прямо по черепу, и коллаборант покатился по лестнице, не издавая ни звука. Убил! Так им и надо.

Прозвучал еще выстрел, и на секунду повисла тишина. Стас зажимал рану на ноге и вслушивался в эту тишину. Перед глазами плясали разноцветные круги, но вокруг царила темнота.

Внизу кто-то прошелся легкими шагами. Остановился, что-то тихо стукнуло. Снова шаги, и в дверях внизу остановилась хрупкая фигурка с фонарем в одной руке и пистолетом в другой. Луч падал не на лицо Стаса, а чуть ниже, и он разглядел короткие светлые волосы.

— Сраные коллаборанты, — прошипела Дара. — Как я их ненавижу!

— Дара, — выдохнул Стас. — Как я тебе рад!

Она убедилась, что неподвижные серые груды у ее ног не намерены шевелиться и воскресать, и, перескакивая через три ступеньки и тела коллаборантов, вознеслась по лестнице. Положила на пол фонарь, ловко перезарядила пистолет, выловив магазин из бездонной сумки на плече.

— Ранен?

— Да. Кажется, ножом пырнули…

— Не ножом, а шпагой.

— Шпагой?

— Неважно. Идем.

Он оперся о Дару — это было неудобно из-за ее маленького роста, но сила в ней присутствовала. Он спустился по лестнице, прыгая на одной ноге, держась одной рукой за перила, другой обнимая Дару. Молоток не забыл сунуть в петлю сзади на ремне.

В коридоре валялось еще три тела. Одно издавало стоны. Дара на ходу выстрелила ему в голову, и стоны затихли. Стаса замутило.

Входная дверь оказалась распахнутой настежь, а проволока разрезанной. В сумке Дары кроме пистолета есть еще и кусачки, догадался Стас. На другой стороне улицы стоял местный ретрокар. Розового цвета.

— Твоя тачка? — сипло осведомился Стас.

— Прямо сейчас — да.

Она отшвырнула ненужный фонарь, изъятый у кого-то из застреленных коллаборантов, и перехватила пистолет двумя руками.

Прежде чем Стас поинтересовался, к чему она готовится, в конце улицы из тумана материализовались два силуэта — обычных, человеческих. Дара выстрелила пару раз — один из силуэтов сел на тротуар и завыл, а второй поспешил ретироваться под укрытие деревьев и скамеек.

Дара коротко хохотнула и повернула лицо к Стасу. У нее были непроницаемо черные глаза, не отражающие свет…

Они сели в ретрокар, Дара завела машину. На Стаса снова накатил приступ дурноты, и он понял: это из-за потери крови. Он пощупал рану. Брючина затвердела от пропитавшей ее крови, нога ниже колена онемела, но кровотечение вроде бы остановилось.

— Тут где-то Серые… — прошептал он.

— А?

Дара крутила баранку, выруливая на улицу и разворачиваясь.

— Серые…

— Никого нет, Станислав. Одни коллаборанты! Но я их ряды проредила, ха-ха!

Она надавила на газ, и машина, взревев, помчалась по пустой улице.

— Ты куда? — спросил Стас. — «Веселая дубрава» не там…

— А мы и не туда едем! — В голосе Дары сквозила безумная, дикая радость. — Мы едем на завод! Его прикрыли Завесой, но я разобралась… когда ты снял эти гребанные серьги… Там производят ультралид, взрывчатое вещество, куда мощнее тротила. Его используют в шахтах и карьерах. Но мы используем его в других целях, Станислав! Я взорву этот вонючий город коллаборантов!

Глава 47

Чаринск-13

Дара выжимала из бедного ретрокара все соки, газовала так, что двигатель готов был разлететься на молекулы — да что там двигатель, вся машина дрожала и вибрировала, грозя развалиться на полной скорости, вышвырнув предварительно седоков. На повороте машину занесло, но Дара, посмеиваясь, справилась с управлением, переключила рычаг коробки передач с ловкостью бывалой автогонщицы и погнала на окраину.

— Стой-стой! — закричал Стас. — На какой завод? Какой ультралид? Почему взорвешь?

Разум не поспевал за событиями. И потеря крови давала о себе знать.

— Но это же город, полный коллаборантов! — удивилась Дара. — Ты разве не понял? Они сотрудничают с Серыми. Подносят негативные эмоции.

— Это чтобы быть добрее, — забормотал Стас. — Они все такие отзывчивые, добрые, улыбчивые… кроме Кеши, который не подносил…

Он вспомнил о судьбе студента и замолк.

— Ага! — засмеялась Дара. — И где теперь Кеша? Коллаборанты и тебя бы Серым поднесли. Целиком, на закуску!

— Но не все ведь они…

— Все, — отрезала Дара, разом посерьезнев. — Без исключения. Весь город, Станислав, целиком — коллаборанты. На Красном пирсе была элита: мэр, разные городские шишки. Поэтому весь город должен сдохнуть!

У Стаса не нашлось сил спорить. Они выехали на окраину и мчались по пустой трассе, казалось бы, в никуда. Фонарей здесь нет, по сторонам дороги лес. Но Стас снял Завесу, и впереди, метрах в ста с лишним, материализовались массивные ворота в бетонной стене. За стеной громоздились горбатые корпуса завода с огромными трубами.

Сейчас завод не работал — дым не шел, в большинстве окон не горел свет. Вероятно, для заводских работников «рекомендуемый» комендантский час тоже был обязательным.

«Они сами-то знают, что работают под Завесой? — спросил себя Стас. И сам же ответил: — Наверняка. Живут они в городе, а в городе про завод большинство не знает и не видит это предприятие вовсе. Устраивает, видимо, чаринчан эта ситуация: сплошные тайны и недомолвки. А приезжие инженеры знают».

Он почмокал губами — они напрочь засохли. Язык распух и еле ворочался в высохшем рту. Пить хотелось ужасно. Жажда из-за потери крови, сообразил Стас, но легче от этого не становилось.

Дара сбавила скорость и вскоре остановилась перед запертыми воротами. Посигналила. У ретрокара сигнал был мощный, как сирена на пожарной.

Из маленькой дверки сбоку выскочил растрепанный человек. Наверное, спал всего несколько минут назад. Едва глянув на ночных посетителей, снова заскочил в дверку, и ворота начали медленно раскрываться.

— Даже документов не спросил! — радовалась Дара. — Идиот!