Отряд - Алексей Евтушенко

- "РПК", - подсказал Велга. - Ручной пулемет Калашникова.

- Во-во... Классная штука и, главное, гораздо легче моей дуры.

- Так чего же ты отказался?

- Привык, - меланхолично пожал плечами Майер и опустил пулемет прикладом на землю. - Я, что ли, первый?

- Выходит так.

Тут сбоку от них затрещали сучья, и на поляну выбрались Вешняк с Карлом Хейницем.

- Разведчики, - укоризненно заметил Велга. - Ломитесь по лесу, Лак лоси.

- Мы тихо шли, - с виноватым видом объяснил ефрейтор, - а когда увидели вас, обрадовались и расслабились.

- Разведчику не должно расслабляться никогда, наставительно сказал Майер, - ибо...

- Правильно! - подтвердили у них за спиной. Они обернулись и увидели подошедших совершенно бесшумно Дитца и Малышева.

- Тут, кстати, совсем рядом проходит дорога, - сказал Хельмут. - Старая, правда, асфальт совсем растрескался, но все же это дорога, и ведет она, по-моему, в нужном нам направлении.

Пока курили, подошел Курт Шнайдер, а еще минут через пятнадцать на поляну, словно заяц, выпрыгнул слегка запыхавшийся Валерка Стихарь.

- Физкульт-привет! - радостно закричал он, увидев своих. - Скорее хватайте свои парашюты, и бежим выручать нашего Юрия Алексеевича - он тут рядом висит!

- А парашюты зачем? - одновременно спросили Велга, Дитц и Майер.

- Мы их внизу под ним кучей положим для мягкости, - охотно объяснил Валерка. - А то он высоко висит.

Как вскоре выяснилось, старший лейтенант Холод Юрий Алексеевич зацепился парашютом за верхушку высоченного дуба и повис метрах в десяти над землей в таком положении, из которого был только один выход - резать стропы и падать на землю. Десять метров, однако, это десять метров, и ноги ломать, а то и разбиваться насмерть Юрий Алексеевич не захотел, справедливо рассудив, что, как только взойдет солнце, его найдут. Так и вышло. Пробегавший под злосчастным дубом Стихарь был остановлен возгласом сверху и послан за помощью.

Ровно через полтора часа после того, как Велга выстрелил сигнальными ракетами, отряд полностью оказался в сборе.

Отсутствовали только пилот и штурман их самолета. Пустили еще две ракеты, потом наскоро позавтракали и снова просигналили.

Ничего.

- Я думаю, что они погибли, - высказал свое мнение Малышев. - Я последний прыгал и отлично видел внизу все раскрывшиеся парашюты. Их было ровно восемь штук. С моим - девять. А потом я видел, как взорвался уже на земле наш самолет. Где-то в том направлении, - показал он рукой на север.

- Чего проще, - сказал Дитц. - Чем сидеть и попусту ждать и гадать, надо пойти и проверить. Есть трупы - все ясно; нет трупов - будем искать живых.

- Нет у нас времени особенно на поиски, - хмуро сказал Холод. - До нужного места теперь топать и топать. Не долетели мы.

- Так, - поднялся на ноги Велга. - Пошли искать. Веди нас, Миша. Ты у нас лесной человек, тебе и впереди быть. Валера, останешься здесь на случай, если летуны наши объявятся, а как увидишь ракету, дуй сразу к нам. Это будет означать, что мы нашли трупы.

- Слушаюсь, - недовольно буркнул Стихарь, который по живости своего характера терпеть не мог ждать чего бы то ни было.

- А чтобы не скучно было, спрячь наши парашюты так, чтобы ни одна собака не нашла.

- Ты думаешь, нас будут искать? - спросил Дитц. - Хотя правильно. Береженого, как вы говорите, бог бережет.

Через сорок минут Валерка Стихарь увидел сигнальную ракету, а еще через два часа отряд выступил в путь.