Проклятый убийца - Александр Андросенко

— Ну да, ну да…

— Муда! — воскликнул эльф, и помчался вниз, к зеленому ковру долины, не обращая внимания на обвалы камней.

Лена кинула ему вслед баффы, на всякий случай, а Роман добавил и парочку своих. Мы начали спуск более спокойно. Я старался держаться в середине отряда, хотя опасности вроде бы не было.

— Пипец напряжение, — вздохнул Саня. — Скорей бы уже.

Я покосился на него. Вот уж не подумал бы, что его, как и меня, бьет мандраж. Но меня-то ладно, а его с какой стати? Или догадывается, но молчит? А, может, понимает, что в очередной раз впрягшись за меня, подставляет клан? Но Сарацин вроде бы в курсе, отчитывался же он перед ним. Значит, мое спасение было одобрено.

Я опасливо посмотрел по сторонам. Интересно, Сороки все-таки пасут нас, или нет? Ответ будет вот-вот вот получен. Я прикусил взявшийся откуда-то хвост и тут же выплюнул его. Мерзкая привычка.

Саня посмотрел на меня и тяжело вздохнул. Я заметил, что Роман подозрительно осматривается, осторожно спускаясь по камннистому склону. Да и остальные, глазели, в основном, по сторонам.

— Нашел! — раздался вопль Вани. — Выглядит как обычная пещера… Давайте сюда!!!

Я глянул на координаты, которые он скинул в чат рейда. А через секунду его фрейм затух.

— Ваншотнули, — констатировал Парторг. — Минимум трехсотый.

— Триста двенадцатый, — ответил ему шипящий голос, и его обладатель, появившись прямо у не за спиной, вогнал копье, пробивая игровую куклу насквозь.

Рейд, как по команде, бросился врассыпную.

— Стоять, зеленый! — осадили меня, вбивая в стан. — Ещё поговорим.

Я замер, продолжая смотреть за тем, как валят наших. Разбоев было, как минимум, трое, и ни одного ниже трехсотого уровня. Меня периодически станили, потом связали. Бррэтта завалили, но он действительно не умер. Прочитав лог, который соответствовал удару по нему, я убедился, что тот снял все жизни, кроме одной. Это порадовало. Каким-то образом система обошла собственное ограничение на смерть НПС.

— Где тр-р-ретий вор-р-р?! — раздался вопрос за моей спиной раскатистый бас.

— Не знаю, похоже, потеряли, — ответили ему.

— Переиграл что ли? В поля захотелось?!

— Никак нет! Гомеса вёл Криф, он давно отстал, из соображений секретности не опрашивал… Позывной Ка-шесть, ответь… Ка-шесть, что с объектом, ответь!.. Понял, Ка-первый… — державший меня в стане, ощутимо приуныл.

— Бл@дь, как так?! — возмутился бас. — Ка-первый, вы там совсем попутали? Как он мог его слить?.. Понял, Ка-шестой… Совсем расслабились… Кур-р-рортники, бл@… Бери студента, шеф зовет. Расскажешь ему о своих подвигах, капитан…

По горестному вздоху взвалившего меня на плечо орка, я понял, что на самом деле он, как минимум, майор.

* * *

Завязывать глаза на этот раз мне не стали, дав полюбоваться огромным залом портала внутри не менее огромного замка. Особо не торопились, и счетчик успел отсчитать пятнадцать минут с момента пленения до того, как меня усадили в кресло напротив Иноккентия Юлпатовича.

— Имя у вас — язык сломаешь, — поделился я наблюдениями сразу, как только смог говорить.

— Твоё мнение забыл спросить, молокосос! — грубо ответил орк.

— У вас все, кто старше рядового — орки? Звание обязывает? — спросил я.

Иноккентий Батькович посмотрел на того, кто меня принёс, и вздохнул:

— Позови кого-нибудь помельче. Боюсь, если я его отоварю, скопытится.

— Есть! — свежеиспеченный «капитан» выскочил из кабинета.

— Может быть перейдем к делу? — предложил я. — Или так и будем в игры играть — я задираясь, а вы — расспрашивая про то, как и зачем мы тут оказались?

— Вопросы тут я буду задавать! — отрезал большой начальник.

— И как ты меня уговоришь тебе отвечать? — усмехнулся я. — Шкалу ощущений я на единичку поставил. Даже если ты мне что-нибудь отрубишь, мне пофиг. И я переоделся. Первая встреча с вами стоила мне недешево!

— Сука… Как же вы меня все достали, а… — вызверился вздруг он, грохнул кулаком по столу, и и вышел из игры.

Целых пять минут меня никто не трогал, но потом обладатель сложного ника вернулся, почти одновременно с ещё одним дроу тридцатого уровня.

— Где вы этих уродов плодите, — покачал головой я. — Ты же в курсе, что он может загнуться с одного моего харчка?

— Чего?! — нахмурился Иноккентий, а я плюнул на Блериса, замершего в недоумении.

Ничего не получилось, а жаль.

— Блефует, — понял дроу.

— Это все условия пленения, — вздохнул я.

— Может, так будет лучше? — он ударил мне в нос.

Я заржал, а он взорвался серией ударов.

— Не врет, — доложил он по завершению обработки. — Действительно не больше процента.

— Я что, похож на идиота? — усмехнулся я. — Так поговорим нормально, или будем дальше заниматься херней?

— Свободен, — босс отпустил дроу, и уставился на меня тяжелым взглядом. — Слушай меня внимательно, заигравшийся придурок. Сейчас я отправлю тебя на перерождение, и возродившись, ты сделаешь три вещи. Первое — раз и навсегда забудешь, как ты сюда попал, имена, ники и звания всех Серых Сорок, дорогу в эти горы, название и расположение этого замка. Второе — удалишь контакты орков и Ники. Третье — заставишь всех своих идиотов — соклан сделать то же самое. Ты меня понял?!

— Не до конца.

— Не понял?! — орк зло подался вперёд.

— Не понял, зачем мне это надо!?

Иноккентий хмыкнул:

— Ну, окей, как вы говорите, поторгуемся… Скажем, ты это сделаешь для того, чтобы не оказаться в тюрьме.

Я сделал недовольную морду:

— Так мы не договоримся. Вы не имеете право портить мне игровой процесс. Это записано в пользовательском соглашении. Я с друзьями, орками и Никой, всего лишь игроки, выполняющие квест!

— Ты тупой что ли? Или хочешь присесть на пару лет?

— Я ничего противозаконного не делал!

— Ты что, забыл? — мерзко усмехнулся орк. — Вы на свободе не потому, что ничего не сделали, а потому, что никому не надо было вас посадить!

— Это официальное заявление? — поинтересовался я.

— Что ты! Просто бородатый анекдот! Надеюсь, ты понял намек?

Я, вдруг, подумал: а что, если он не шутит? Ведь необязательно ломиться именно сюда. Есть еще два храма, почему не попробовать добраться до них? Хотя… С какой стати? Никаких игровых ограничений на на эту область гор не наложено, пошли они на хрен!

— Забавный анекдот из феодального строя, — усмехнулся я. — Смешной для нашего времени.