Проклятый убийца - Александр Андросенко

Вас обездвижили!

Вы в плену!

Если вас удерживают дольше 1 часа, вы можете обратиться к Вестнику!

59:59… 59:58… 59:57…

— Полежи тут, малыш, — прошептали мне в ухо и похлопали по плечу. — Я скоро вернусь, только конины отведаю…

Я активировал сообщения, но их функционал тоже был заблокирован! Я взвыл в голос, кляня на чем свет полное погружение. Будь я в коконе, уже давно по скайпу бы всем сказал, что происходит…

Все, что мне оставалось — это трепыхаться и ждать. Путы не поддавалаись. Обращаться к Вестнику до истечения хотя бы часа плена не было смысла. Я вслушивался, но ни воплей Бррэтта, ни звуков схватки так и не услышал, до тех пор, пока меня не схватили и не понесли. Может, кентавр жив?

— Да не дергайся ты, ничего с тобой не сделают, мелкий, — успокаивающе произнес все тот же голос.

— Не пострадает твоя анальная девственность, малыш, не ссы так, — добавил кто-то еще.

Я забился в два раза активнее. Что-то мне подсказывало, что претендентов на мою задницу после этой истории будет раза в три больше, чем до нее. А ведь я ее почти обезопасил!!!

Меня бросили на траву, сдернули мешок и подняли за рог.

— Вот, как договаривались, Нагибатель, — сказал тот, кто меня пленил.

Я взглянул в глаза игроку и выругался про себя. Кто такой Зертал Дайтус из клана Серых Сорок я не знал. Как не знал и никого из десятка стоящих рядом с ним. Запись в режиме плена не велась, поэтому я старался запомнить все имена, что видел. И заодно обстановку — потому что я больше не был в долине. Помещение, в котором меня встречали, могло быть где угодно — как в пещере в минуте хода от этой самой долины, так и в каком-нибудь подвале замка, вырубленного в скале. Или даже в той самой деревне, которую мы проходили последней.

Иконка сообщений взволнованно замигала, но открыть я ее не мог.

— Поставь его, и можешь идти, Ркгхан Мрачнозлобный! — произнес Зертал. Таааак, один прокол есть! Будет, за что зацепиться при последующем расследовании инциндента.

Со стороны держащего меня игрока раздался смешок:

— Чтож… Будем считать, что мы в расчете… До нескорой, надеюсь, встречи, Константин Валерьевич!

Меня бросили на пол, а Дайтус выругался:

— Вот… скотина, — буркнул, обращаясь к своим. — Проследите за этими дибилами.

— Есть, сэр, — ответил эльф, и напротив меня осталось всего три игрока.

Все они, как на подбор, были в шмотках, которые, наверное, меньше, чем на 250-м уровне не оденешь, слишком уж уникальными выглядели. А вот игроки, наоборот, ничем, кроме имен, не выделялись. Белые мужчины, в глухих доспехах, единственное, что я мог разглядеть в их лицах — цвет глаз. У всех он был голубой.

— Ну, Нагибатель, рассказывай, — наконец, произнес Дайтус.

— О том, как я до такой жизни докатился? — поинтересовался я, почувствовав, что могу говорить.

— Кому это интересно? — отмахнулся он. — Рассказывай, что тебе надо в наших горах.

* * *

Прямо скажем, такой смены темы я не ожидал:

— А с чего это ты решил, что это ваши горы? — поинтересовался я.

— С того, что здесь спрашиваю я, Нагибатель, — спокойно ответил он. — Согласись, не будь эти горы нашими, ты бы тут не оказался. Итак, что тебе надо в наших горах?

— На них не написано, что они ваши! — ответил я и забросил крючок, чтобы узнать судьбу своего НПС. — Горы, как горы. Я здесь кентавра выгуливал, а вы его убили.

— Убили Бррэтта? — Дайтус нахмурился. — Жаль. Я такой команды не давал… Но ты сюда не его выгуливать пришел.

— Как раз для этого я сюда и поперся!!! — разозлился я.

Игрок вздохнул:

— Ладно, зовите сюда Мартина, — бросил он своим. — Насколько у тебя ощущения выставлены, а дружище? Процентов пять есть хотя бы? Или все-таки ты нулевщик?

— Не может он быть нулевщиком, — ответил воин, стоящий слева от Дайтуса. — Процентов десять, думаю есть. Он же скрытень, чем больше процент, тем больше информации он получает от системы. Может быть, даже двадцатка.

— После того, как я познакомился с Бррэттом, я благоразумно выставил все ощущения на один процент, — ответил я. — Так что как бы вы меня не пытали, максимум, что я почувствую — просто щекотку.

— Да? — появившийся Мартин Кнеймлес, дроу 30-го уровня, подкинул кинжал в руке. — Раз щекотка, то будем играть твоими ребрышками, дружок. Или лучше ступнями? — Он осмотрелся и скомандовал: — Давайте, парни, повесьте зелененького на во-о-он тех растяжках.

Не прошло и минуты, как я, растянутый на дыбе, снова предстал теперь уже перед четырьмя игроками:

— Ах, какой замечательный комплект! — деланно восхитился Мартин. — Даже обидно будет, что он придет в негодность.

Он отошел в сторону, и когда вернулся, у меня задергался глаз:

— Ах, ты, су-у-у-ка-а-а… — протянул я, понимая, что еще чуть-чуть, и комплект Дракона, в котором я планировал ходить минимум до шестидесятого уровня, вот-вот превратится в набор ни на что не годящихся тряпочек.

Игроки заметно оживились, а Мартин, с хищной улыбкой, плеснул на нагрудник кислоту. Его матовая поверхность покрылась пузырями и начала плавиться, а я почувствовал противных запах и жар.

— А-а-а-а!!!!! — заорал я и дико задергался, хотя боли еще не было. — Да вы ахерели!!! Я сейчас Вестника позову!!! Вас накажут так, что мало не покажется!!! Ты знаешь, чего мне стоило этот нагрудник достать?!

— Ну что ты, друг мой?! Как не знать-то? — ухмыльнулся Дайтус, и сделал жест Мартину, мол, неси еще. — А насчет Вестника — ты особо не беспокойся… У нас еще целых пятьдесят минут на личное общение!

— Может, в сапог залить? — поинтересовался чертов дроу, поигрывая ковшом с кислотой. — Заодно узнаем, как у него с шекотной.

— Нет!!! — заорал я и забился уже на полном серьезе, пытаясь вспомнить, отключал ли я шкалу ощущений после того, как закончил сюжетный сценарий за Бррэтта. Мозг затапливала паника, ничего подобного я не помнил. — Нет!!!

— Да-а-а-а… — дроу, поднося кислоту к сапогу. — Глянь, как задергался!