Физик - Василий Горъ

— Прослушав протокол допроса, государь и его матушка вышли из себя, набрали Аль Сауда и высказали ему… всякого-разного. Тот тоже психанул и дал слово воздать виновным по самое небалуйся. В общем, ждем результатов. На этом пока все, добрых снов…

После того, как она отключилась, я пересказал услышанное женщинам, успевшим уполовинить пирожные, дал выплеснуть злость Янке с Валей, а потом более-менее успокоил, пододвинул к себе тарелку с мясом и, наконец, переключился на нашу гостью:

— Мавия, я хочу обговорить некоторые нюансы совместного проживания, что называется, «еще на этом берегу». Для начала поверни голову направо. Видишь «глушилку»?

— Да.

— Так вот, по ряду причин все серьезные разговоры мы ведем только так. Договорились?

— Да.

— Отлично. Теперь переходим к статусам лиц, с которыми тебе придется сталкиваться. В категории, пользующейся моим абсолютным доверием, всего три человека — Раиса Александровна, Яна и Валя. Две первые — мои названные сестры. Последняя — Слуга, личная целительница и близкая подруга. Далее, я в очень хороших отношениях с главой рода Зыбиных и главой рода Шаховых. В последний был принят относительно недавно, общаюсь только с Валентиной Алексеевной Шаховой и уже начал доверять. Да, не во всем, но, как говорится, лиха беда начало. А всех остальных личностей, включая уже известного тебе Дениса Михайловича Кораблева, можешь считать посторонними со всеми вытекающими. Так, стоп: что у тебя с уровнем языковой матрицы? В смысле, иносказания, пословицы и поговорки понимаешь?

— Да, господин, понимаю… — ответила она, и мне полегчало:

— Что ж, тогда продолжаю в том же духе и перехожу к твоему статусу. Ты — Слуга моего друга. В потенциале — одна из самых доверенных. Поэтому живешь в покоях, уже выделенных твоему господину, большую часть времени пребывания в Российской Империи будешь проводить в нашей компании и обязана обращаться с любыми проблемами к Вале. Как держаться с нами, наверняка уже поняла. А для остальных ты — мой человек, соответственно, все их приказы, пожелания или претензии должны игнорироваться. Само собой, без хамства, но с последующим уведомлением. Пока все понятно, верно?

— Да, господин.

— Отлично! Тогда вопрос посложнее: я — Шахов, а не Аль Сауд, значит, вправе озаботиться сохранностью моих тайн и тайн моего рода от передачи роду твоего господина, спецслужбам Арабского Халифата или кому-либо еще.

Поэтому хотел бы получить клятву Даром о нераспространении информации. Да, это не обязательно. Но без этой клятвы я буду вынужден держать тебя на значительно большем расстоянии и уделять значительно меньше времени, чем считаю необходимым.

Тут Мавия приятно удивила, заявив, что Дауд предусмотрел подобную ситуацию, поэтому разрешил дать такую клятву и прислал соответствующий текст. Одной констатацией факта не обошлась — перекинула нужный файл на мой комм, а после того, как я изучил формулировки и счел, что они ничем не отличаются от нашего, имперского, варианта, поклялась. Как мне показалось, с облегчением и толикой удовлетворения!

Я отложил этот факт на отдельную полочку памяти, умял пару кусочков нарезки, запил их чаем и перед тем, как перейти к самому тонкому вопросу этого разговора, решил немножечко раздуть искорку симпатии целительницы к нам-любимым:

— Благодарю. Не столько за клятву, сколько за внутреннюю потребность беречь тайны друга своего господина. Увы, в наше время такая порядочность встречается нечасто, поэтому я искренне рад, что ты досталась именно Дауду, а не кому-нибудь еще, и уверен, что он выделит тебе кусочек своего сердца.

Не знаю, почему, но последняя фраза зацепила Мавию как-то уж очень сильно — у женщины на миг увлажнились глаза, взгляд опустился, а на щеках заиграл легкий румянец. Да и выдох «Спасибо, господин…» получился на удивление тихим. Тут в памяти всплыло привычное «Чужая душа — потемки, а прошлое — кошмар…», и я мысленно вздохнул, сообразив, что эта женщина-мусульманка, наверняка воспитанная в местных традициях, пошла в школу телохранителей не от хорошей жизни. Впрочем, позволять целительнице расклеиваться в мои планы не входило, поэтому я перешел к конкретике:

— А теперь о моих планах на ближайшее будущее, которые тебе придется разделить. Итак, до вечера воскресенья мы будем усиленно лениться, так как рассчитывали отрываться все выходные, из-за чего отправили моих пестунов в трехдневный отпуск. Зато с утра понедельника начнется обычная жизнь, то есть, учеба, тренировки и медитации, занимающие большую часть будней. Но эта программа касается только нас, а у тебя есть варианты. Первый — отдыхать, пока не надоест. Либо здесь, либо в охотничьем домике. Чтобы отойти от муштры школы телохранителей и собраться с силами перед службой своему господину. Второй — сочетать отдых с мотаниями по городу в нашей компании и параллельно заниматься чем-нибудь интересным лично тебе…

Последнее предложение настолько шокировало гостью, что она на пару мгновений потеряла дар речи. А после того, как оклемалась, переключилась в привычный режим общения:

— Господин, ваше великодушие не знает границ!

— Мавия, ты не в Халифате, а Лютый — не какой-нибудь самодур, напрочь зацикленный на чувстве собственной важности! — насмешливо заметила Янка.

— Поэтому срочно исправляйся и говори то, чего требует душа!

Целительница закусила губу, скорее почувствовала, чем поняла, что это требование было озвучено не просто так, и рискнула пошутить. Да еще и обратившись ко мне по имени-отчеству:

— Лютобор Игоревич, вы меня так совсем разбалуете!

— Правильно разбалованная Слуга — дополнительный источник радости для ее господина! — авторитетно заявила Валя и рассмеялась.

— Верно! — согласился я, отодвинулся от стола и решительно шлепнул себя по бедрам: — Ладно, на этом сегодня все. В смысле, с ответом не тороплю — дашь, когда определишься с желаниями. И последнее: ты действительно не в Халифате, а я терпеть не могу как забитых женщин, так и их ублюдочных господ. Делай выводы…

…Замятина прискакала в мою ванную в тот момент, когда я заканчивал чистить зубы, поставила на пустую полку включенную «глушилку», деловито доложила, что Мавия помогала ей убирать со стола «добросовестнее некуда», поделилась кое-какими неожиданными выводами о характере целительницы Дауда и расслабилась. Вернее, на время забыла о нашей гостье и сообщила, что ей срочно требуется услышать мое мнение по очень важному вопросу.

— Если вопрос очень важный, то изложишь его в спальне… — решил я, неспешно закончил с водными процедурами, вытер лицо, кинул полотенце в корзину для грязного белья и первым вышел в коридор.

Она рванула следом и молчала все время, пока я добирался до святая святых этой квартиры, раздевался и забирался под одеяло. А потом села на край кровати, собралась с