Пилот Империи - Макс Крайм

Скоро я вновь расположился в кресле первого пилота и взглянул на объёмное изображение, смоделированное кристаллами. Противник догонял. По виду: странная модификация боевого крейсера с надстройкой под оружейной палубой – данный тип судна напоминал гигантскую рыбину с большой и уродливой головой. Если это те, кто наделал дырок в «Сайгнатау», то назначение их пристройки становилось ясным и скрывало орудие ужасающей мощи, от которого если верить россказням капитана не спасает и мощное силовое поле.

Поначалу мы получили небольшое преимущество, сразу оторвавшись от преследователей на значительное расстояние, но оно постепенно сокращалось. Слабые сомнения в том, что преследователь всё же принадлежит императорскому флоту, отпали сразу после того, как те не ответили на стандартные общепринятые военные коды.

– Встряли, – выдохнул Костров, опустившись в соседнее кресло. Он тоже внимательно разглядывал данные с главной консоли, и нравились они капитану всё меньше. – Какой у нас план? А он у тебя есть, иначе – зачем вся эта чехарда…

– План есть, – потёр я расстроено свою переносицу. – И похоже он медленно накрывается медным тазом.

– В чём он хоть состоит? – спросил Грек спокойно. Мы столько уже раз умирали за последние сорок восемь часов, что у меня и у него опасность уже не вызывала тошнотворного присутствия страха, скорее так: лёгкое волнение и раздражение. Впрочем, у Кострова оно должно было вообще атрофироваться, он же бывший десантник. Приятель протянул мне боевую пилюлю – памятный презент из «Колизея». Я взял её, и сунув в рот, проглотил – на языке остался кисловато сладкий привкус.

– Сектор сто сорок три тысячи пятьсот шестнадцать от нашего местоположения не очень далеко. Границу разделяет плотное астероидное поле, хочу на скорости войти поглубже и затаится.

– Думаешь справишься? Это всё же не истребитель, а грузовое судно – манёвренность у него как у бревна.

Ничего. Справлюсь. Чуть замедлимся и пройдём, тряханет конечно, но будем надеяться – защитное поле выдержит мелкий град. От особо массивных обломков можно и увернуться. Главное найти астероид покрупнее, желательно с высоким содержанием металла. Попробуем спрятаться и переждать.

– Да, – ответил я. – Нам главное починиться: дроны закончат сварку, и уйдём гипер. Там уже нас не достанут.

– А если они воспользуются гипер катапультой, как в прошлый раз?

Серж старается проработать все варианты, тут у меня тоже есть аргумент.

– Ни чего страшного, чтобы выудить корабль из подпространства им понадобиться знать наши перемещаемые координаты, в этот раз у них нет маячка. Случайное попадание катапульты – вероятность один к десяти миллионам.

– Ладно, хорошо. А что на счёт прыжка в гипер посреди астероидного поля. Вероятность гибели серьёзно выше единицы – любой осколок между вратами и нашим кораблём – стопроцентная смерть.

Я улыбнулся, вспомнив какой неожиданностью для офицеров было то, что во время экзамена сотворила наша группа из трёх человек, за минуту создав коридор и нырнув в изменённое поле на боевом крейсере. Это шло в разрез с уставом безопасности, но только мы предусмотрели такой вариант и разработали свою систему, позволяющую безопасно совершать гиперпрыжки из района с плотной плавающей массой. После консилиума по поводу несанкционированных действий отцы командиры признали действенность метода. Надо думать, военные сразу взяли на вооружение и засекретили его, на время.

– На самом деле это пустяки. Меня волнует другое: скорость преследователя выше нашей, и в течение ближайшего часа попадём в зону действия их орудий. К астероидному полю подойдём только через два часа. И ускориться не можем, и принять бой тоже: есть сильное подозрение, что это те самые кто наделал дырок в «Сайгнатау».