Стихея - Нана Рай

Она усмехнулась. Стыдно даже думать о таком. Второй раз никто не станет ее воскрешать. Мари больше не сможет заплатить дань. Если она лишится всей силы, то сама погибнет. Так что это была одноразовая акция.

– Айви?

Тихий голос заставил ее вздрогнуть. Никто не обращался к ней по имени вне стен дома. Тем более таким знакомым бархатистым голосом.

Айви обернулась и увидела за углом ближайшего дома Уильяма. Он стоял с непокрытой головой, и его непослушные волосы завились еще сильнее. Синие глаза прожигали Айви, однако избегали прямого взгляда.

Сердце учащенно забилось. Не может быть, не может быть!

Ноги уже сами несли ее к Уильяму. И вот она стояла в метре от него, разглядывала его и не могла наглядеться.

– Уильям, – прошептала она и всхлипнула.

– Боже мой, это и правда ты. – Он ошеломленно покачал головой и дотронулся пальцами до ее лица.

– Ты узнаёшь меня? – Она перехватила его руку и сильно сжала, словно боялась, что он сейчас отвернется и скажет: обознался.

– А как иначе? Моя милая девочка. – Его взгляд метнулся в сторону дома.

– Мари сказала, что ты… что никто не узнает меня.

– Но не упомянула, что люди, с которыми тебя связывало сильное чувство – исключение?

– Чувство? – Айви сделала шаг к нему и вдруг бросилась на шею. Крепко прижалась, вдыхая знакомый морской аромат. Слезы подступили к глазам, но она крепилась. Теперь она сильная, она не станет плакать.

– Тебе ведь рассказали про проклятье, и что оно разрушено? Меня и Мари больше ничто не связывает. – Он поцеловал Айви в лоб. – Но… пока ты с ней, мы не сможем быть вместе.

– Что? – отпрянула Айви.

– Пойми. Я не хочу иметь ничего общего с Мари. И ты тоже свободна.

– Но я теперь ведьма. И совсем не знаю, как мне жить с этим. Мне нужна Мари, – возразила Айви.

– Не нужна. Я научу тебя всему, что необходимо. Пусть и в Чистилище, но я прожил долгую жизнь. – Уильям усмехнулся, словно столетний старик.

Айви задумалась. Ее затрясло от холода, и она обхватила себя руками.

Уильям вновь отступил в тень дома и прошептал:

– Подумай о моих словах. Пока ты с Мари, мы не сможем быть вместе.

Он стал отдаляться, и Айви в отчаянии крикнула:

– Как мне тебя найти?

Уильям лишь улыбнулся:

– Я сам найду тебя, Айви. И спрошу, каким будет твой ответ.

Он совершенно не узнавал Айви. Да, на него смотрела рыжеволосая девушка с зелеными глазами, она улыбалась, и в ее улыбке проскальзывало сходство с Айви. Но при этом она выглядела как чужой человек. Ведь бывает, что чужие люди, даже не родственники, отдаленно напоминали друг друга. Случается, что-то знакомое промелькнет в чертах лица, но стоит человеку изменить позу, и волшебное сходство исчезает. Ведь оно мимолетно.

Так и с Айви. Если бы Мари не рассказала про свой план, Уильям не узнал бы девушку. Это невозможно.

Но в итоге он сыграл как по нотам. Он зародил в сердце Айви нужные сомнения, и когда Несса выполнит обряд, та не станет сопротивляться. Главное, успеть все до посвящения в ведьмы. Иначе сосуд станет полным.

А так наивная дурочка верит, что им суждено быть вместе. Она захочет остаться с Уильямом. Для этого нужно уничтожить Мари. И тогда, только тогда проклятье разрушится, а пока его оковы все еще сжимают тело Уильяма.

Осталось потерпеть немного. Дождаться Голубой луны, и Уильям наконец станет свободен.

Второе полнолуние за месяц. Голубая луна. Мари вглядывалась в сияющий нежно-синим цветом диск, и сердце билось чаще.

Она прошла в коридор, где все столпились. Девушки одевались, а Эллиот и Элизабет провожали их тяжелыми взглядами.

– Вы словно сбежали из психушки. – Эллиот оглядел белые хлопчатобумажные платья в пол, которые надели ведьмы.

Ребекка сшила их буквально за неделю, как только узнала, что Мари собирается провести шабаш. Все пребывали в нервном возбуждении. Ребекка и Мари, потому что соскучились по приливу энергии во время колдовских танцев. Айви и Дейзи – из-за таящейся впереди неизвестности. На шабаше они станут настоящими ведьмами, и если Дейзи была готова к этому, то Айви – нет.

Мари видела это по потухшим глазам подруги. Айви соглашалась на все, ею руководило чувство благодарности за возвращение. Но всему был предел. И Мари понимала: после шабаша и усмирения духов ведьм Айви уйдет. Она будет искать свой путь в этом мире, а Мари останется в Вэйланде.

– Радуйся, что они не прозрачные, – хмыкнула Мари. – Чем старше ведьма, тем чаще она приходит на шабаш нагой.

– Какая-то странная зависимость… – скривился Эллиот, но тут же широко улыбнулся. – Вообще-то, на тебя я бы посмотрел в прозрачном платье.

Мари закатила глаза, но тут же ухмыльнулась.

– Пока вы здесь флиртуете, наступит полночь, – пробубнила Дейзи, выглядывая в приоткрытую дверь.

– Элизабет, присмотри за мальчиком. – Ребекка накинула на плечи теплое зимнее пальто. Светлые волосы достигали плеч, но уже никогда не будут такими же длинными, как у Мари.

– Я дееспособный, за мной не надо приглядывать, – возмутился Эллиот.

– Присмотрю, – ответила Элизабет, словно не слышала Эллиота, и коротко взмахнула рукой, веля тому молчать. Парень послушно заткнулся.

– Все будет хорошо. – Мари взяла холодную руку Айви. – Вы не успеете соскучиться, как мы вернемся.

Айви сжала ее ладонь, словно пыталась зарядиться силой.

– Все равно у меня плохое предчувствие. Несса в Вэйланде, и ты не можешь ее отыскать. Она не просто так ждала Голубую луну. – Элизабет скрестила руки на груди. Черные волосы были уложены в неизменный пучок, и даже в домашнем костюме она выглядела как профессор.

– Для Голубой луны ей нужна была пустая Стихея, – возразила Ребекка. – Теперь план Нессы не имеет смысла.

– И она не могла найти другой сосуд? – Элизабет скользнула взглядом по Мари.

Она промолчала и потянула за собой Айви.

Не могла. Она ведь не знает про Айви. А после шабаша даже этот риск исчезнет.

– Идемте, – вместо ответа произнесла Мари, и они вышли на улицу. – Наш путь лежит в лес.

Они пошли по ночному Вэйланду, прижимаясь друг к другу, и Мари ловила жуткие приступы дежавю. Ее последний шабаш в Вэйланде сорвался, и она сгорела на костре вместе с Камиллой. Но теперь будет все по-другому. Ведь так?

– А что нам понадобится в подземелье замка? Понятное дело, притворимся студентками, которые припозднились, возвращаясь с костюмированной вечеринки, – болтала Дейзи, чтобы снять напряжение. – Хотя комендант обычно спит, – может, маскарад