Роза и Червь - Роберт Ибатуллин

Солнце закатывалось, когда Арлекин и Валериан вышли в сад. Дым над Новой Москвой как будто стал реже — должно быть, пожары в основном погасили. Зато стрельба стала чаще — надо думать, Колония бросила все силы на борьбу с мародерами.

— Что он такое пишет, ваш Игорь? — спросил Арлекин. — Вы что-то знаете? Это ваш внутренний шифр?

Валериан пожал плечами.

— Не представляю, мой друг. У нас нет внутреннего шифра, а если бы и был — Игорь не знал бы его. Мне незнакомо это письмо. Ясно одно. — Гейммастер сделал задумчивую паузу. — Игорь получил эту способность от черного цветка. Кстати, не хотите взглянуть на цветок?

Арлекин молча кивнул.

Они подошли к задней двери в беленой стене медиториума. Валериан отворил электронный замок своим ID-чипом. Лестница спускалась в подвал — должно быть, тот самый, где местоблюститель хотел укрыться во время бомбардировки. Лампы в потолке узкого коридора автоматически загорелись при появлении людей. Коридор упирался в еще одну дверь — стальную, с механическим кодовым замком. Валериан набрал код и потянул на себя тяжелую дверь.

— Ваша личная тюрьма? — спросил Арлекин.

— Покаянная келья, — поправил гейммастер. — Место, где согрешивший брат или сестра может в уединении, вдали от шума и забот, предаться глубокому самосозерцанию…

— А решетка зачем? — Решетка перегораживала комнатку в шаге за дверью.

— Способствует смирению, — лаконично объяснил Валериан. — Вот он, ваш цветок.

Камера без окон, освещенная лампой дневного света, была бела и чиста. Стены украшали «Подсолнухи» и «Звездная ночь» Ван Гога. Посредине — между лежанкой и унитазом с раковиной — стояло пластмассовое ведро с землей, а из него рос черный цветок.

Здесь, при полном безветрии, было ясно видно, что цветок способен двигаться самостоятельно. При появлении людей он как будто встрепенулся, повел тонкими усиками в их сторону… Слабый гнилостно-сладкий запах наполнял камеру.

— Ну и что дальше? — спросил Арлекин.

— Мои люди вытащат его, и я устрою ритуальное сожжение. Но отложим это на завтра. Сейчас братья и сестры слишком устали.

— Договорились. Идемте отсюда. — Вид камеры нервировал Арлекина — хотя в этом он ни за что не признался бы.

Они вышли в сад. Красное солнце тлело в ветвях деревьев. Какая-то прихожанка-нуб ровняла граблями песчаную дорожку. Валериан небрежным движением благословил ее, проходя.

— Как насчет моего поручения? — спросил Арлекин. — Придумали?

— О да, — гейммастер неторопливо шествовал по дорожке к своему дому, спрятанному в самом дальнем уголке сада. Домик будто сошел с иллюстрации к детской сказке про семейство заек или мишуток: черепичная крыша, пузатая печная труба, уютная скособоченность, тепло-розовая в закатном свете штукатурка стен.

— Если оно не пересекается с моим основным заданием, я к вашим услугам.

— Я ничего не знаю о вашем основном задании и предпочитаю не знать, — Валериан со скрипом отворил тяжелую деревянную дверь, жестом пригласил Арлекина внутрь. — Но думаю, что вряд ли. Начать придется издалека. Вы что-нибудь знаете об истории реалианской религии, мой друг?

Арлекин не сдержал презрительной усмешки.

— Аналогично. Ничего не знаю и предпочитаю не знать.

— А зря. — Из полутемной прихожей они прошли в кабинет — просторный, дышащий комфортом и солидностью, с диваном ручной работы и шкафом, полным бумажных книг. — Для вашего задания это совершенно необходимо. Я расскажу вам главное. Зонд «Граффос». Когда-нибудь о нем слышали? — Валериан гостеприимным движением указал Арлекину на диван.

— Нет, — сказал Арлекин, откидываясь на плюшевую спинку и мыслекомандой запрашивая справку у даймона. GraFFOS(Gravitational Focus Flyby Observation of Salome[14]), беспилотнаякосмическаямиссияНАСА. Цель — прямое наблюдение кислородной планеты Саломея через телескоп умеренного диаметра из гравитационного фокуса Солнца. Старт 31 октября 2055 года, разгон до скорости 57 км/с ядерно-электрическим двигателем, вывод на радиальную траекторию гравитационными маневрами у Юпитера и Сатурна. Миссия не завершена, связь с аппаратом потеряна 14 января 2103 г. на гелиоцентрическом расстоянии 524 а. е… Сколько-сколько астрономических единиц? 524? Почти одна сотая светового года? Арлекин удивился: он не думал, что земные аппараты когда-либо залетали так далеко. — Нет, — повторил он. — Первый раз слышу. Расскажите, очень интересно.