Неспящая - Наталия Шитова

Молчание несколько затянулось.

Максим стоял перед нами, широко расставив ноги и сложив руки на груди. А мы втроём с Эриком и Вероникой молча обозревали полуразрушенное строение за спиной Макса.

— Я правильно понимаю, — подал голос Эрик. — Что ты провёз нас двести километров, чтобы мы посмотрели вот на это?

Макс кивнул.

— Это шутка такая? — неуверенно уточнил Эрик.

— Нет. Шучу я немного иначе, — спокойно отозвался Максим и обернулся, чтобы лишний раз посмотреть на объект. — То есть, вам не понравилось?

— Ну, почему же? — усмехнулся Эрик. — Очень ностальгично. Примерно в таком бараке мы жили, когда я однажды ездил в совхоз на студенческую практику. И тоже вот так на краю поля. Только там не бурьян рос, а кормовая свёкла.

Я тихонько прыснула и наклонила голову, чтобы Макс не заметил. С одной стороны, мне было его немного жаль, а с другой — я тоже чувствовала разочарование и раздражение: столько ехать для того, чтобы посмотреть на заброшенный барак.

— Ты хочешь, чтобы мы здесь поселились? — подала голос Вероника. — Но это же ужас что такое…

— Ребята, — с лёгкой укоризной произнёс Макс. — Прежде, чем вы начнёте проклинать меня за испорченный день, приложите, что ли, воображение.

Мы стояли у края размокшей грунтовки, что вела от узкой просёлочной дороги через лес. В этом месте лес с одной стороны отступал, оставляя свободными пару гектаров, заросших ивняком и чертополохом. А метрах в двадцати от грунтовки стояло двухэтажное здание с простой двускатной крышей. По фасаду аж восемь окон. Точнее, оконных проёмов. Окон, как таковых, не было уже, видимо, много лет. Как и входной двери. Как и шифера практически на всей крыше. Оставалась кирпичная коробка, когда-то оштукатуренная и покрашенная в унылый горчичный цвет, а теперь почти везде обшарпанная.

— У меня с воображением всё хорошо, — задумчиво сказала Вероника и пожала плечами. — Но даже если это привести в порядок, я не представляю, как тут можно жить.

— Ну, ладно, — решительно махнул рукой Макс. — Не буду вас больше мучить, сейчас всё объясню. Участок вместе с домом продаётся за сущие копейки. Много лет назад здесь была метеорологическая станция. Всё брошено, разорено и поэтому дёшево. К тому же далеко от цивилизации и никому не нужно. Что здесь можно сделать… — Макс принялся жестикулировать, поясняя свои слова. — Восстановить дом, одновременно сделав полную перепланировку внутри. Здесь есть довольно глубокий и обширный подвал, там должен быть погреб, кладовые, прачечная… Первый этаж: по краям — небольшие жилые блоки из пары комнат с каждой стороны, это для нас. А в центре — кухня и столовая. На втором этаже: две общие спальни, душевые и санчасть…

— Ты хочешь сделать здесь всё так, как в нашем подвале?! — наконец-то догадалась я.

Максим улыбнулся:

— Я надеюсь сделать лучше, чем было на Черняховского… Дополнительно позади дома можно соорудить сарай. Отопление пока оставить дровяное, печи есть, их только восстановить. На участке пробурить скважину и подать воду в дом. Электричество сюда провести — без проблем…

— Классная идея! — восхитилась я, вконец заслушавшись. — Макс, какой же ты молодец!.. Правда, Эрик?

Дядя посмотрел на меня, как на привидение:

— Ладка, с тобой всё нормально?

— Абсолютно.

— А… — он ещё о чём-то хотел меня спросить, но Максим взял его за локоть и развернул к дому.

— Пойдём, Малер, посмотришь изнутри и увидишь, что я прав, — с этими словами Макс увёл Эрика в зияющий дверной проём.

Я повернулась к Веронике:

— Что это с Эриком?

— Ты назвала Никиту Максом, — пояснила она.

— Да, я знаю. Замечала уже за собой, — беспечно подтвердила я. — Он не против.

Вероника пожала плечами, отвернулась и широко зевнула, прикрыв рот рукой.

— Ты что это? — удивилась я.

— Спать хочу, — усмехнулась она. — Ещё со вчерашнего вечера. Наверное, если лягу и накроюсь одеялом, то и провалюсь сразу в кокон… Никита сказал, надо попробовать потянуть, пока могу. Выяснить, как долго смогу сопротивляться.