Наследник судьбы - Алексей Бессонов

– Кончилось везение, – горестно пробормотал лорд старший офицер, стряхивая пепел своей сигары прямо на роскошный ковер, выстилавший пол командирского салона.

– Все в мире когда-нибудь кончается, – невозмутимо пожал плечами командир. – Нам и так неправдоподобно везло – и, заметь, далеко не один день.

– Но отсюда до Брэдхэма двадцать часов хорошего ходу!

– Ну что ж. Значит, постреляем. Я надеюсь, ты не забыл дозарядить унитарные ямы?

Торвард решился – пружина была сжата до отказа, и не было на свете силы, способной вывести его из душевного равновесия. Эскадра неслась к Бифорту. Теперь, после того, как ровный кильватерный строй был сломан и флагман вместо сложной маскировочной дуги повел своих собратьев напрямик, – теперь их видели и на планете.

– Два десять, – доложил Кейнкросс. – Рискуем, командир…

– Плевать, плевать, – отозвался Торвард. – Исполняйте.

Продолжать прятаться за гравитационными полями не имело смысла. Вопли исследовательского корвета наверняка услышали все башни Бифорта – и теперь там, на близкой уже зеленоватой планете, ревели сирены тревоги, и взмыленные люди занимали свои посты у пультов и манипуляторов. Впрочем, это тоже не имело смысла…

В десантных кубриках «Валькирии» завтракали крепкие темнокожие мужчины – свои доспехи они сменили на черные комбинезоны имперских десантников, а мечи и потрепанные лучеметы – на массивные, пахнущие смазкой «хенклиры», способные разворотить любого дракона. Шлемы, правда, они оставили прежние: с рогами, крыльями и конскими хвостами. Никакая ругань опытных унтеров не могла заставить их расстаться с родовыми тотемами: в бою они привыкли распознавать сородичей по эмблемам, украшавшим их шлемы. Смирившись, инструкторы усиленно советовали своим подопечным беречь в перестрелках именно головы, ибо пробой комбинезона представлялся весьма проблематичным.

А в каютах экипажа готовились к своему первому бою амазонки – отчаянных гурий снова ждал Бифорт. Правда, теперь уже в несколько ином качестве…

– Час сорок, – сказал Ровольт. – Вот сучий случай. Откуда здесь могло взяться это оэмовское корыто?

– Повторяю: нам слишком везло, – ответил Торвард, – никакое везение не может продолжаться вечно. Вспомни: один налет на Фиете чего стоит! С ума сойти – без всякой подготовки, без разведки – прилетели, расстреляли толпу уважаемых ублюдков и даже не наткнулись на охрану! Что это, если не фантастическое везение? А наши взаимоотношения с «папой»? Это ж надо вот так вот попасть в самую дырочку – оказаться в нужном месте в самое нужное время. Если б не он, чего б мы сейчас стоили, а?

– Ты хочешь сказать, что наше везение тоже заканчивается в нужный момент? – спросил Барт, задумчиво рассматривая свои ногти.

– Вовремя избавиться от ненужной вещи – тоже большая удача, – усмехнулся Королев. – Я считаю, что все могло бы сложиться гораздо хуже. Или нет?

Ровольт промолчал.

– Я пойду, пожалуй, – Торвард выбрался из кресла и шагнул к внутренней двери, – пообедаю и переоденусь…

* * *

– Все моторы стоп, осевая коррекция. Десанту готовность один.

– Я передумал, ребята, – сигара лениво крутнулась в крепких зубах командира, – спешить нам, пожалуй, не стоит. Я вижу какие-то шевеления в противодесантных казематах – по-моему, это прямо под нами? Давайте-ка шарахнем туда парочку ракет. Тут даже целиться не надо – просто выпустим поросят на волю, а уж они, клянусь виселицей, сами отыщут свое любимое корыто.

Бортовые шахты «Валькирии» выплюнули серию сверкающих золотистых игл – и они, полыхнув на секунду дюзами, стремительно ввинтились в дымное марево атмосферы.

– О, я вижу им понравилась такая кормежка! – обрадовался Торвард, глядя, как на экране катера, заведенном во внутрикорабельную видеосеть, ало расползаются вязкие кляксы взрывов. – Теперь можно и начинать. Вперед!

Линкор вздрогнул двигателями и нырнул в верхние слои. Погром начался.

Первая группа катеров покинула деки над экватором, где располагался центральный космопорт и жизнерадостно догорали вдрызг разнесенные ракетами противодесантные батареи – те самые, которые остались нетронутыми при первой атаке. Вторая группа, ведомая самим командиром, вышла над столицей. «Валькирия» неуклюже развернулась и в пологом снижении устремилась на юг: ей предстояла посадка на захваченном космодроме. На обратной стороне планеты «черепахи» и крейсера лорда Ника усердно громили последние – последние! – батареи Бифорта. Работы у них было немного: после двух заходов крейсера выпустили запыленные от долгого сна штурмботы и ушли на орбиту – а «черепахи», покрутившись для верности над пылающими развалинами, сдвинулись на тысячу километров и опустились в окрестностях второго по величине города планеты. Все шло по плану.

Столица только просыпалась. Три десятка черных треугольников, исторгая страшный, сводящий с ума рев, пронеслись в считанных метрах от крыш ее аккуратных приземистых домиков – и в окнах, оседая сверкающей пылью, полетело остекление. Это было жутко… в панике не зная, за что хвататься, люди выскакивали на улицы, растерянно озирались по сторонам – и видели тихое, ласковое весеннее утро, – на то, что в кронах деревьев почему-то испуганно затихли жизнерадостные прежде птицы, никто не обратил внимания. А рев ударил снова. Хищные остроносые тела катеров неторопливо проплыли над городком, взрывая залитые солнцем улицы нестерпимым грохотом, – они шли, растянувшись широким полумесяцем, и золотые, давно забытые кресты зловеще сверкали на острых плавниках атмосферных килей.

Полумесяц начал распадаться, и рык стихал, уходил вслед за выбирающими место посадки машинами… а на окраинах города уже гудели моторы танков. Они мчались по утопающим в зелени улочкам, их гусеницы безжалостно рвали дерн газонов и скверов, их настороженно вращающиеся башенки искали врага – и не находили. Сопротивляться здесь было некому.

Единственная стычка неожиданно разгорелась в центре. Рота полиции и наспех собранный дивизион городского ополчения с отчаянными криками открыли стрельбу по приземлившимся на площади перед ратушей катерам. Пилоты не решились отстреливаться: они имели строжайший приказ не стрелять по жилым кварталам. Тогда из окрестных переулков вылетели танки. Широкие гусеницы еще рвали в торможении асфальт, а из распахнувшихся в бортах люков уже летели, кувыркаясь, странные люди в черных комбинезонах и рогатых шлемах.

Они разделились на две группы – одна, обогнув площадь, короткими перебежками проскочила под стены полицейского управления, а вторая, открыв шквальный огонь, с ходу влетела в ворота башни городского совета. Первую вел невысокий изящный человек в переливающемся, мимикрирующем костюме и таком же – совершенно глухом – шлеме, а во главе второй мчался крепкий, широкоплечий мужчина в черном с серебром камзоле, высоких сапогах и криво нахлобученной широкополой шляпе. Вид космического корсара и его рычащих от ярости воинов внушал такой ужас, что полицейские офицеры, пытавшиеся задержать в воротах башни несущуюся на них толпу, в панике рухнули на колени, будучи даже не в силах бежать… и были растоптаны тяжелыми сапогами атакующих.