Гимн перед битвой - Джон Ринго

Послины валились снопами, но Майк все больше отстранялся от окружающего. Чувство было такое, словно он смотрел на мир на экране телевизора, а жизнь за его пределами представлялась лишь бесплотной тенью.

Они с сержантом Грином прикрыли проход третьего отделения и вошли в здание.

— Как мы будем поддерживать их здесь? — спросил сержант Грин, стоя в одном из гигантских транспортных въездов на первом этаже.

— Скверно. Двигаемся к центральному стволу и вниз.

Майк с сержантом Грином отправились внутрь, сметая с дороги случайных послинов. Даже если они не замечали послинов, те все равно атаковали их. Майк наконец решил, что большинство послинов в здании были теми, кого освободила смерть бого-короля. Майк припомнил сведения, полученные миллион лет назад, на Большой Земле.

Послины-нормалы были едва разумными. Большинство стояло на уровне ниже слабоумных людей. Очень малое число, несколько более разумное, использовалось бого-королями в качестве десятников или сержантов. Но все обычные послины, и нормалы, и продвинутые нормалы, были в самом прямом смысле связаны узами с отдельным бого-королем. Они бы нисколько не заколебались, прикажи им бого-король умереть.

Но когда бого-король умирал, они освобождались от уз. Если при этом рядом случался другой бого-король, он мог попытаться связать их с собой. Это называлось «связать теплыми». Однако если их не связывали заново вскоре после смерти их лорда и хозяина, наложить новые узы оказывалось невозможно в течение некоторого периода, около двух недель. Тогда они начинали искать себе нового бого-короля. Он упомянул это сержанту Грину.

— Должно быть, первые пару недель после сражения происходят интересные вещи, сэр.

— Почему? — без интереса спросил Майк.

— Ну, сэр, — сказал сержант Грин, надеясь пробудить интерес лейтенанта к происходящему, — эти твари всегда атакуют нас, как только увидят, и я заметил кучу свежих трупов.

— Да, я тоже их заметил.

— Думаю, они нападают и на своих тоже, сэр. Так что местность за полем битвы должна быть усеяна этими тварями, жаждущими драки, в течение двух недель. Трудновато им будет навести порядок, верно?

— Неспокойный тыл, — сказал Майк с зачатками интереса. Летаргическая депрессия от гибели Визновски все еще присутствовала, но его основной инстинкт продолжать бой начал с ней бороться.

— Да, сэр. Если произошла битва, где погибла куча бого-королей. Те бого-короли, что помчались за шаттлами, — сколько вы поставите на кон, что их группы взбунтовались, или как там у них, после их кончины?

— За исключением тех, кого связали теплыми, — отметил Майк.

— Да, сэр, но посмотрите на всех этих вокруг. Видать, многих упустили.

— Как мы сможем этим воспользоваться? — размышлял Майк.

— Не представляю, сэр, но это сработает на нас. Им нужно перебрасывать запасы, «армия воюет животом», правильно? Так что это должно нанести ущерб их тыловому обеспечению.

— Не слишком великий, в основе их тылового обеспечения лежит собирательство.

В этот момент их позвали на помощь команде, которая напоролась на группу под предводительством бого-короля. После нескольких нелегких минут, но без потерь со своей стороны они продолжили разговор.

— Что вы хотели сказать насчет их тылового обеспечения, сэр?

— В смысле собирательства?

— Да, сэр.

— Ну, они поддерживают существование практически тем же способом, что и любая другая армия в истории, то есть реквизицией. Еще совсем недавно, по историческим меркам, то, что мы называем мародерством и за что наказываем, считалось общепринятым способом прокормить войска и платить им. Вы ничего не заметили в отношении этих послинов?

— Кроме того факта, что они стреляют в нас, сэр? — пошутил сержант.

— Я имею в виду, что у них на сбруе, — ответил Майк со слабой улыбкой.

Сержант Грин изучил ближайший труп послина.

— Повсюду пришпилены какие-то кусочки.

— Да, блестящие кусочки. Если обшарите всю кучу, найдете нескольких с серебром и золотом. Еще больше драгоценностей на бого-королях. В их сумках должны находиться куски индоев и другие растительные и животные продукты. Некоторых из индоев перегоняют назад, к местам высадки, боеприпасы посылают вперед. Туземное население и их припасы служат им пищей, и они собирают все ценные и не очень предметы для своих боссов. В период закрепления на захваченных территориях они строят нечто вроде храмов, или дворцов, для бого-королей и набивают их захваченной добычей. Полагаю, они подобны великому множеству солдат. Знаете что сказал Киплинг: «Добыча, добыча, добыча, вот что заставляет вставать и стрелять». Но это не может быть их единственным мотивом.

Или может?