Спящий - Павел Корнев

– Что в карманах? – спросил он, прощупав рукава пиджака. – Все на стол!

Пришлось избавляться от перочинного ножа, бумажника, запасных кассет для «Цербера» и снаряженных обойм к «Штейр-Хану».

– Оставляйте! – распорядился парень.

– Серьезно?

Парень пропустил мой риторический вопрос мимо ушей и указал на дверь.

– Проходите в дом. Вас ждут в подвале.

Я в недоумении склонил голову набок.

– А как же почетный караул?

– Проходите в дом и спускайтесь в подвал, – последовало повторное распоряжение.

Недоуменно хмыкнув, я поднялся на крыльцо, ожидая, что вслед за мной двинется дядька с лупарой, но тот лишь посторонился, освобождая дорогу, а сам остался стоять на улице.

В полном одиночестве, под скрип рассохшихся половиц я двинулся к лестнице в подвал. За прошедшие с моего последнего визита сюда полтора года особняк пришел в полное запустение: пол покрывала корка грязи, бумажные обои отклеились от стен и свисали неряшливыми лохмотьями. Дом, казалось, стремился исторгнуть из себя потустороннюю заразу, обустроившую здесь свое логово, но отрава проникла слишком глубоко. Вместо очищения происходило саморазрушение.

Встав на верхней ступеньке уходившей в подвал лестницы, я посмотрел вниз и нервно поежился. Спускаться не хотелось. С детства подвалы терпеть не могу. Всякий раз мне казалось, что обратно уже не подняться, а сейчас ожидание смерти и вовсе было сильно как никогда.

– Спускайтесь, Леопольд! Спускайтесь! – послышался вдруг голос Бастиана Морана. – Хватит уже топтаться на месте и скрипеть половицами! У меня сегодня крайне напряженный рабочий график!

Злость помогла перебороть сомнения, и я решительно зашагал по прогнившим ступеням шаткой лестницы. Алтаря полагавшей себя древнегреческой музой твари в подвале не оказалось, вместо него вниз спустили два табурета. На одном из них, закинув ногу на ногу, сидел Бастиан Моран. Второй был пуст.

– Где Лилиана? – первым делом спросил я старшего инспектора.

– Присаживайтесь, – указал тот пистолетом на свободный табурет.

– Если с ней что-то случится…

– Заткнись и садись! – повысил голос Бастиан Моран, а когда я повиновался, продолжил: – Сразу хочу предупредить, что с твоей пассией ничего не случится в любом случае. Ее просто допросят и доставят обратно домой. Но вот что станется с тобой, Леопольд, зависит исключительно от того, сумеем ли мы найти общий язык.

– Вы серьезно?

– Хватит юродствовать! – сорвался старший инспектор. – В городе творится черт знает что, а я впустую теряю с тобой время! Либо начинай говорить, либо тут тебя и закопают!

Людям нужна надежда, пусть даже она противоречит здравому смыслу. Искусные манипуляторы цепляют ею человека, словно рыболовным крючком. Полицейские следователи преуспели в этом лучше остальных; я прекрасно знал это, но все же решил ухватиться за протянутую соломинку.

– Что вам надо? – напрямую спросил я старшего инспектора.

– Шлюхи, ацтеки и какой-то заговор – о чем ты вчера толковал? Что тебе известно о ритуальных убийствах?

Я взглянул на собеседника с неприкрытым удивлением.

– Серьезно? Об этом хотите поговорить?

– Ты тратишь мое время! – ледяным тоном произнес Бастиан Моран. – Мне твое общество не доставляет никакого удовольствия, поэтому просто отвечай на вопрос! Чем раньше мы с этим закончим, тем лучше!

Тянуть время не было никакого резона, поэтому я вкратце рассказал старшему инспектору все, что узнал о замысле ацтеков от Томаса Смита, а под конец после недолгих колебаний поделился и собственными соображениями на этот счет. Нечто в поведении Морана навело на мысль, что в детали заговора его посвятить не удосужились.

– Полагаешь, за прорывом инфернального стоит герцог Логрин? – задумчиво произнес старший инспектор, выслушав мой рассказ. – Откуда такая уверенность?

– Is fecit, qui prodest^[1] – блеснул я своим знанием латыни.

– Вздор! – вспылил Бастиан Моран. – Ставить империю на грань развала – не в интересах регента! От кронпринцессы можно было избавиться сотней не столь разрушительных способов!

– Он пытался, – сообщил я. – Но ему не удалось. И вполне может статься, на этот раз союзники из Нового Света не посвятили его во все детали. Это не важно! Важно, что ацтеков в Риверфорт провез герцог. Я был там! Я видел!

– Что ты делал там, Леопольд?

– Выполнял поручение ее высочества… людей из ее окружения.

Моран поднялся на ноги, задумчиво посмотрел на пистолет в своей руке и спросил:

– Тот агент Пинкертона, почему он не пришел ко мне?

– Он звонил и договаривался о встрече. Тем же вечером его едва не зарезали. Вряд ли это было простым совпадением!

Старший инспектор поморщился и отвел взгляд, но сразу пересилил себя и, словно оправдываясь, произнес:

– Когда Третьему департаменту поручили отыскать Жнеца, герцог Логрин обратился ко мне с неофициальной просьбой держать его в курсе расследования и немедленно сообщать о любых подвижках. Мне не показалось это подозрительным: серия убийств вызвала большой общественный резонанс, а положение регента в императорском совете оставляло желать лучшего. Критичной для него могла оказаться любая мелочь. Я и подумать не мог, что он как-то связан с этими убийствами!

Моран говорил как по писаному, но я не спешил принимать его слова за чистую монету.

– В нашу последнюю встречу вы утверждали совсем другое.

– Ты о моем отношении к ее высочеству? – усмехнулся старший инспектор. – Я говорил вчера и скажу снова: смерть кронпринцессы пошла бы империи лишь на пользу. Я искренне убежден, что на престол должен взойти кто-то иной. Кто-то… кто более человек.

– Ну так все складывается для вас лучшим образом, разве нет?

– Во-первых, ее высочество еще жива и не далее как час назад вышла из комы, – огорошил меня неожиданным заявлением Бастиан Моран.

– Откуда вы знаете?

– Защита дворца выстояла, гвардейцы поддерживают с нами телефонную связь.

– Ясно, – задумчиво протянул я. – А во-вторых?

– А во-вторых, я желаю смены династии, а не развала государства! – почти выкрикнул в ответ старший инспектор. – Следовало дождаться естественной кончины кронпринцессы или устроить дворцовый переворот! Но то, что происходит сейчас… – Моран посмотрел на меня в упор. – Это конец империи. Ты сам разве не понимаешь этого?

– Не уверен, что могу проследить ход ваших мыслей…

Бастиан Моран презрительно фыркнул.

– Единство империи зиждется на двух вещах, – произнес он менторским тоном. – Метрополия дарует провинциям защиту от инфернальных созданий и гарантирует нерушимость границ. Но о какой защите может идти речь, если в столице творится подобная чертовщина? Осажден императорский дворец, а мы ничего не можем с этим поделать!