Спящий - Павел Корнев

Я кивнул. Случившееся стало наглядной демонстрацией слабости центральной власти. Если ситуация не разрешится в самое ближайшее время, волнений в провинциях не избежать.

– С границами тоже не все ладно, – вздохнул Моран и помрачнел, ослабляя шейный платок. – Александрия и Тегеран заключили военный союз и предъявили совместный ультиматум, по которому мы должны полностью вывести войска с Аравийского острова и передать Гибралтар Великому Египту, а Константинополь – Персии. Закрытие Персидского и Красного проливов перекроет короткий путь в Индию, а потеря Босфора и Геркулесовых Столбов станет сущей катастрофой!

– Разве это первый подобный ультиматум?

– Это первый ультиматум, который всерьез рассматривается кабинетом министров! Регент не хочет войны, он настаивает на переговорах. Он верит в возможность компромисса!

– Вижу, герцог Логрин больше не ваш герой, – усмехнулся я, не понимая, к чему весь этот разговор.

– Герцог Логрин делает все настолько неправильно, что поневоле закрадываются сомнения в его истинных мотивах! – отчеканил старший инспектор. – Это даже не преступная глупость, это намеренный саботаж!

– И что вы хотите от меня?

– От вас? – хмыкнул Бастиан Моран и вдруг убрал пистолет в кобуру. – Ничего. Я узнал все, что хотел.

– А Лилиана? – вскочил я с табурета.

– Ее привезут сюда через четверть часа, – пообещал старший инспектор. – Я отзову розыскной лист. И советую покинуть Атлантиду незамедлительно, пока еще есть такая возможность.

Бастиан Моран подошел к лестнице, но я окликнул его:

– Подождите! А что собираетесь предпринять вы?

– Я? – удивился старший инспектор. – Я собираюсь делать то, что умею лучше всего. Задавать вопросы, только и всего.

– Не боитесь разделить судьбу фон Нальца?

– На кону стоит судьба империи. Если государство падет, цивилизация окажется отброшенной на полвека назад. И это в лучшем случае!

Я заколебался, но все же решил довериться старшему инспектору и спросил:

– А если кронпринцесса сможет выбраться из дворца?

– О том, что ее высочество жива, знает не больше полудюжины человек. Спасательной операции не будет.

– И все же? Если кронпринцесса покинет Старый город, что тогда?

Старший инспектор поморщился.

– Как ни прискорбно это признавать, но чудесное спасение наследницы престола способно переломить негативную ситуацию. Я не питаю теплых чувств к ее высочеству, но империя превыше всего. Коронация сиятельной не самая высокая цена, которую можно заплатить за сохранение страны. Анне меньше всего нужны компромиссы. Герцогу придется отступить.

– После коронации нужда в регенте отпадет вовсе.

– Это так, – кивнул Моран. – Если только ее высочество доживет до коронации. Ох уж это ее больное сердце…

– Застрелите меня в превентивных целях? – прищурился я.

Моран покачал головой.

– Сейчас это уже не имеет никакого значения. Принцессе не выбраться из Старого города. Она и сейчас жива только из-за резервных батарей, которые питают защиту дворца. Но их заряда хватит только на несколько дней.

Я выругался.

– А вы сможете обеспечить мне пропуск за оцепление?

– Откуда такое самопожертвование?

– У меня есть на то свои причины, – сказал я, не став рассказывать о крючке, которым меня зацепила кузина. Черт бы побрал ту необдуманную клятву!

Бастиан Моран ненадолго задумался, затем пожал плечами.

– Мои люди дежурят у тоннеля Кельвина. Захочешь рискнуть – тебя пропустят.

Сказав это, старший инспектор поднялся на первый этаж, а я взбежал по ветхой лестнице следом и спросил:

– Хотите прижать регента?

Моран обернулся и выгнул бровь.

– Ты о чем-то умолчал?

– Сегодняшний взрыв в лектории «Всеблагого электричества» – уверен, за ним стоит герцог или его союзники.

– По предварительной версии взорвался генератор Теслы.

– Причиной детонации стал подрыв взрывчатки, а сигнал, скорее всего, был передан по телефонным проводам. На площади вы найдете тело некоего Емельяна Красина, русского анархиста. Его напарником был Иван Соколов, выдающий себя за светского обозревателя из Петрограда.

– Откуда такая информация?

– Я там был.

– Запереть бы тебя в Ньютон-Маркте… – поморщился Бастиан Моран, но махнул рукой и вышел из дома. – Вызывай экипаж! – скомандовал он во дворе молодому охраннику, а затем достал пачку «Честерфилда» и закурил, делая одну жадную затяжку за другой.

Подчиненного приказ старшего инспектора нисколько не удивил, он выбежал на перекресток с небольшим чемоданчиком в руках, откинул там его крышку и вытащил пару телескопических штанг с крючками на концах. Их полицейский ловко зацепил за провода воздушной телефонной линии, вызвал по портативному аппарату телефонистку, а потом собрал оборудование и вернулся во двор.

– Экипаж выехал! – сообщил он старшему инспектору. – Будет через пятнадцать минут.

Бастиан Моран кивнул и закурил новую сигарету.

– Лилиану привезут? – забеспокоился я.

– Привезут, – подтвердил старший инспектор и вышел на улицу, поручив присматривать за мной сыщику с лупарой.

4

Бастиан Моран свое слово сдержал. Не прошло и десяти минут, как на перекрестке остановился самоходный экипаж с гербом полиции метрополии на решетке радиатора. Шофер в новенькой униформе первым выбрался из кабины и предупредительно распахнул заднюю дверцу, позволяя выйти Лилиане Монтегю.

У меня аж сердце екнуло.

Подруга встревоженно огляделась по сторонам, заметила меня и побежала через дорогу. Бастиан Моран с учтивой улыбкой раскланялся с ней и забрался на пассажирское место рядом с водителем. Его подчиненные уселись сзади, и экипаж укатил прочь, оставив нас с Лилианой наедине.

– Лео! – встревожилась девушка. – Что происходит?

Я обнял Лили, прижал к себе и успокоил:

– Ничего. Все хорошо.

– Лео, не делай из меня дуру! – возмутилась Лилиана, высвобождаясь из объятий. – Меня продержали в Ньютон-Маркте, не задав ни единого вопроса, а потом привезли сюда! Что все это значит?!

– Старший инспектор решил, что это будет самым простым способом встретиться со мной.

– Ты сдался ради меня? – догадалась она и бросилась мне на грудь. – Ох, Лео!

– Я же говорю – это простое недоразумение. И оно уже разрешилось. Все будет хорошо. Я обещаю.

Лилиана вдруг посмотрела мне через плечо и удивленно произнесла:

– Мари? Что ты здесь делаешь?!