Конец игры - Андрей Царев

— Слабже, конечно, чем раньше, будет, но… — взял у меня сигарету, хриплым голосом проговорил Иванович, самый главный из рабочих, мастер.

— Олег, что скажешь? — в упор посмотрел на меня отец Сергий.

— Сами подключить сможете? — еще раз переспросил я, глядя на Ивановича.

— А че не смочь то? Там все просто, и ребенок справиться! — выдохнув сигаретный дым, гордо заявил он.

— Что же вы тогда не включили, когда драпали со станции? — усмехнулся я.

— А черт его знает, — ответил за Ивановича второй мужик, Семен его звали. Семен Аркадьевич, — у тебя вон, автомат есть, — показал он на висящий сбоку ПМ, — а у нас ничего. Ну одному этому я голову ломиком проломил, так вон их сколько понабежало! Отсиделись на водонапорной башне, потом вон сюда вышли. Жрали что придется по дороге, прятались как зайцы. А что с нашими близкими там стало, — он махнул рукой в окно, — мы и не знаем даже. Надеюсь, в древне сейчас, собирались туда они.

— То есть, на самой вашей станции психов много? — переспросил я.

— Та не, не много, — замахал своей мозолистой грязной рукой Семен, — на самой станции их и нет. Там же река, они к воде не ходят. Мы на лодке и переплыли реку то. А вот чуть в стороне, там уже полно их. Там лесок, ну как лесок, — запнулся Семен, — парковая зона, что ли. Вот из парка они и прибегали. В парке кафешки стоят, да люди гуляли раньше. Сейчас эти…

Я быстро обдумывал все. Действительно, на первый взгляд просто. Подъезжаем на машине к подстанции, заходим внутрь… Вот это самое опасное. Тут бы группу свою взять и зачистить как положено. Но это время. Впрочем, если подумать…

— Сергей, дай ручку и бумагу, — повернулся я к настоятелю, — пусть план нарисуют, — кивнул я на мужиков.

Иванович взял протянутую Сергием ручку, бумагу, и пыхтя начал рисовать. Художник он был так себе, чертежник тоже. Но мне, в принципе, все стало понятно буквально, как только я взглянул на план. Дорога туда подходит вплотную к подстанции, прямо по берегу реки. Резервный источник питание — это отдельно стоящая будка с навесным замком. Нужно сбить замок, открыть дверь, запустить генератор, если вдруг не заработает насосная станцию, тогда придется идти в основное здание и там разбираться. В принципе, задача не сложная.

Отпустил мужиков отдыхать. Сказал Сергию, что бы вооружил их всех пистолетами, на всякий пожарный, как говориться, и выдал патронов и по четыре магазина. Завтра утром подъем с рассветом, а это около половины пятого. Мы сейчас живем по солнцу. Солнце встало — и мы встаем. А солнце садиться, вот как сейчас, и мы спать. Точнее, не спать, а совещаться с личным составом и принимать тяжелые решения. Сергий остался у себя уговаривать бутылку вискаря до конца.

— Последняя, Олег, — пожаловался он мне. Типа намекая, что бы я привез ему еще.

А я привезу, мне не жалко. Вот только сколько еще этого спиртного в мире? Думаю, что много. Просто очень много. Кто по глупее, бросились затариваться водкой и сигаретами, а так же той одноразовой едой, что еще осталась в магазинах. Дело нужное, но куда нужнее оружие. А точнее, мощное оружие и бронетехника. В идеале танки бы найти. И горючее. А вот тогда уже можно создать некое подобие государства. И вот завтра мы начнем перевозить оружие с базы. Была у меня мысль остаться на базе какое-то время, но я ее отверг сразу. Во первых, там нет канализации и воды. А без этого уже долго не проживешь. Во вторых, не понятно, появятся ли еще эти «татаро-монголы», которые уже один раз зачистили нашу базу и пытались вывезти оружие. А ведь бронетехнику они вывезли. Значит, лучше оттуда уйти. И чем быстрее, тем лучше. Монастырь и лагерь в яхт-клубе тоже не идеальный вариант. Но в монастыре есть надежные стены и источник питьевой воды. На Гребном канале есть и вода, и жилье, и защита от внешнего мира — река. Только узкий перешеек отделяет полуостров от суши. Перекрыть его и все, проблем с нападением не будет. Можно, конечно, по воде еще подойти, но это уже высший пилотаж. На такое пока мало кто способен. Только наши сегодняшние вновь прибывшие на барже. А если достать пару танков или другой тяжелой техники, то… А что бы ее достать, нужно ехать в Мулино. Причем, сделать это раньше, чем из Владимира к нам нагрянут эти монголы. Во Владимирской области тоже полно воинских частей. Так что приедут они вооруженные до зубов. Остается надеяться, что среди этих гастробайтеров не окажется толковых военных.

— Кстати, — прервал мои мысли отец Сергий, — я тут тебе комнату выделил, а то не солидно как то. Наш начальник монастырской охраны, а комнаты своей нет. Вот ключ, — и Сергий протянул мне связку, на которой болтались два обычных маленьких плоских ключа, — рядом со мною, только чуть в стороне, на третий этаж поднимаешься и до конца, окна как раз на Волгу.

Взяв ключи и поблагодарив Сергия, я вышел на улицу. Перетаскивать вещи? Да у меня их почти и нет. Все, что я добывал, раздавал своим людям. Автомат только свой да патроны. Но пусть уж лучше всегда при мне будут. Как и мыльно-рыльные принадлежности и бритва. Без этого мне точно никуда.

Вечер был теплый и тихий. Ветерок стих, солнце ушло за горизонт и только тоненький писк комара в ночном небе немного раздражал. Народу в монастыре заметно прибавилось. Уже пять костров я насчитал в монастырском дворе. Машин на стоянке заметно стало больше, кроме знакомых мне «Тойот» и «БМВ» стояло несколько «Патриотов», причем один просто разрисованный в камуфляж и с различными наворотами. Видимо, выживальщики постепенно подтягивались в эту защищенную стенами обитель. Спасибо радио, которое заработало в пустом городе. Я немного постоял, подышал свежим воздухом, и направился к своему знакомому костру.

Рядом с навесом лихо трещали сырые поленья, и пламя лизало котелок на двух больших жердях. Наверное, чай кипятили парни.

— О, Олег, присаживайся, чайку с нами выпьешь? — подмигнул мне Вадимович.

— Нет, чаю не буду, мешать не хочу, — пошутил я, и присел на освободившееся около него место. Кто-то из парней, по моему, Николай, потеснился.

Михаил Вадимович, невысокий крепкий парень лет тридцати пяти, достал пачку «Парламента» из кармана и протянул мне. Пожав плечами, я достал сигаретку и Вадимович услужливо чиркнул зажигалкой.

— Так вот, — продолжил он прерванный моим появлением рассказ, — заказываю я в японском ресторане эту картинку, ну там, креветки типа какие-то и пиво нарисовано, а официант мне что-то кричит на своем, — и Миша изобразил крик на японском языке, глотнув при этом пива из жестяной банки.

Сухого закона у нас в монастыре не было, вот и распивали кто в тихую, а кто, как мы, в открытую.

— Я уже сам напрягся, повторяю заказ, ну, снова тычу в картинку. А мне уже двое посетителей тоже самое кричат по — японски, — и снова Миша изобразил резкий выкрик на незнакомом языке, как будто самураи идут в атаку.

Парни за костром снова засмеялись. Я присмотрелся немного, у всех стояли банки с пивом. Видать, грабанули какой магазин, или наши старые запасы. Нет, скорее всего, все таки по дороге что-то смародерили. Пиво «Бад», я такое не брал никогда раньше. Хотя, теперь уже, наверное, не буду так привередлив. Как и отец Сергий не будет так смаковать свое виски. Еще через год, два, если останемся в живых, то будем пить самогонку, а курить самокрутки. Сам усмехнулся своей шутки, и моя усмешка совпала с общим хохотом. Там Миша рассказал конец своей истории. Оказалось, официант хотел сказать ему, что заказ слишком дорогой. Ну а Миша поняв это, заказал три порции.