Князья Севера - Маркус Кас

Я пытаюсь заглянуть ей за спину, чтобы разглядеть альва, но то шустро перемещается, избегая моего внимания.

— Духи природы и стихий, — объясняет девушка, с усмешкой наблюдая за моими попытками. — Их нечасто встретишь в Мидгарде, то есть нашем мире. И только эти существа могут проникать в миры где угодно и когда угодно.

Альв, в очередной раз увильнув от меня, резко бросается в сторону и улепетывает, теряясь смутной тенью среди деревьев. Почему он сразу не рванул в свой мир, непонятно. Может, ему как раз понравились эти догонялки?

Хтонь, я уже не прибил там первого? Вслушиваюсь в лесные звуки. Подбитый мной альв шуршит в листьях и мне чудится, что оттуда доносится тихий смех. Любопытные, еще и мазохисты, похоже.

— А ты знаешь, что твое имя, Игорь, происходит от нашего? Ингвар, то есть хранимый Фрейром, — ее цепкий взгляд прожигает насквозь. — А бог Фрейр живет в Альвхейме, мире альвов. Странное совпадение, правда?

У меня от этой логической цепочки сначала пробегают мурашки, а потом возмущается мозг. Так на глобус можно что угодно натянуть, было бы желание. Ох уж эта женская логика.

— Во всем уважением к вашим богам, — осторожно отвечаю я. — Но это и правда просто совпадение. Может, вернемся обратно?

В любой другой момент я бы с радостью оказался в тихом уединенном месте с красоткой и поддержал загадочные намеки. Но я чувствую этих духов природы, они никуда не делись. И наблюдают из-за деревьев.

Инга хмыкает, но соглашается, и мы возвращаемся по тропе. Девушка молчит какое-то время, а затем тихо мне говорит:

— Да, вот только чужак не может увидеть альвов.

Хтонь! Вот так сразу же и спалился перед первой же шпионкой. Чем теперь ее уболтать, чтобы она молчала? Я непроизвольно осматриваюсь в поисках глубокой канавы. Вот как раз одна есть, левый край тропы уходит обрывом вниз. Так, стоп, куда-то меня не туда заносит.

— Возможно, во мне есть капля крови ваших предков? — закидываю я версию.

Все же союзники, всякое бывало. Пусть и говорят, что они с иностранцами не особо роднятся. Зов природы такой ерундой не остановишь. Я исподтишка наблюдаю за ее реакцией.

— Возможно, — к моему облегчению произносит она. — Но это выяснить довольно просто.

— И как? — зачем я это спрашиваю…

— Принести жертву богам, кровью, — спокойно отвечает северянка. — Если примут, значит ты прав.

Приехали, кровавые жертвоприношения, так я и знал. Я несколько мгновений ошарашенно смотрю на нее, ожидая, что она рассмеется и скажет, что пошутила. Но Инга, наоборот, становится очень серьезной.

— Ты меня извини, но мы не настолько хорошо знакомы, чтобы я позволил пускать себе кровь в первый же вечер, — отшучиваюсь я. — Может у вас так и принято, но у нас для начала нужно узнать друг друга получше.

— Это всего лишь несколько капель крови, — фыркает она и тут же добавляет дружелюбнее: — Но ты прав, извини. С моей стороны это было не очень гостеприимно.

Я понимаю, что отговорку придумал опасную. Ей может взбрести в голову и «случайно» меня порезать. А значит, пока от девчонки надо держаться подальше. И постараться больше никого в упор не замечать.

— Все в порядке, — заверяю я. — Но все же давай такой культурный обмен отложим на потом.

Блондинка вдруг резко останавливается и я вслед за ней. Что, кто теперь нападет? Я озираюсь по сторонам, а она делает шаг ко мне. Ее рука тянется к моему лицу и я непроизвольно делаю большой шаг назад, еще помня о ее кровожадности. Да и те руны на ладони… Они уже пропали, но такой под горячую руку попасть на хочется.

Одна нога теряет опору и съезжает вниз. Инга хватает меня за плечи, я ее за талию и мы завалимся вместе. Кубарем несемся вниз по обрыву, небо с землей меняются местами, в рот залетают сосновые иголки, нас присыпает землей.

Так мы, в обнимку, и затормаживаем о подножие большого дуба. Извилистые корни впиваются в спину, а северянка только усугубляет это ощущение, завалившись на меня сверху.

— Ты цела? — сдавленно спрашиваю я и ерзаю, сползая с корней.

— Да, — удивленно отвечает Инга. — А ты?

Слезать она с меня не торопится. Мне вообще кажется, что устраивается удобнее. Ее волосы падают мне на лицо, источая слабый цветочный аромат. Они щекочут мне нос и я убираю их, задерживая руку на ее щеке.

Бархатная прохладная кожа нагревается от тепла моей ладони, Инга облизывается и чуть приближает лицо, прильнув им к моей руке. Я переворачиваю нас, подминая девушку под себя.

Задерживаю на миг взгляд на приоткрытых губах, тихонько вздыхаю и поднимаюсь, с силой отталкиваясь от земли. И протягиваю ей руку:

— И я цел. А теперь давай выбираться отсюда.

На мгновение в голубых глазах вспыхивает злость. Блондинка, впрочем, быстро берет себя в руки и награждает меня улыбкой, принимая руку.

Прокатились мы прилично и возвращаемся в обход оврага, поднявшись на небольшой холм. Настораживаюсь на подходе, от запаха. И облегченно выдыхаю, это вонь не хаоса, а каких-то животных.

— Кем тут… так пахнет? — я морщусь, не сдержавшись, воняет очень резко.

— Тут горные козлы живут, почти ручные. Можно сказать открытый зоопарк, — объясняет она, прикрывая нос рукой.

— И что, им тоже памятник поставили? — я тут же жалею, что заговорил, потому что теперь и на вкус словно козлы нагадили.

Инга кивает, сообразительно не открывая рот. От холма с еще одной странной достопримечательностью, вниз, к ресторану, ведет уже нормально асфальтированная дорожка. По ней мы и спускаемся без дополнительных приключений.

Друзья, оставшись без переводчика в лице Инги, совершенно не растерялись.

Володя что-то бормочет, тыкая в книжку, которую умудрился прихватить с собой. С ним рядом аналогичный ботаник, но северного подвида. Тоже худой, взъерошенный и в очках. Не знаю, что они там изучают, но вид у обоих очень увлеченный.

Олег неожиданно оказывается окруженным девушками. И, судя по сиянию его силы, что-то им демонстрирует. Те румянятся, опускают глаза и смущенно хихикают.

Рыжий, приняв участие в международном соревновании по скоростному потреблению медовухи, уже выбыл. Занял почетное первое место с конца и дремлет, положив голову на руки. Он поднимает башку на звон дверного колокольчика, с трудом фокусирует взгляд на нас с Ингой.

«Ну ты… красавчик» — он даже ментально пьяно запинается в моей голове. И со стоном рушится обратно, снова отрубаясь.

А до меня доходит, чего на нас все так смотрят. Нда, выглядим мы так, словно я ее там в лесу… валял. В общем-то, так оно и было.

А вот Покровский с сыном ярла, похоже, только разогреваются.

— Мой батя ярл и я стану ярлом! — грозно орет Магнус и бьет кулаком об стол.