Хтонь в пальто - Ирина Иванова

Лия смеется вместе с ним и, оттолкнувшись от перил, кивает: пойдем дальше?

Два года назад знакомые знакомых принесли новость о некоем агентстве «Хтонь в пальто», и Лия не устояла: какая уважающая себя хтонь устоит? На собеседовании обещали самые разные задачки: от простого чаепития до чего-нибудь в духе «Пусть ваша хтонь покажет мне надчеловеческий мир». «Чем необычнее, тем лучше», — кивнула Лия и подписала договор. В конце концов, ей всегда нравились компьютерные игры-головоломки и пазлы на тысячу кусочков — наверняка рабочие задачки будут не скучнее.

На точке, куда ее отправили, уже работали двое постоянных хтоней: Вик и Слава. В первый день они сидели в офисе, пили чай, знакомились, а во второй Вик поймал в коридоре: «Научишь так же краситься?»

Лия, конечно, решила, что это подкат: зачем парню макияж? Но купилась на оригинальность и даже позвала к себе, хотя первый раз предпочитала встречаться на нейтральной территории. А потом благодарила умение держать лицо, потому что Вик, отказавшись от чая, заявил: «Я готов, давай приступим, но учти: в макияже я полный нуб».

Несколько дней он приходил на работу то с синими тенями, то с тонкими, как лезвие ножа, стрелками, то усыпанный блестками — и, главное, все удивительно подходило к его черным волосам. А однажды вечером, когда они с Лией вместе шли домой, позвал на свидание.

Лия согласилась.

Сегодняшняя прогулка ничем не отличается от первого свидания. Они с Виком ходят мимо дышащих ветром каналов и молчаливых кладбищ, сворачивают куда глаза глядят и читают надписи на стенах, оставленные энтузиастами с маркерами: «Улыбнись», «Звезды сегодня прекрасны», «Хаос — это я».

В конце концов улицы выводят их к центру. С тоской оглядев серое небо — ни единого намека на солнце! — Лия предлагает:

— Вон симпатичная кофейня с милой баристой. Хочешь зайти?

— Надеюсь, там все пропитано смертью? — кривится Вик, пиная камешек, не вовремя угодивший ему под ногу.

— Нет, там все пропитано жизнью. Зато бариста нас видит.

У Вика вспыхивают глаза.

— Видит? Тогда идем, конечно!

— Как мало тебе надо для счастья, — усмехается Лия. Неловко спотыкается о выбоину в асфальте, но Вик мгновенно подхватывает ее под руку и, глядя в глаза, шепчет:

— Ошибаешься. Мне надо очень много. Но многое состоит из малого, так почему бы малому не радоваться?

Этап киношных поцелуев в любой миг сближения они давно переросли — так что Вик лишь заботливо отряхивает пальто. И, сбросив дурное настроение взмахом головы, ухмыляется:

— Я не удивлен, что ты споткнулась.

— Неужели тут кто-то умер? — наигранно удивляется Лия. — Да быть того не может!

— Ой, иди ты! — фыркает Вик.

А Лия ловит его за руку:

— Вместе пойдем. Вон дверь, открывай.

Они заходят в кофейню под звон колокольчика, и девочка Лена вздрагивает за стойкой. Конечно, она узнает Лию, ставшую постоянницей. И конечно, она видит Вика — по-настоящему.

— Здравствуйте! — Лия подходит к стойке. — Мне, как обычно, раф с мятой и апельсином. А ему — капучино, пряный, как смерть.

— Я заплачу, — морщится Вик, вытаскивая телефон. — Блин, очки надо было взять, все такое яркое…

Лена заметно теряется: яркость лампочек и чужая нетерпимость к свету — явно не ее забота, но, когда над тобой нависает недовольное чудовище, попробуй возрази. Со стороны-то не видно, что Вик на самом деле лапочка и ничего не сделает.

— Не обращайте внимания, у него просто такой день, — советует Лия. — А кофейня у вас замечательная.

И пихает Вика в бок, чтобы не ворчал.

Они устраиваются в самом темном углу, и, судя по всему, пары глотков капучино Вику хватает, чтобы от ощущения жизни перестало тошнить. По крайней мере, он выпрямляет спину, встряхивает головой и с хищным прищуром оглядывается по сторонам.

— Девочка и правда милая. И правда нас видит. Вон, гляди, как таращится.

Лена вовсе не таращится — наблюдает исподтишка, притворяясь, что сидит в телефоне. Ее косой взгляд полон затаенного любопытства; казалось бы, уже насмотрелась на хтоней, та же Лия заглядывает в кофейню по три раза на неделе. А нет, все равно интересуется.

Впрочем, Лия понимает: при знакомстве она разглядывала Вика минут пять, не меньше. Будь ты хоть трижды хтонь — не каждый день встречаешь трехметрового зверя с шестью лапами и головой шакала! Как тут не засмотреться?

Смутившись, Лена поспешно отворачивается.

— Да ты смотри, смотри, — машет рукой Вик, не вставая с места, благо сейчас они единственные гости и ненужного внимания не привлекут. — Мы любим, когда нас видят.

— Вы же не люди-невидимки, — фыркает Лена. — Как можно вас не видеть?

— Ты прекрасно поняла, о чем я, — улыбается Вик. — Многие на нас смотрят, но это не значит, что они видят. А ты видишь. Такой потенциал!..

Действительно потенциал, Лия тоже сразу приметила. Наверняка Лена видит не только хтоней, но и всяких мелких существ, встречу с которыми обычные люди списывают на «показалось»; и уж точно знает, как это — доверяя ощущениям, оказываться в нужное время в нужном месте и делать то, для чего тебя позвали. А значит, вполне может стать проводником для разных потоков, текущих сквозь этот мир, — не таким, как хтони, но не хуже; просто иным.

Взяться бы за Лену, развить ее талант, но вначале — выжечь облепивший изнутри страх. И Вик, судя по вспыхнувшим глазам, ровно это собирается предложить.

Лена дергает плечами: мол, да, вижу, и что дальше? Столько в ней ершистого сопротивления, что Лия легонько щелкает Вика по носу:

— Не приставай к девочке и не парь ей мозги. Лучше скажи спасибо за кофе.

— Спасибо за кофе! — послушно объявляет Вик. — И прошу прощения за беспокойство.

Точно в доказательство благодарности он вытаскивает из кошелька несколько соток и, метнувшись к стойке, оставляет их в баночке для чаевых. А вернувшись за стол, двигается ближе к Лии и шепчет:

— Здесь много жизни, и это правильно, хоть и не для нынешнего меня. Такой уж день. Все равно спасибо, что привела.

Сердце привычно пропускает удар, когда Вик полусогнутым пальцем касается щеки — в тысячу раз интимнее любого поцелуя! Хотя первый их поцелуй, конечно, ничему не затмить.

Тогда они, уставшие от прогулки, опустились на скамейку в сквере у метро. Вик, помедлив, взял за руку и прошептал: «Можно тебя поцеловать? Только я не умею: сколько ни ходил на свидания, дело так и не дошло». «Люди убегали, когда ты начинал говорить про смерть?» — пошутила Лия, отвлекая внимание от дрожащих пальцев. А Вик без намека на улыбку пожал плечами: «Увы».

Для существа, насквозь пропитанного