Вирус войны - Дайре Грей

…С эмиром они встретились в саду. И был он мрачен. Тень лежала на лощеном лице, делая его неприятным. Отталкивающим. Но Саша улыбнулась, преодолевая собственные чувства и заталкивая их поглубже.

— Приятного вечера великому эмиру. Надеюсь, не я испортила твое настроение?

Мужчина смерил ее тяжелым взглядом.

— Нет. Вечер неприятный, но не из-за тебя.

Из-за болезни рабов и того, что нашли в саду.

— Могу ли я быть полезна эмиру?

— Ты могла быть полезна. Днем. Но упала в обморок… — они медленно шли по одной из дорожек, удаляясь от жилых домов и приближаясь к одной из стен периметра. — Лекарь так и не смог понять, что произошло. А достопочтенный Марсад сказал, что такой же недвижимой ты была, когда вступала в контакт с ядром.

Александра не сбилась с шага только усилием воли. Как она могла забыть про того ученого на корабле? Конечно, его привлекли. Как консультанта. А Батима не сказала. Не знала? Или ей теперь нельзя верить?

— Ядра не было рядом и в любом случае без прямого контакта, я бы ничего не смогла увидеть…

— Да, поэтому мне стало интересно, — один жест, и стражники у строения, к которому они подошли, распахнули двери. — Проходи…

Она заглянула в темные глаза. Опять в тюрьму посадят? Или что похуже? Опыты будут ставить? В любом случае бежать некуда… Оставалось только войти.

Внутри ее ждал хорошо освещенный коридор, затем еще одни двери и стекло, отделяющее ее отсек от лаборатории. Там, за стеклом, тоже были пчелы. Немного другие. Крупнее. И темнее? Они ползали по каким-то каменным стержням. Улетали. Прилетали. Ползали. И снова. Все происходило лишь по одной им понятной схеме. Людей за стеклом не было.

Саша в красках представила, как ее сейчас толкают внутрь и оставляют на растерзание насекомым. Внутренности завязались узлом. А мышцы свело судорогой. Но она заставила себя стоять на месте и безмятежно наблюдать за происходящим.

— Пчелы многое дают нам, — эмир встал рядом. — Лекарства. Молодость. Защиту. Все Великие шейхи некогда поили пчел своей кровью. И теперь имеют иммунитет к их укусам, которым не могут похвастаться остальные. Поэтому любой из шейхов может стать эмиром. Правитель должен быть защищен и должен иметь оружие против любого.

— Но шейхи в любом случае выживут…

— Да, поэтому количество Великих Родов стоит сократить. И я уже занимаюсь этим. Мне не нужны конкуренты. Однако сейчас не об этом… Никто не знает, откуда и как произошли пчелы. Считается, что они были с нами всегда. И мы давно смирились с их помощью и участием. Привыкли к тому, что они не любят чужаков, и всегда будут защищать нас. Но сегодня… ты заставила меня усомниться.

— Что же я сделала не так?

Вот сейчас ее и убьют. Без всяких рассуждений и угрызений совести. Как и других шейхов.

— Я дам тебе шанс рассказать, что произошло в тронном зале. Самой. А если мне не понравится твой ответ, я отправлю тебя туда, — он указал на стекло. — Знаешь, что получается при распаде диволония?

Диволоний — это видимо тот минерал, который они добывают. А получают из него газ. Смертельный. Какие, однако, хорошие средства убеждения он использует.

— Мне было видение, — спокойно заговорила Саша, продолжая наблюдать за пчелами. — Я видела Этру в разные моменты ее истории. Видела рождение пчел. И то, почему вы не ходите по океану. Я знаю, что пчелы создали для вас этот газ, которым вы смогли сдержать киорийцев, когда те высадились на поверхность. Он убил бы и их, и вас. Но я подумала о том, что еще он мог бы уничтожить…

— И откуда мне знать, что это правда?

— А откуда мне знать, что у вас нет морских кораблей?

Они встретились взглядами. Хмурый, настороженный, напряженный мужчина. Он не боялся, но чувствовал себя явно неуютно.

— Допустим. Так что еще, по-твоему, может уничтожить газ?

— Болезнь, от которой сегодня слегли рабы. Вы не пробовали обрабатывать им зараженную почву?

Судя по лицу, столь революционная мысль не посещала его голову. Но заставила задуматься.

— У нас нет лекарства от болезни. Никто не смог его найти. Ни этори, ни наши лекари. Думаешь, это удалось тебе?

— Я не искала. И я не лекарь. Я лишь предполагаю.

Несколько минут эмир молчал. А Саша считала про себя секунды и старалась дышать как можно ровнее. Напряжение не уходило, а только росло. Если ей не поверят, смерть быстрой не будет.

— Хорошо. Если ты окажешься права, я хочу, чтобы ты снова вступила в контакт с пчелами. Мне все равно, как ты это делаешь. Если ты сможешь быть полезной, я сохраню тебе жизнь. Будешь жить в личных покоях. Иметь своих рабынь. И гулять по территории дворца, где тебе вздумается. А еще будешь неприкосновенна.

По меркам Этры — невиданная щедрость. И стоит быть благодарной, только вот мышцы одеревенели.

— Но если ты ошибешься… Я найду, как тебя наказать…

Кто бы сомневался…