Вирус войны - Дайре Грей

…Ночью ей снился Икар. То утро, когда все изменилось. Когда стало вдруг ясно, что существующие раньше правила и ограничения больше не играют роли. Что есть только они двое и то, что между ними. И только это имеет значение.

Его лицо после пробуждения. Растрепанные волосы. Отпечаток подушки на щеке. И улыбка. Она рождается в глубине глаз. И постепенно расходится по всему лицу, озаряя его светом. От нее становится так легко, что неловкость отступает. И пробуждение плавно перетекает в завтрак, а потом…

…Она проснулась на мокрой подушке с влажными глазами. И продолжала лежать, не желая двигаться. Хотелось вернуться в сон. К Икару. Забыть об Этре как о страшном сне. Забыть…

Но перед глазами встала Ольга на полу в том зале. Лицо Данияра. Филис… Сколько еще людей пострадает? И выжила ли ее подруга? Или теперь близких у нее стало меньше? И как ей жить с этим дальше?

Утреннее уныние пришлось отложить. Усилием воли отодвинуть в сторону. Заставить себя сесть. А потом встать. Она обещала справиться. И она сможет. Сделает. А потом, когда все закончится, пострадает в волю. Будет лежать. Молчать. И не шевелиться. Сутками напролет. И сможет оплакать всех. А пока… С каждым днем флот Этры приближается к Киорису. Ей нужно только дождаться итога. Дождаться. И она сможет.

…К завтраку ей принесли новые наряды. Такие же шелковые и прекрасные, как вчера. А еще драгоценности. Сапфиры в комплект к тем браслетам. Брошь и серьги. На мгновение стало противно. Будто она принимает что-то грязное. Мерзкое. Захотелось отбросить шкатулку, но Александра сдержалась. Она должна терпеть. И улыбаться. Улыбаться, несмотря ни на что.

На завтраке Маналь сияла и бросала на нее торжествующие взгляды. А еще громогласно рассказывала о том, сколь неутомим был эмир минувшей ночью. Саша молча ела, хотя аппетит пропал. Она заставляла себя жевать и глотать, не чувствуя вкуса. Пить. Двигаться.

В голове царил сумбур. И, когда медресс обратилась к ней, девушка отреагировала не сразу. А потом очень удивилась, наткнувшись на взгляд старухи.

— Что-то случилось?

До этого этросска показательно ее игнорировала, оставив все общение Батиме.

— Эмир желает тебя видеть в тронном зале.

Все звуки в столовой исчезли. Кажется, Далила даже перестала дышать. Как и этори, замершая с круглыми глазами. Подобное видимо было совсем не в местных традициях.

— Тогда не стоит заставлять его ждать.

Под испепеляющим взглядом Маналь Саша встала и направилась следом за старухой. Та проводила ее лишь до дверей Дома, где передала заботам стражи. А девушка запоздало порадовалась, что оделась тщательно и даже драгоценности нацепила. Она не знала, зачем понадобилась эмиру, и даже не пыталась гадать. К чему, если ответ скоро будет известен?

В тронный зал она входила, мысленно готовясь к любому исходу, но стоило поднять взгляд…

Пчелы. От их количества и размеров дыхание перехватило. Кажется, в зале находился кто-то еще. Люди. И они о чем-то говорили с эмиром, но жужжание полностью заглушало голоса. Или ей только показалось?

Саша замерла посреди зала, не в состоянии сдвинуться с места. Гудение становилось все громче и громче. А черно-золотые тела сливались в единый, шевелящийся ковер. В сплошное марево перед глазами. От которого заболела голова. Резкий прострел между висков. Спазм такой силы, что все вокруг потемнело, а гул стал невыносим. Кажется, она закричала, а может быть, просто упала, потеряв сознание…

…Саша оказалась в пустыне. Желтый песок. Солнце над головой. На ней только простой бежевый балахон. Волосы распущены. И никого вокруг.

Сердце забилось чаще. Куда все подевалось? Как она здесь оказалась? Что вообще происходит? Девушка закружилась, пытаясь понять, пытаясь увидеть хоть что-нибудь. Знак. Человека. Да хотя бы животное!

Слабый ветерок подул со спины. Запутался в складках балахона, прижимая ткань к коже. Поиграл волосами. А потом вдруг дохнул жаром в лицо, заставив зажмуриться…

…Она оказалась на берегу океана. Или моря. Во всяком случае, под ногами был песок, а в паре метрах впереди начиналась кромка воды.

— Какого черта?

Дыхание перехватило, но лишь до тех пор, пока взгляд не наткнулся на стену между водой и небом. Она возвышалась над темной, недружелюбной поверхностью и приближалась. Медленно. Точнее казалось, что медленно, потому что ее размер не с чем было сравнить. Но затем ударил гром. Между туч почти сразу сверкнула молния, и разум вдруг собрал всю картинку целиком.

Волна. Цунами. Огромное цунами. Будто гора, приближающаяся столь стремительно, что бежать бесполезно. Саша оцепенела. Мышцы сковало ужасом. Захотелось закричать. Но крик застрял в горле. С губ не сорвалось ни звука. Вокруг вообще было подозрительно тихо. Нереально тихо. И эта странность вдруг показалась значимой.

Как она здесь оказалась? Почему? Ветер. Пустыня. Океан. Этра. Пчелы. Пчелы в тронном зале!

— Что здесь происходит? Почему я это вижу?

Ответа не было. Только приближающееся цунами, в которое она вгляделась, пытаясь найти ответ. И увидела…

В темной глубине, похожей на застывший цемент, вдруг промелькнуло тело. Светлое. Светящееся. Вот мелькнуло щупальце. Вот еще одно. И еще. Саша шагнула ближе к воде, стараясь рассмотреть и боясь ошибиться. Сердце забилось громче и чаще.

Археос. Огромный. Сильный. Он находился внутри цунами. Направлял его. Или… Щупальце. Голова. Ощетинившиеся отростки. Вспышка. Молния без грома. Не молния. Энергия. Свет Археоса. Он пытался остановить волну, а не управлял ей.