Птицеед - Алексей Юрьевич Пехов

– Как тебя нашли?

– Я специально себя выдала.

– Дери меня совы. Я смешал тебе все планы?

– Немного.

– Что ты собиралась делать без руны?

– У меня есть. Но только одна. – Она отвела взгляд. – Старая. Ещё времен ученичества. Просто её надолго не хватит. С этими бы я справилась. Да… не важно уже.

Отогнула плинтус, показала мне оплывший шарик.

Я встал, поискал глазами шпагу, конечно же тщетно. От стрелка и усатого остались лишь две красные кляксы на полу. Прекрасный итог паскудной жизни вступивших в Племя Гнезда.

– Нам бы уйти, – сказал я. – И как можно быстрее. На происшествие сбегутся не только грачи, но и люди посерьёзнее. Ты тут всё разворотила.

– Ещё минута.

Она поспешно складывала в зелёную сумку с широкой лямкой, которую достала из нижней части невесть как уцелевшего буфета, колбы с солнцесветами. Шесть своих и две найденные у колдуна.

Огромный запас. Просто колоссальный для рядового колдуна.

– Держи. – Я передал ей последнюю из добытых рун.

– Ты просто волшебник, – поблагодарила она. – Этого хватит на всё.

«Всё» звучало крайне… многообещающе. В голове прозвенел колокольчик. Предчувствие говорило, что неприятности и не думали заканчиваться.

Оделия отодвинула доску в полу, вытащила короткий меч, тот самый, с которым мы нашли её на кладбище Храбрых людей.

– Возьми и, если что-то со мной случится, сохрани его. Он принадлежал Рейну.

Признаться, я сильно удивился этому.

– Не похоже на него.

– Нет времени объяснять. Я выманила кое-кого из логова, Малыш. У него сдают нервы и заканчивается терпение, только поэтому у меня получилось. Он уже близко, я чувствую. И устраивать с ним драку, когда ты рядом – опасно. А теперь идём. К реке.

Оказавшись на улице, я присвистнул, ибо масштаб разрушений, сужающейся полосой – тянулся через ряды домов на запад, к кладбищу, которое теперь можно было увидеть от самой калитки. Мостовая пузырилась, вздыбилась, словно под брусчаткой прополз бронированный червь, везде трещины и обломки. Люди выбирались из домов, ошеломлённые, напуганные.

Над всем кварталом пахло пряностью. Остро, тяжело, неприятно. Даже в носу зачесалось.

– Будет чудом, если никто не пострадал, – заметил я. – Ты переборщила.

– Они меня разозлили. К тому же этот ублюдок успел положить руну в рот и смотрел на тебя. Я не могла рисковать. Проклятье. Он пытается найти меня. Здесь. – Она коснулась своего виска.

– Я знаю о суани в городе.

Оделия лишь сокрушённо покачала головой. Я повёл её прочь.

– Ничего ты не знаешь. И не понимаешь.

– Так объясни.

Мы отошли в сторону, давая дорогу четвёрке всадников в форме грачей – мчащихся к развалинам моего дома. Уверен, хоть кто-то на улице видел нас. А люди не настолько дураки, чтобы не указать на подозрительных типов пальцем. Так что я свернул в проулок, затем в следующий, уводя Оделию.

– Если это такое опасное существо, почему оно идёт за тобой лишь сейчас? Ты в городе уже много дней. Оно могло прийти в твой дом сразу, разнести его на кирпичи и палки, забрать тебя. Этот суани…

– Он здесь давно, и не ради меня. У него в Айурэ своя цель. – Она вздрогнула, когда в мусорной куче недалеко от нас завозилась не то крыса, не то кошка. – Время играет против него. Он сильно ослабел. Очень сильно, Малыш. Из-за того что прошёл Шельф, а затем застрял здесь. Мощь уходит из него, течёт горной рекой, и обнаруживать себя из-за меня, привлекать внимание всех ветвей колдунов – большой риск не вернуться назад. Даже для него.

– Что же изменилось сейчас?

– Колдун, которого я здесь убила. Он уже несколько дней крутился возле отцовского особняка, следил за мной. Сегодня утром я отпустила волю, давая ему рассмотреть, сколько во мне Ила. Он передал, и я привлекла того, кто прячется в Айурэ. Именно поэтому они нагрянули.

– Всё ещё не понимаю, для чего ты ему. Это связано с твоим походом вместе с Рейном?

Она нахмурилась, свела красивые брови.

– Что ты скрываешь, Оделия?!

– Не повышай на меня голос, Малыш, – с неожиданной улыбкой попросила она. – Ты должен понимать, что у Светозарных нет лада друг с другом. Иногда они сотрудничают. Иногда они конкуренты. Иногда вообще не знают, что происходит у других в противоположных частях Ила. То, что я попала к Колыхателю Пучины, знали не все. Тот, кто сейчас в Айурэ, Колыхателю не подчиняется. У него свои интересы.

Она скосила на меня глаза:

– Да. Твой следующий вопрос будет, как интересы Светозарных связаны со мной? Хороший вопрос, Раус Люнгенкраут. Очень хороший. – Оделия редко называет меня по имени. И еще реже полным именем. – Ты вырос и изменился за эти восемь лет. Я боялась увидеть совершенно иное, но, по счастью, этого не случилось. Так что, полагаю, ты должен знать. Сейчас. Чтобы отчётливо понимать, насколько опасно оставаться рядом со мной. Я расскажу, но пообещай, что, как только ты узнаешь, мы вместе дойдём до пирса и ты уплывёшь. Не станешь больше искать встречи.

– Тебе не нужна моя помощь?

– Ты помог. Куда больше, чем я надеялась. С рунами я стала сильнее. Обещай.

Как я уже говорил не раз – мы все делаем выбор и несём за него ответственность. Она хотела так – и я понимал, что, если произойдёт стычка с кем-то вроде Кровохлёба, буду лишь пятым колесом в телеге.

– Хорошо. Я обещаю, что оставлю тебя.

Это довольно тяжело. Потерять её восемь лет назад. И… теперь снова. Полагаю, что навсегда.

Мы вышли на улицу, повернув на север, к реке.

– Мы нашли его.

Знаете, любезные мои. Как только я услышал, то сразу понял, о ком идёт речь. Кого они нашли.

Когтеточку, дери его совы!

– Ты молчишь?

– Не уверен, что желаю знать, – жёстко ответил я.

– Молодец, – одобрила Оделия.

Да. В этом вопросе излишнее любопытство наказуемо. Лёд настолько тонкий, что ступать на него не имеет никакого смысла. Он обязательно провалится под ногами, и практически мгновенно.

Но я был бы не я, если бы не спросил:

– Кто ещё об этом осведомлен?

– Колыхатель Пучины. Прости, я не в силах скрыть от него подобное. Его воля уничтожает и более крепких людей. Полагаю, знают и некоторые другие Светозарные.

– Вы забрали Птицееда? У тебя его отобрали?

– Нет. – Я ощутил секундное колебание.

– Руна у кого-то из Светозарных ещё со времён гибели моего предка? Фрок оказалась права в своих предположениях?

– Совы её дери! Нет. Как всегда не права.

– Тогда я вообще ничего не понимаю. Так. Погоди. Не туда. Там давно уже застроили дорогу. Налево. – Я слышал близкие свистки грачей. Кажется, они оцепляли район. Ещё чуть-чуть, подоспеют солдаты из казарм, расставят караульных у каждого выхода и начнут проверять языки.