Вторичка - Эра Думер

– Я…

– Ничегошеньки не понимаешь, да? – улыбнулась бежевыми от помады губами Веля. Она засунула руки в карманы врачебного халата и подошла ко мне, расставив полы, как крылья. – А мы тут с братом подзастряли.

– С… Братом? А Ян?..

– Должна будешь, – хмыкнула Эвелина. – Твою дивизию, Вер, ты мне чуть макет не сломала! Только я отвернулась – эта про любовь-морковь заладила, – девушка сделала голос низким, чтобы никто не услышал. – Это как с мечтой на Земле. Ни в коем случае при нем не заводи таких разговоров – он единственный экземпляр! Наш ключик на выход из этой задницы.

– М-м… м-маке-э… – только и выдавила я, как парализованная. – Что происходит…

– Ну, что за шум, а драки нет? – С гаечным ключом наперевес к нам направлялся Андрей, одетый как летчик с книжных иллюстраций – даже окуляры на лбу переливались желтым. – О… Глазам своим не верю! – Он подбежал ко мне и подхватил за руки. – Верун!

– Зева… Зева и Веля. Веля и Зева… – Мое несвязное бормотание сложилось в одно имя: – Вель… зевул. Вельзевул. Повелитель Мух.

– Творческое объединение «ВельЗевул» к вашим услугам! – Андрей нелепо раскланялся. – «Повелители мух – странствующие изобретатели на грани фола». Эм… – уличный музыкант сморщился. – Мы еще работаем над слоганом.

– Мух?..

– Т-ты не подумай, я сам услугами Цельнометаллического Церебрума не пользуюсь, я не сталкер! – Андрей тараторил не хуже своего творения. – Деньги не пахнут, врубаешься, да? – он нелепо засмеялся, пихая меня локтем в бок, но я слышала его будто сквозь толщу воды. – «ВельЗевул» сколотил нехилое состояние. Мы купаемся в эвериях! Уведомление АКАШИ, – вскинул палец он. – Единственной общей для развитых миров финансовой единицей признана энергия – сила, что вливается в магию и обменивается между эгрегорами организаций в качестве макроэкономического оборота. Она исчисляется в эвериях.

Мой ступор не передавал всего шока. Вдалеке, как корова на лугу, пасся макет Яна. Как я могла позабыть его на несколько лет? А теперь я у черта на куличиках один на один с марионеткой и повелителями извращенской мухи с лицами ребят из подземки. Из подземки, в которой работала в постапокалиптической параллельной вселенной…

«Я хочу в обморок – пустите меня!»

– Купались, смею поправить. – Веля обвила себя руками и постучала ногтем по плечу. – Пока не пришел один прощелыга и не закинул нас в эту дырень!

– На Земле мы ничего такого не делали, – оправдывался Зева, почесывая в затылке. – Видишь ли, мы с сестрой обожаем шататься по зонам отчуждения, вот и переместились после самой «жары» в твой мир. Было клево, но обязательным условием землян было питаться три раза в сутки. На улице мы попросили мужчин в костюмах о достойной работе, потому что наслышаны, что смокинг – показатель богатства. Они заставили нас попрошайничать.

– Нас надули, – нахмурилась Веля. – Но нам понравилось. И ты прикольная, Верка. Надеюсь, мы не переборщили с актерской игрой.

Новая информация слегка привела меня в чувство. Я проморгалась и с удивлением воззрилась на коллег по подземке (коллег ли?):

– Так вы тоже попали сюда случайно?

– Так точно. После отключения Шестого этажа мы пришли попрощаться через радио, но что-то нас удерживало. Мы даже попали на Четвертый, ты едва нас не спалила около перехода, – ответил Зева, краснея от того, что, видимо, увидел лишнего на пляже. – Гостья-Хор-ла, сообразительнейшая…

– …из подглядывающих, – довершила Веля.

Оба сложили руки полушариями сердца и сомкнули их:

– Обращайтесь к нам, если очень хочется глянуть! – Отстранившись, скованно прочистили горло, и Веля сказала: – Мы еще работаем над слоганом.

– Так, погодите, – помахала пятерней. – Так вы были с нами на этажах?

– В виде мух, – кивнула Повелительница, и я сразу поняла, почему я не могла их увидеть, но явственно ощущала незримое присутствие. – А когда ты отъехала в Пролете Программиста…

Я простонала от безысходности и описала круг по оси, покусывая кожу на пальце. Пыталась выловить из недр обновленной памяти хоть что-то, что могло помочь нам вернуться – но попытки были сродни поиску золота на дне бурной реки без знаний в золотодобыче.

Незаметно подкравшийся Ян достал изо рта леденец на палочке и ткнул им в повелителей мух:

– Вам нужен ребрендинг. А эта, – на меня надменно посмотрели, как на обузу, – с нами пойдет?

– Да, теперь Верун – член нашей команды спасения с… – Зева оглянулся. – Какой-то заброшки. В общем, не обижай ее. Покопошимся в твоих макетных мозгах, – Андрей пошевелил пальцами, – и найдем путь назад.

Вот. Наконец-то я готова к тому, чтобы осуществить единственное, на что осталась способна…

Я лишилась чувств.

«Куда ты? Мы не рассказали тебе самого главного! Тебя обманули, Вера! Тотально обманули…»

«Саечка за испуг, Гостья-Хор-ла!»

– Время, милая Вера, время, – бог постучал по месту наручных часов. – То, что всегда можно перемотать и переиначить. Мы с Джа-и уже все продумали. Недолго тебе мертвечиной притворяться.

Вере не нравился его отчаянный взор, изогнутые дугой брови и лисий оскал.

– Ян, ты… Не смей…

Он отдал честь от виска и, исчезая, произнес:

– В конце концов, выскочить из ведра – много ума не надо, Иголочка. Не поминай лихом.

Когда свет портала погас, Янус спустился с невидимых ступенек в пространство кабинета демиурга и, поймав в потоке предметов антикварное зеркальце, посмотрелся в него. Подобрав рукав, протер, чтобы лучше себя видеть, и перечеркнул двумя пальцами лицо. Волосы потемнели и вытянулись, глаза наполнились ночным полумраком, а кожа налилась густым капучино.

– Чернобог.

Зеркальце задрожало и выпало из рук; он зажмурился, хватая себя за волосы, защищаясь от осколков. Задышав чаще, бог посмотрел на вновь прибывшего и принял стойку «смирно»:

– Господин.

– Оставьте формальности, – произнес некто, стягивая по пути перчатки. – Вам удалось сыграть Януса, Ателлана? С поцелуем – перебор.

– Надо было заставить женщину молчать, чтобы она ничего не заподозрила. Консультант прозорлива, но по уши влюблена. Все как с писанной торбой с ним носятся, – процедил Чернобог.

Но существо, чьи руки украшали символы школ и магических течений, сдавило воздух, попутно сжимая горло Чернобога. Тот попятился назад, рефлекторно пытаясь снять с себя энергетические тиски, и напоролся поясницей на столик.

– Следите за языком, когда говорите о Белом Вейните.

Кригеллонца освободили, чтобы он смог отдышаться, и Чернобог с ненавистью, замаскированной под доблесть, посмотрел на визитера.

– Не забывайте, – гость шагнул в свет люстры, которая осветила его пепельные волосы и светло-голубые глаза, – что говорите о моем сыне. Если вы не научитесь подбирать слова в разговоре со мной, буду вынужден вернуть вас домой, где компанию вам составлял лишь шум волн. Вы услышали меня,