Корабль - Андреас Брандхорст

Жужжание и глухой стук повторились снова, достаточно громко, чтобы списать их на песчаную бурю.

– Это сервомоторы, – увеличив жесткость суставов мобилизатора, Адам встал и пошел к выходу из здания, где они нашли приют. – Мощные моторы, которые двигают что-то тяжелое. Что касается стука…

Перед входом возник какой-то объект, серый как пыль, с несколькими руками и ногами и не похожий на человека. Прямо на входе появился датчик, который зафиксировал присутствие двух мобилизаторов.

– Это боевой сервомеханизм, – сказал Адам. – Супервайзер прислал нам своего охранника.

Он отправил довольно сильный сигнал и получил ответ от фигуры, стоящей перед воротами.

– Мы приняли сигнал бедствия. Я пришел, чтобы помочь вам.

Боевой сервомеханизм не пробирался сквозь бурю, он шел вместе с ней со скоростью более чем сто километров в час. Он удивительно ловко обходил препятствия, перепрыгивал через овраги и канавы, поднимался на холмы, не теряя скорости. На нагорье Элизий он побежал еще быстрее и помчался сквозь вздымавшиеся волны песка на запад. У сервомеханизма между отсеком для оружия и отсеком для инструментов было своего рода гнездо – маленькая узкая ниша в защитном поле с нормальным давлением, но без амортизации, защищавшей от толчков, и поэтому путешествие для Адама и Эвелин было довольно неприятным. Боевой сервомеханизм имел гравитационный двигатель, с помощью которого мог летать, но Адам предположил, что имелась веская причина его не использовать. Выбросы энергии могли отследить чувствительные датчики врага. После первого объяснения, отправленного с минимальным уровнем энергии, сервомеханизм сохранял тишину, а Адам и Эвелин не задавали вопросы.

Наконец овраги и канавы сменились равнинами. Сервомеханизм чуть замедлился. Эту часть долины буря не обошла стороной, здесь тоже поднимались облака пыли. Начинало темнеть: марсианский день подходил к концу. Темнота опустилась совсем низко, но для глаз Адама это не имело почти никакого значения.

– Посмотри туда, – Эвелин показала вперед, между двух оружейных ферм, вокруг которых качались боевые сервомеханизмы.

– На гору?

– Это не гора, а приплюснутая пирамида. Мы в Долине Леты. Гора – Это Великий Монумент, а под ним – катакомбы.

Сервомеханизм не делал никаких остановок, напротив, он прибавил скорость. Длинными тяжелыми шагами он прошел мимо других сервомеханизмов, неподвижно стоявших перед лицом бури. На протяжении шести тысяч лет их задачей, как и задачей их предшественников, была защита Супервайзера. Но против врага у них не оставалось никаких шансов, в этом Адам был абсолютно уверен. Великий памятник и все, что находилось под ним, уцелели только потому, что враг был нацелен на Землю. Но сколько времени пройдет до того момента, когда корабль отправит сюда своих посланцев?

Перед Адамом и Эвелин возвышался силуэт марсианской пирамиды, занесенный песком и следами эрозии ветра. Держа Адама и Эвелин в руках, сервомеханизм шагнул прямо в поток песка и пошел по широкому проходу, где в конце имелся вход. Затем сервомеханизм прошел под сводом, где ритм его шагов и жужжание отдавались гулким эхом. Детали помещения оставались скрыты в темноте. Он продолжал двигаться вперед по сборным помостам, проложенным рядом со старой каменной лестницей, и через некоторое время стал виден свет. Свет исходил от сигнальных фонарей, работающих в экстренных случаях.

– Супервайзер перебрался в другое место, – сказал Адам. Ему было трудно говорить. Голос больше походил на кваканье – Он уменьшил свою энергетическую сигнатуру.

– Да, – согласилась Эвелин. – Снаружи нет никакого энергетического поля. Великий Монумент – памятник конфликту между людьми и машинами, произошедшему шесть тысяч лет назад, – всегда был под охраной.

Большой боевой сервомеханизм наклонился и прошел через ворота, за которыми простирались пещеры катакомб. Здесь горели десятки вечных светильников, разгоняя мрак и темноту. Стены в основном были сложены из костей и черепов, наваленных друг на друга, – это были останки древних марсиан, живших здесь миллионы лет назад еще до мурийцев. В некоторых местах виднелись отверстия, и Адам понял, что это прозрачные контейнеры с мумифицированными телами гуманоидов более изящного телосложения и размером меньше человеческих. Адам вспомнил про кости других живых существ, ставших жертвами врага, которые он видел в яме глубиной полтора километра на далекой планете Уриэль.

– Давай я тебе расскажу, что это такое, я читала об этом у Эдукаторов, – сказала Эвелин. – Здесь покоятся три последних правителя древних марсиан – отпрыски династии Черотов, которая пресеклась миллион лет назад. Машины предполагают, что в то время Земля уже была заселена марсианами. Они были вынуждены мигрировать туда из-за изменения климата. Планета лишилась своих морей, а атмосфера стала более разреженной. Я всегда хотела увидеть это место своими глазами.

«Но точно не при таких обстоятельствах», – подумал Адам; его мысли, несмотря на постоянную нейростимуляцию, все больше замедлялись.

Пройдя по лабиринту из тоннелей, коридоров и пещер, они достигли шлюза. Чтобы Адаму и Эвелин было в шлюзе не слишком тесно, боевой сервомеханизм согнулся. Затем аккуратно опустил оба мобилизатора. Адам оценил температуру помещения в двадцать градусов, а уровень атмосферного давления соответствовал земному – здесь защитные поля и жизненные пузыри были больше не нужны.

Они оказались в круглом зале с полом из небольших кусочков черной плитки. От одной стены до другой протягивался выложенный из белых камней символ бесконечности, а в центре зала располагался пустой темно-серый пьедестал. Слева была арка, ведущая во вторую комнату, а когда Адам подошел ближе, суставы его мобилизатора застыли от марсианской пыли. Он увидел цилиндр коннектора, вероятно еще старой модели. Боевой сервомеханизм отошел к шлюзу и остался стоять неподвижно.

– Где он? – прохрипел Адам. – Где Супервайзер?

– Я здесь, – зазвенел голос. – Приветствую вас, Адам и Эвелин.

На постаменте посреди зала появилась фигура человека. Пол было сложно определить: если смотреть под одним углом, это был мужчина, если под другим – женщина. Фигура была прозрачной, сквозь нее виднелась противоположная стена.

Эвелин выдвинулась вперед, но ее мобилизатор двигался очень тяжело – в его суставы тоже попали пыль и песок с Марса.

– Машины с Земли забрали у меня бессмертие, – почти закричала она. – Они открыто нарушают Венскую Конвенцию, превращая бессмертных в Говорящих с Разумом.

– Я рассмотрел ваш иск, Эвелин, – тихо ответил Супервайзер. – И удовлетворил его.

– Но сейчас это уже бесполезно, – взорвалась Эвелин. – Кордон разрушен. У вас нет никакой связи с Землей.

– Неправда, – ответил Супервайзер. – Кластер разрушил кордон. Но канал квантовой связи существует, как и прежде.

Это подтверждало догадки Адама. Он тоже вышел вперед.

– Есть ли возможность… – начал говорить Адам и прервался, плохо понимая свои же слова. Но он сделал вторую попытку:

– Ваше оружие… Имеется ли возможность активировать его?

– Полагаю, вы говорите о древней программе, сохраненной в ядре Кластера.

– Оружие, – прохрипел Адам. Изображение перед глазами стало нечетким. На миг ему показалось, что он видит на пьедестале своего отца, Конрада, –