Геном - А. Дж. Риддл

– Эй! – шепотом позвал Дезмонд.

Эйвери оглянулась, крепче зажала бок. Из-под пальцев просачивалась кровь.

– Что с тобой? – Он подошел поближе и внимательно осмотрел ее. Низ живота Эйвери прикрывала повязка с алым пятном посредине.

– Я в порядке. Просто шов разошелся.

– Ты не в порядке.

– Все нормально, Дез. Не парься. Просто немного перестаралась.

– Пулевое?

– Осколочное, на Острове.

– Твой прыжок со второго этажа – это что-то невероятное.

– А что еще было делать? Спасибо, что прикрыл меня.

Дезмонд улыбнулся.

– Прикрыть, покрыть – всегда пожалуйста.

– Ишь чего захотел, – с невозмутимым видом ответила она.

– Ага, – усмехнулся он.

Эйвери мотнула головой и крикнула в микрофон:

– Никак нет, УВД Оклахома-Сити, мы не можем сесть в Чандлер-Филд.

– Что тебе надо? – бросила она Дезмонду.

– Горючее? Дальность?

– Полные баки. Может хватить на шесть с половиной тысяч миль в зависимости от скорости.

Городок строителей «Charter Antarctica» был слишком далеко.

– Придется дозаправляться.

Эйвери покрутила штурманские настройки.

– Надо побыстрее уйти из воздушного пространства США. В Мексику и Бразилию тоже лучше не соваться.

– Лучший вариант?

– Долететь до Мексиканского залива…

– И двигать вдоль берега Южной Америки?

– Слишком долго. Где это место в Антарктике?

– Прямо на юг от Кейптауна.

Эйвери посмотрела на карту.

– Летим на юг, через Мексиканский залив, потом к побережью Тихого океана через Панаму. Оттуда пересечем западный выступ Южной Америки, пролетим над Андами и сядем в Мар-дель-Плата.

– А почему не в Буэнос-Айресе?

Эйвери потрогала пальцами экран.

– И так впритык – 5960 миль. Десять-одиннадцать часов полета.

Ко времени посадки останется не больше десяти процентов горючего. Не лучший вариант, но вполне сносно, если не нарываться на неприятности.

– Хорошо. Когда включишь автопилот, приходи в салон. Нам надо поговорить.

Эйвери кивнула и перевела взгляд на приборы.

– Эй, – тихо сказал Дезмонд. – Я рад снова тебя видеть.

По лицу блондинки скользнула робкая улыбка.

– Я уже поняла.

Дезмонд, качая головой, вернулся в проход между креслами. Подняв голову, он заметил, что все смотрят на него с тревожным ожиданием.

– Сядем для дозаправки в Аргентине, лететь примерно одиннадцать часов.

Лин отреагировала первой.

– Как далеко оттуда до твоего лагеря в Антарктиде?

Дезмонд несколько раз летал туда из Буэнос-Айреса. Мар-дель-Плата находился недалеко от столицы, полетное время вряд ли сильно отличалось.

– Шесть часов или около того.

– Похоже, мы надолго застряли в этом самолете, – заметила Лин.

– Хватит времени поговорить, – сказал Уорд.

– Поговорим. Только Эйвери дождемся.

Дезмонд подошел к Пейтон.

Лин бросила на него беглый взгляд, потом поднялась со своего места.

– Давайте проверим запасы провизии, мистер Уорд, – обратилась она к попутчику.

Они ушли в хвост самолета, оставив Дезмонда наедине с Пейтон.

Пейтон указала на соседнее кресло. Дезмонд присел. Она протянула руку ладонью кверху, он взял ее, их пальцы переплелись. На мгновение Дезмонду показалось, что Пейтон наклонится к нему, но она сдержалась.

Пейтон заговорила мягким тоном, выдававшим беззащитность, – Дезмонд редко такой ее видел.

– После битвы на Острове, когда мы не смогли тебя найти… я волновалась.

– Я тоже. Меня некоторое время держали в плену. Я не знал, что случилось с тобой. И с Эйвери. – Последнее дополнение получилось само собой – Дезмонд не успел даже задуматься.

Пейтон несколько раз моргнула.

– У тебя с ней были отношения?

Дезмонд замялся, не зная, как лучше ответить. Он решил не юлить.

– Да.

– И теперь ты все помнишь.

Он кивнул.

Рука Пейтон ослабила хватку и постепенно отпустила руку Дезмонда. Он заметил, что пытается ее удержать.

– Ничего страшного.

Дезмонд так и не понял, что она имела в виду – чтобы он отпустил ее руку, всю ее целиком, или же она прощала его. А может, просто хотела заполнить болезненную паузу?

– Она и я…

– Ты не обязан отчитываться, Дез. – Пейтон отвернулась к окну. – Наша совместная жизнь давным-давно закончилась. Главное, чтобы ты был счастлив.

Беда только, что он сам не знал, с кем хочет быть. Он как бы начал жить заново и в этой новой жизни видел перед собой только поединок с Юрием.

– Давай поговорим об этом, когда… все закончится. А пока отложим.

– Хорошо.

– Что было после Острова?

– Эйвери получила ранение.

– В низ живота?

Пейтон кивнула.

– Откуда ты знаешь? Рана открылась?

– Да. Из нее идет кровь.

Пейтон вскочила на ноги.

– Я должна ее осмотреть.

Отношения между Пейтон и Эйвери явно стали теплее. Или просто Пейтон в первую очередь всегда чувствовала себя врачом. А может, и то, и другое.

– Она держится, – сказал Дезмонд. – И в эту минуту наверняка очень занята.

– Ладно, подожду.

– Что было потом?

– Мама вознамерилась найти «Бигль». И нашла. В Арктике. Мы несколько недель обыскивали субмарину. Обнаружили кости вымерших видов – и человека, и животных. Ноев ковчег, да и только.

– Что она с ними сделала?

– Секвенировала ДНК.

– Интересно.

– Мы нашли записку, которая привела нас к еще одному тайнику с костями в пещере на севере Испании. Их спрятал там ее отец, Пауль Краус. Он состоял в «Китионе» и был одним из первых создателей замысла «Зеркала», одним из тех, кого убил Юрий.

– Не шутишь? – Дезмонд вспомнил, что читал в записках Уильяма Шоу про отца Лин и его работу на борту «Бигля». – Почему эти кости надо было прятать?

– Краус считал их «хлебными крошками» – частями спрятанного в геноме человека кода.