Хранители - Матильда Грин

– Я выделил время на то, чтобы пообщаться с вами, – пожал плечами тот, – хотя мне тоже нелегко будет это вспоминать.

– Сконцентрируйся, – Кир пожал её руку, – может увидишь что.

– Хорошо.

Роланд позвонил на ресепшн.

– Я попросил принести нам кофе, – отвлекаясь от разговора, сказал он, – что вы хотите?

Все без исключения изъявили желание съесть чего-нибудь сладкого. Дане к тому же сильно хотелось чаю с ромашкой. А Киру с Бегемотом – виски.

Когда все это принесли в её номер, Дану уже ощутимо потряхивало. Она чувствовала, что разговор будет не из лёгких, но и осознавала, что, по всей видимости, не просто так притащилась в такую даль. Поэтому она поудобнее уселась на кровати, продолжая кутаться в плед и попивая свой чай, который она крепко держала подрагивающей рукой, чтобы не расплескать.

– Мы с тобой после пожара тоже пили чай с ромашкой, – припомнил Роланд, уже не стесняясь упоминать, что это и вправду была она.

– Давай всё по порядку, – попросил Кир. И Роланд стал рассказывать.

– Сейчас я припоминаю, что это было лет десять назад, – начал он, – тогда я занимался оборудованием для промышленных теплиц и оснащением помещений для домашней птицы. На сегодняшний день кроме этого отеля у меня есть небольшая фирма, которая также занимается теплицами. Расскажу подробнее о своей семье, чтобы было понятнее. Моя мама умерла, когда мне не исполнилось и двадцати лет. Отец женился во второй раз на женщине по имени Габриэла. У неё от первого брака было трое детей: старшая Марьян, средний Гарри и младшая Софи. У меня же есть давний друг по имени Гилберт. Он женился на младшей дочери Габриэлы – Софи. У Габриэлы была сеть «Велюр», состоявшая из четырёх отелей, и все она раздала своим детям. Австрийский «Велюр» она отдала Гарри, Парижским «Велюром» управляла Софи. «Веллуто» во Флоренции владела Марьян. Но им фактически управлял Гарри, так Марьян живет в США. Женевским «Велюром» до конца жизни управляла сама Габриэла. А пятый «Велюр», в котором мы все находимся, был уже открыт ей совместно с моим отцом. Этим отелем много лет управлял мой лучший друг, Гилберт.

– Тот, который был женат на… на дочери твоей мачехи? – переспросила Дана, начиная понемногу успокаиваться. Ей даже удалось сосредоточиться на том, что говорит Роланд.

– Совершенно верно. Так вот, с того момента, как был открыт Нидерландский «Велюр», мой отец был уверен, что я возьмусь за его управление. Однако меня совершенно не интересовал этот бизнес. Я игнорировал просьбы отца заняться «Велюром». Если быть честным, я вообще избегал разговоров с ним, хотя он никогда на меня не давил и не требовал оставить ту работу, которая мне нравилась. С моей стороны это было просто упрямство и ничего больше, так как от меня не требовалось никаких жертв. Только немного усилий и все.

Так вот, в тот год у меня было несколько поездок в Россию. И одна из них – к клиентам фирмы в Ростове-на-Дону. Это было весной. С первым клиентом я закончил быстро, а второй был кроме всего прочего владельцем большой гостиницы и… нескольких ресторанов. Сколько их было, я не помню. Понятия не имею, существует ли сейчас этот комплекс. По приезду меня поселили в их отель. Мне был предоставлен переводчик, который был заодно и местным гидом. Девушку звали Арина, – Роланд кинул на Дану многозначительный взгляд. Та слегка побледнела, но выдержала его.

– У неё были рыжие стриженные волосы, она оказалась хорошим переводчиком, интересной собеседницей… Само место тоже производило прекрасное впечатление. Предполагалось, что я проведу у них два дня, – он запрокинул голову, вспоминая подробности тех давних событий, – в первый же день мне провели экскурсию. И сразу всё пошло так… необычно.

– Что именно? – уточнил Бегемот.

– Ну… я точно не помню уже. Что-то связанное с пропавшим оружием…

– Оружием? – не понял Кир, которому Дана торопливо переводила то, что рассказывал Роланд.

– Да, там была коллекция оружия. Я никак не мог запомнить название пропавшего кинжала. Потом мы были в подземном тоннеле…. Кстати, именно этот тоннель вдохновил меня на такое обустройство моего ресторана.

– Серьёзно? – удивилась Дана, чувствуя, что губы начинают растягиваться в улыбке.

– Да. Еще я помню, что там был большой фрегат. Мне тогда показалось, что внутри был человек. Я видел его в окно, но корабль был закрыт, и проверить это тогда не удалось. Я и поверил, что мне показалось.

– А там действительно был человек? – полюбопытствовал Бегемот.

– Мне бы хотелось рассказать по порядку, – сказал Роланд.

– Хорошо, извини.

– Это все было в первый день. Экскурсия, переговоры, осмотр объекта… Ах да, я ещё стал свидетелем странного конфликта.

Роланд умолк. Никто не осмеливался прервать ход его мыслей. Все пили свои напитки и не спеша доедали десерты. Дана чувствовала, что на смену болезненной тревоге приходит некое теплое ощущение, словно она окунулась в тот день, о котором старательно вспоминал Роланд. Она представляла себе территорию комплекса, обаятельную рыжеволосую спутницу голландца, которая была похожа на неё саму, большой деревянный корабль, качающийся на волнах… И вдруг.

– Он сгорел, – её вскрик привлёк всеобщее внимание. Она посмотрела на Роланда, и её глаза округлились в шоке от мелькнувшей вспышки в памяти, – корабль сгорел.

– Да, – сказал Роланд.

Бегемот звонко шлёпнул себя по ляжкам.

– Вот так поворот. Что же с тобой такое там приключилось?

– Может лучше пусть Роланд продолжает свой рассказ? Глядишь, она и вспомнит, – резонно заметил Кир.

Действительно, повторяя слова рассказчика на русском, Дана чувствовала, что всё тело начинает звенеть от напряжения. Как будто каждая её клеточка помнила что-то из тех событий и старалась помочь ей вспомнить. А ведь для осуществления этой задачи достаточно было одного её намерения. Вспомнила же она, что корабль сгорел. Но… это могло быть в новостях, она могла слышать от людей информацию…

– Продолжай пожалуйста, – попросила и она, вовлекаясь в этот странный гипноз наяву.

– В первый день мы застали жестокую драку двух официантов. Один чуть не задушил второго. Пришлось его откачивать прямо там. Причину их драки мы так и не узнали. Я точно помню, что одного из них как-то странно звали. Как … как орех…

– Как орех? – переспросил Бегемот, – Какой орех? Фундук?

Роланд отрицательно качнул головой.

– Нет.

– Грецкий, миндаль, арахис? – наперебой предлагали варианты гости.

– Нет, – с сожалением отвечал Роланд, и перебил сам себя, – вспомнил! Кешью. Это имя было очень похоже на орех Кешью.

– Кешью? – Дана произнесла это слово медленно, словно пытаясь зацепиться за него.